Два мнения - две разные точки зрения. Казалось бы, даже диаметрально противоположные. Но есть, на наш взгляд, что-то, что их объединяет. Это неравнодушие и искреннее участие в судьбе своего государства и ее граждан. 'День' надеется, что дискуссия на эту тему, которая ведется на наших колонках (и 'заочная', и в любой другой форме), не закончится и после официального празднования годовщины оранжевой революции. . .

Странная, странная страна. . . А есть ли она? Территория, конечно, есть. Но сама СТРАНА? Может, это фантом, который на протяжении веков вводит в заблуждение, волнуется, делится на части, не дает покоя окружающим 'стабильным и прочным' государствам? Да и в конце концов, не все ли равно - Украина или все-таки Российская империя, как нас до сих пор убеждают наши благожелательные соседи?. .

На лезвии ножа, всегда на острие, национальная принадлежность, сознание людей, по воле случая родившихся на этой земле. А земля, действительно, уникальная, способная дарить миру мыслителей, выдающихся певцов, музыкантов, писателей, поэтов, актеров, гениальных ученых - просто так. Щедрая страна отпускает, теряет их, не требуя даже помнить, откуда они родом. . . Скажете - во всех странах так, или почти так? Нет. . . И в подтверждение тому - бесконечные списки имен самых талантливых людей, которые стали известными на чужбине и уже никогда не вспомнили о своей родной земле. . . разве, может, случайно услышав печальную украинскую мелодию, обронили невольно скупую слезу.

Но были и другие. Чудаки, которые превыше всего любили эту землю и не могли ее предать, даже отдавая собственные жизни. . . Если бы их не было, не было бы и страны.

За всю ее многострадальную историю (и это святая правда! Этакий трагизм неопределенности, мытарств, издевательств и предательств вы вряд ли встретите в 'архивах' других государств) находились светочи, воплощающие в себе веру, кровавую надежду на возрождение, вечное возрождение и процветание Украины. И дело тут далеко не в благосостоянии. . . Нам до этого еще далеко. Ведь, чтобы хорошо и сытно жилось, мы должны для начала осознать, кто мы такие и куда движемся. И делать это нужно слаженно, вместе, постепенно, но верно, не сворачивая с пути.

Национальное самоосознание не начинается и не заканчивается гопаком, народной песней и вышиванкой. Это глубинное ощущение сопричастности и ответственности, которое может исполнить душу, например, в двадцать семь лет или быть с тобой еще до рождения.

Мне посчастливилось именно в двадцать семь. Моя страна громко сказала мне, что она жива, вдохновенна и богата самым редкосным - искренними людьми.

Излом, взрыв, сияние, мужественность, преданность и упорство. Иногда приходится прожить жизнь и никогда такого не почувствовать и не увидеть.

Не говорите мне о 'неоправданных надеждах'.

Я стояла на Майдане против наглой лжи, стояла, чтобы победить собственный страх, стояла, потому что там было тепло, несмотря на мороз и дождь, и снег. Было по-настоящему, невероятно тепло от человеческой неравнодушной, мощной силы причастности к событиям, возможности все изменить.

Такое нельзя купить. И продать. Вспомните одну из самых мудрых сказок, где король резюмирует фантастическую историю: 'Никакие деньги и связи на свете не могут сделать ножку - маленькой, а сердце - большим'. Но люди, которые сегодня, пренебрежительно ухмыляясь, говорят о 'полном провале так называемой революции', наверное, никогда не читали сказок и не верили в извечную победу добра над злом. Уважаемые! Ваша язвительность не сможет отрицать и отменить то, что состоялось. Состоялся не очередной президент - состоялся народ Украины.

А вера в 'доброго царя', надежда на совершенство государственных мужей, требования к тем, кто при власти, но не к себе самому - все это действительно является 'особенностями национального мышления', а к тому же - признаками тяжелого советского наследия, когда важной была не правда, а видимость, красивый эрзац, а не содержание и наполнение.

С чего начинался Советский Союз? Великий и могучий начинался с главного, эпохального убийства. На костях царской семьи Романовых создавалось дальновидное, ненасытное, кровавое 'НЕЧТО'. Комнату, где произошло убийство превратили в. . . музей. Организовывали тематические экскурсии, рассказывали, как застрелили мирно сидящего на стуле царя, его жену, четверых детей и прислугу. . . Не исключено, что под звуки 'Интернационала' детки выходили из комнаты ужасов просветленными, уверенными, что живут в самой лучшей стране мира. И вырастали целые поколения запуганных монстров. Которые, в общем, не виноваты в своем моральном уродстве. Их приучали, кто упирался, того ломали, вынуждали привыкать к шаблонным мыслям, одинаковым желаниям, правильным высказываниям. Издевались над интеллигенцией, морили голодом и ссылали на край света, а те, кто оставался - униженно творили 'в духе соцреализма'. Но на этом фоне, на фоне всеобщего помутнения, в этом государственном извращении, были и те, кто верил. И их вера тоже творила чудеса. . .

Благодарить Бога, что случилось именно так, что мы хоть на сантиметр ослабили удушающую 'руку Москвы' на горле, что сегодня имеем едва ли не единственный в мире пример уникальной, истинной демократии. Она еще молода, ею еще не умеют молниеносно манипулировать, с ней еще не знают, что делать, от нее наступает леденящий шок и путаница в головах. . .

И все равно это движение вперед, а не болотное существование. И возврата к прошлому не будет.

С ошибками, недовольством, болезненно, через тернии, раздирая до крови сердца - мы ДВИЖЕМСЯ вперед.

Со временем, только со временем, будет и переосмысление прошлого, и раскаяние, и почет тем, кто болел душой за свою Родину и отдал жизнь Украине еще в советские времена.

Стыдно, что до сих пор этого не происходит, что до сих пор говорят об отсутствии голодомора 32-33 годов прошлого века даже мои соотечественники, а что уж говорить об его признании другими странами.

Эта страна только начинает из миража превращаться на настоящее государство.

Независимое и свободное. Заявить в безграничное пространство - 'Нi - брехнi!' - это не шутки, за это нужно отвечать.

И те, кто считает, что перехитрили обстоятельства, что все в прошлом и с них не спросят - глубоко ошибаются.

Спросит сама жизнь. И мне очень жаль этих незрелых политиков.

Нет, скорее незрелых людей, стерших из памяти глаза тысяч Граждан, которые защитили правду, рискуя всем, что имели.

Эти незрелые сейчас ведут игры, идут на компромиссы с преступниками, жертвуют совестью и благосостоянием детей Украины ради призрачного 'владения ситуацией', влиятельности и ведра черной икры ежемесячно.

Вы больны, - хочется мне им сказать. И вы никогда не сравнитесь в человеческом величии с восьмидесятилетней старушкой, которая шагала к ЦИК, едва не падая в потоке людей 22 ноября 2004 года.

А президент. . .

Это мой президент. И он вполне соответствует той стране, которую мы имеем, всем ее составляющим, как то: колебания, беспокойство, непоследовательность, невзвешенность, незнание, спонтанность, мягкость. . .

В оранжевые дни тысячи украинцев выучили наконец пренебрегаемый до того времени гимн своего народа.

Пели его, стоя плечом к плечу. Глядя в глаза друг другу, донетчанин и львовянин, тревожно ожидая решения Верховного суда.

Говорят: есть другой лагерь, есть другие, и их нужно уважать.

Ужасно, не подлежит анализу и трезвому осмыслению - те, которые врали, открыто и нагло, те, кто годами грабили свою страну, оставляли без хлеба стариков и позволяли умирать детям, сегодня стенают о беспределе, политических репрессиях и потребности в защите.

И отечественные журналисты дружно подхватывают - да! Нельзя говорить, что революция состоялась, не нужно обижать 'по-иному мыслящих', ведь на Майдане были 'не все'.

Люди добрые! ВСЕ революций не делают и не переворачивают мир. Это удается только самым смелым, самым стойким. А те, кто при этом еще и не разрушает, не убивает - творят историю под защитой и благословением Божьим. И то, что им удалось осенью 2004 года, не подпадает ни под какие примеры в мировой истории. Потому что это была революция без агрессии.

Бескровная и спокойная, с улыбкой. Казалось, сама земля встала на защиту той многотысячной массы людей. И не хватило злого духа тем власть имущим. Поэтому совсем не удивительно, что для некоторых соседних стран эта революция стала поводом для зависти.

А такого президента, на самом деле, больше нигде и не найдешь. Я его вижу слишком душевным и до смешного доверчивым, неорганизованным по каким-то необъясняемым причинам, простым и любящим свою страну не на показ, а всей душой. Не 'президентские качества', скажете? Возможно. Но такая уж она, эта странная страна.

Впервые после революции, что было самым странным, благодаря президенту, у меня возникло вполне понятное приоритетное определение в жизни - Бог, семья, детская улыбка и уважение к своей стране. Буду хранить это. А остальное. . .

Вспоминается почему-то суд над французской героиней Жанной Д'Арк. Когда к ней обратились фарисеи-святые отцы: 'Покайся, ведь тебя все предали'. Она ответила: 'Значит, так нужно было Франции!'.

Так вот, если меня предал мой президент. . . Что ж! Значит, так нужно было Украине. Значит, еще не время. Ведь чудо просто так с неба не падает. Его нужно лелеять, растить, хранить, создавать условия для его возвращения, творить самому. Ежедневно, ежесекундно. Побеждая страх и жажду к обеспеченно-тихому существованию. Терпеливо доказывая себе, что моя хата не с краю.

Тогда, возможно, я буду заслуживать того президента, который не предаст.

Знаете, многовато оценок нынче. Маловато веры и труда.

Первым, что говорили все без исключения выдающиеся и уважаемые, популярные и талантливые, те, кто собирал пресс- конференции, на которых я, в силу профессии, бывала почти ежедневно, так вот, первым, что говорили эти люди, было: 'Сегодня начинаются новые времена', 'страна рождается', 'благодаря оранжевой революции стало возможным. . . 'А разве мы сами умеем ценить то, что было? Нет.

Сегодня мы как будто за это извиняемся. Как жаль. Мы называем имена, горько разочаровываясь в том, что их 'носители', сегодня 'не те, что в прошлом году'.

Не важны, поймите, политики, которые стояли на сцене Майдана.

Важны те, кто охранял свободу под ней. А те, 'сценические' имена, в конечном счете, условны. Некоторые из тех, кто 'вели', во многом проявились, или были слабыми, или им не хватило Веры.

А герой оранжевой революции лишь один - народ. Скажете - абстрактно?

Тогда так - каждый из вас, мои родные, кто превозмог частичку собственного страха и никчемности, каждый, кто поверил и сделал невозможное, кто поднялся и сказал - хватит!

Кто нашел в себе мужество не солгать, кто презрел удобства и покой, чтобы быть там, - я вами горжусь.

Я горжусь, что живу в стране, где живете ВЫ.

N216, середа, 23 листопада 2005