Сможет ли Россия добиться успеха там, где потерпело поражение европейское трио в составе Великобритании, Франции и Германии? Речь идет о том, чтобы уговорить Иран отказаться от своих планов по обогащению урана. Или президент Путин просто дал иранцам передышку от дипломатического давления, которое постоянно нарастало с того момента, как три года назад достоянием гласности стали секретные ядерные изыскания этой страны?

В сентябре Совет управляющих Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), состоящий из представителей 35 государств, официально объявил о том, что Иран не выполняет требования в области ядерной безопасности. Совет управляющих МАГАТЭ, органа ООН, занимающегося контролем за использованием ядерной энергии, вновь соберется на свое заседание на следующей неделе. В соответствии с правилами агентства, следующим шагом должна стать передача дела о нарушениях Ирана на рассмотрение Совета Безопасности ООН. Иран хочет избежать такой участи. Но в то же время, он хочет сохранить свою ядерную программу в целости.

Идея Москвы о том, чтобы Иран продолжал преобразовывать природный уран в газообразное состояние на своем вновь заработавшем конверсионном предприятии в Исфахане, а затем направлял этот материал в Россию для обогащения, не нова. Европейцы, со своей стороны, надеялись на большее: они хотели убедить Иран вообще отказаться от его любительских занятий с ураном. Однако в августе новое правительство Ирана резко отмело прочь все европейские предложения о стимулировании данного процесса, возобновило работы в Исфахане и, таким образом, вызвало прекращение переговоров.

Когда Игорь Иванов, возглавляющий Совет Безопасности президента Путина, неделю назад отвез в Тегеран компромиссные предложения России, он также получил публичный отказ. Иран настаивает на том, чтобы самостоятельно обогащать собственный уран, который потом должен использоваться в качестве топлива для атомных (еще не построенных) реакторов. Однако почти все подозревают Тегеран в том, что он намерен использовать эту же технологию для изготовления атомной бомбы. Чуть позже Иран просигнализировал, что готов еще раз поразмыслить над российской идеей.

Западные дипломаты скептически относятся к возможным компромиссам со стороны Тегерана. В любом случае, добиться осуществления такой договоренности будет очень сложно: ведь должны существовать железные гарантии того, что Иран не получит доступ к опасной технологии обогащения через создание совместных предприятий с Россией. В прошлом российские ученые спокойно помогали Ирану создавать довольно подозрительные технологии, включая проекты 'исследовательского' реактора на тяжелой воде. Он был слишком велик для работ по предназначению, слишком мал для производства электроэнергии, но как раз впору для изготовления плутония, являющегося одним из компонентов ядерного оружия. Целый ряд российских компаний был также подвергнут штрафным санкциям в соответствии с американским законодательством за оказание помощи Ирану в создании ракет.

Но вместе с тем, можно предположить, что Иран своим заявлением о рассмотрении российского предложения хочет просто избежать дальнейших обвинений со стороны МАГАТЭ. В новом докладе инспекторов от 18 ноября планировалось показать, что Тегеран стал более покладистым. Однако у инспекторов есть масса вопросов, особенно о той помощи, которую Иран получал в прошлом, и которая могла оказаться для него полезной в военном плане. Речь, в частности, идет о помощи от пакистанского ядерщика Абдул-Кадыра Хана (Abdul Qadeer Khan) и его организации. Америка, тем временем, опять начала показывать всем документы, которые, по ее заявлениям, являются иранским проектом головной части ракеты, в которой может размещаться ядерная боеголовка. Новость неутешительная.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.