В одном немецком стихотворении рассказывается о дочке великана, которая нашла крестьянина, пропалывавшего поле, и принесла его в носовом платочке домой, чтобы показать отцу. Однако отец строго сказал: "Крестьянин - это не игрушка!", и приказал ей осторожно вернуть его на то место, где она его нашла.

Соединенные Штаты напоминают мне дочку этого великана. К сожалению, у нее нет дедушки, который сказал бы ей, что государства - не игрушки.

Когда Джордж Буш-младший (George W. Bush) стал президентом, он привел с собой во власть группу неоконсерваторов, высокомерно полагавших, что они могут совершать перевороты в других странах, менять режимы по собственному желанию и брать под свой контроль их ресурсы.

Для начала они решили положить в носовой платок Ирак, Иран и Сирию. Ирак и Иран из-за их нефти, а Сирию из-за ее стратегического местоположения. Практически по случайному совпадению эти три страны рассматривались Израилем в качестве стратегической угрозы, и неоконсерваторы, большинство из которых евреи, были рады сделать для еврейского государства доброе дело.

Вопрос был в том, какую страну захватывать первой, и выбор пал, как всем известно, на Ирак. Так как неоконсерваторы были уверены, что их армия будет встречена в Ираке цветами (а как же еще?) и что война будет быстротечной, следующий вопрос заключался в том, на кого нападать дальше: на восточного или на западного соседа?

Сегодня, оглядываясь назад, можно задаться вопросом: что было сильнее, невежество неоконсерваторов или их заносчивость? Они представления не имели об Ираке, и, судя по всему, их это совсем не беспокоило. В конце концов, они были уверены, что одного удара будет достаточно, чтобы сделать дело и двигаться дальше.

Если бы они проконсультировались у своих английских союзников, то они бы узнали кое-что о стране, на которую они собирались напасть. Например, узнали бы, что Ирак никогда не был настоящим государством. Он был составлен из трех отдельных регионов, собранных вместе британской империей в ее интересах. И ему всегда нужна была диктатура, чтобы оставаться единым. Сначала это были сами английские правители, затем различные местные диктаторы. Саддам Хусейн (Saddam Hussein) был всего лишь последним в этой череде.

Когда американская армия уничтожила силу, объединявшую эти регионы, все рухнуло. Сегодня страну разрывают на кусочки две параллельные войны: это восстание суннитов против американской оккупации и гражданская война. Вашингтонские политики болтают о новой иракской армии, которая в любой момент сможет взять на себя ответственность за безопасность, что позволит вывести большую часть американских войск. В действительности же никакой реальной иракской армии нет, есть только курдские, шиитские и суннитские боевики, полностью преданные только своему руководству.

Американцы хотели бы вывести почти все свои войска, оставив лишь небольшую их часть для обеспечения контроля над нефтяными ресурсами страны. Однако эта мечта тает с большой скоростью. Финал может быть таким, как во Вьетнаме. Американское общественной мнение перестанет мириться с этой безнадежной войной, и армия уйдет из страны, поджав хвост и оставив после себя полную анархию.

Что касается соседей: вашингтонские неоконсерваторы уже распылили силы по всем направлениям, и вопрос о военных действиях против Ирана и Сирии сейчас не стоит. Ирак пожирает американскую армию, состоящую из добровольцев, и проблема нехватки военнослужащих уже становится довольно острой. И что же делать? Ну, можно попытаться подорвать эти два государства другими способами, переставив слова в известном высказывании Клаузевица (Clausewitz): "Политика есть не что иное, как продолжение войны другими средствами".

В настоящее время Америка проводит всемирную кампанию, целью которой является свержение сирийского режима невоенными способами. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций Кофи Аннан (Kofi Annan), ставший голосом своего (американского) господина, играет отведенную ему роль, наряду с правительствами других государств, зависящих от милости Соединенных Штатов.

Для достижения этой цели используется убийство бывшего премьер-министра Ливана Рафика Харири (Rafik Al-Hariri). Я не помню другого подобного случая, чтобы США были так взволнованы политическим убийством, совершенным в другой стране, будь то прогрессивный священник из Центральной Америки или мусульманский шейх из Газы. И это странное стремление привлечь убийц к суду выглядит прямо-таки трогательным.

Израильское правительство является одним из самых активных партнеров в этой кампании по уничтожению Сирии. Оно оказывает помощь всяческими способами. На Сирию возлагается вина за действия организации "Хезболла" в Ливане, за помощь палестинским "террористам" и за многое другое. Руководитель израильской военной разведки, часто высказывающий свои практически детские мысли в наших средствах массовой информации, говорит о всевозможных теориях заговора.

На первый взгляд, это логично. В обмен за это Вашингтон убрал вопрос оккупации Голанских высот из международной повестки. Кондолиза Райс (Condoleezza Rice) проявляет активность в Газе и на Западном берегу, однако не говорит ни слова про нашу оккупацию Голанских высот, этой части суверенной сирийской территории. Захват территории в ходе войны является, несомненно, серьезнейшим нарушением международного права и Устава ООН, однако и Джордж, и Конди как будто забыли об этом.

Несмотря на все это, я бы посоветовал нашему правительству дважды подумать над тем, действительно ли мы заинтересованы в разрушении сирийского государства. Если это произойдет, как это отразится на наших северных границах?

Я вспоминаю разговор с Ицхаком Рабином (Yitzak Rabin) в 1976 году, когда сирийцы вторгались в Ливан. Сегодня практически забыт тот факт, что это христиане позвали их и попросили помощи в борьбе против Организации освобождения Палестины и мусульман.

Когда сирийцы приблизились к израильско-ливанской границе, в Израиле поднялся ужасный шум. Министр обороны Шимон Перес (Shimon Peres) и его соратники заговорили о "красной линии" на территории Ливана, чтобы остановить продвижение сирийцев задолго до наших границ. Премьер-министр Рабин сидел ситуацию иначе. "Это идиотизм, - сказал он мне. - На нашей границе с Сирией на Голанских высотах нет никаких проблем. Если сирийцы возьмут под контроль границу в Галилее, то там тоже воцарится покой".

Рабин был, несомненно, прав. К сожалению, он уступил Пересу и истерии в обществе. Сирийская армия была остановлена нашими угрозами на расстоянии от границы. Вакуум, возникший между ней и Израилем, был заполнен сначала Организацией освобождения Палестины, а позднее и "Хезболлой".

Практически то же самое может произойти сейчас на сирийской границе, если нынешний сирийский режим рухнет, и возникнет анархия.

Сирия - очень хрупкое государство. Конечно, там не идет речь о трех различных народах, как в Ираке, однако там имеются древние, острые соперничества между Дамаском и Алеппо, арабами и курдами, и между многими религиозными течениями. Сирийцы сами позволили установиться диктатуре Ассада, так как боялись анархии.

В Иране все по-другому.

Иранский народ един и силен. Они могут создать ядерное оружие. Многие считают, что это будет кошмар: фанатичное исламское государство, ненавидящее Израиль, и обладающее оружием массового поражения и средствами его доставки.

Я беспокоюсь меньше. Экстремистские антиизраильские высказывания Ирана не мешают ему спокойно вести бизнес с Израилем, и не только по делу "ирангейта". В реальности ужасные аятоллы ведут себя весьма благоразумно.

Однако чтобы избежать ядерного противостояния с террором, у нас есть только один путь: использовать оставшееся время для установления мира - сначала с палестинским народом, а затем со всеми государствами региона.