Автор является заместителем директора сингапурского Института оборонных и стратегических исследований

13 декабря 2005 года. В 1999 году тогдашний премьер-министр Малайзии Махатхир Мохамад (Mahathir Mohamad), приходя в себя от азиатского финансового кризиса, который разорил его страну, утверждал, что, если бы существовал региональный монетарный фонд, "восточно-азиатского кризиса 1997 и 1998 годов не случилось бы, либо он не продлился бы так долго и не достиг бы таких скандальных размеров".

Идея создания Азиатского монетарного фонда была предложена Японией в 1997 году, но, как и предложение самого д-ра Махатхира от 1990 года о создании Восточноазиатского экономического сообщества, она постепенно заглохла по причине жесткого неприятия Соединенными Штатами. Бывший государственный секретарь США Джеймс Бейкер (James Baker) в своих мемуарах признался, что сделал все от него зависевшее для того, чтобы "убить" предложение Махатхира, несмотря даже на то, что "на публике занимал по этому вопросу умеренную позицию".

Станет ли в скором времени реальным видение д-ра Махатхира? В среду Куала-Лумпур принимает у себя учредительный саммит Восточноазиатского сообщества (ВАС), который сведет вместе лидеров 10 стран - членов Ассоциации стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН) плюс лидеров Японии, Китая, Южной Кореи, Австралии, Новой Зеландии и Индии. "Восточная Азия", разумеется, представляет собой скорее функциональную и политическую, нежели географическую или расовую концепцию. Если быть более точным, то, в отличие от видения д-ром Махатхиром Восточной Азии с Японией в роли ее лидера, сегодняшняя основа восточно-азиатского регионализма видит ключевым игроком Китай.

Нынешний премьер-министр Малайзии Абдалла Бадави (Abdullah Badawi) называет сегодняшний саммит "саммитом ведущих и ведомых". Под этим подразумевается, что его участники будут заниматься настоящим "мозговым штурмом" и составлением повестки дня, а не просто проштампуют решения, принятые на проходивших перед этим встречах высокопоставленных официальных лиц и министров. Но он мог бы охарактеризовать это событие более точно, назвав его "саммитом без лидеров", потому что крупные державы Азии - Китай, Япония и Индия - по причине соперничества между ними воздерживаются от того, чтобы играть роль подлинных лидеров. А между тем блок АСЕАН все еще не оправился от кризиса 1997 года.

Саммит проходит в момент роста в регионе экономической взаимозависимости. Он также отражает общее желание избегать и быть способными управлять будущими кризисами, вызванными финансовой неустойчивостью, пандемией, терроризмом и природными катастрофами вроде прошлогоднего цунами. Успешный саммит мог бы породить политическую волю к укреплению регионального сотрудничества. Более того, в глазах его сторонников, по крайней мере, восточно-азиатская основа имеет большую прочность, чем громоздкие азиатско-тихоокеанские институты, в частности, форум "Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество" (АТЭС), в ежегодной встрече которого, проходившей в Южной Корее в прошлом месяце, принимал участие президент США Джордж Буш-младший (George W. Bush).

То, что на саммит Восточноазиатского сообщества не были приглашены Соединенные Штаты, бьет как по одной, так и по другой стороне. Это является демонстрацией чувства азиатской идентичности, но заставляет некоторых друзей Америки тревожиться по поводу господствующего влияния Китая. В самом деле, именно эта озабоченность подтолкнула Японию, Сингапур и Индонезию к тому, чтобы настоять на приглашении к участию в нынешнем саммите Индии, Австралии и Новой Зеландии.

Конечно же, интересы Америки на нынешнем саммите будут успешно отстаивать ее друзья, особенно Япония, которая при правительстве Коидзуми (Koizumi) укрепила свой двусторонний союз безопасности с США. Япония (равно как и Индия) заинтересована в развитии будущего Восточноазиатского сообщества посредством саммитов на более широкой основе. Китай, напротив, предпочел бы создавать такое сообщество посредством более узкого процесса с участием стран АСЕАН плюс тройки крупных региональных держав, без включения в него Австралии, Новой Зеландии и Индии.

Вашингтон сохраняет внешнее спокойствие по поводу саммита. Заместитель помощника государственного секретаря США по Восточной Азии Эрик Джон (Eric John) назвал этот саммит настолько непонятным для Вашингтона, что тот даже не осознает, какое именно событие он упускает. Но в политических кругах США сохраняется давнишняя подозрительность в отношении региональных группировок, в которых США не участвуют.

В прошедшем июне министр обороны США Дональд Рамсфелд (Donald Rumsfeld) призвал сторонников азиатского регионального сотрудничества не исключать из него Соединенные Штаты. Заместитель государственного секретаря США Роберт Зеллик (Robert Zoellick) в своей сентябрьской речи предостерег, что "тревоги США в отношении Китая будут усиливаться, если Китай попытается стать господствующей силой (в Восточной Азии)". Он призвал страны АСЕАН, Японию, Австралию и других к сотрудничеству с США в интересах "региональной безопасности и процветания посредством регионального форума АСЕАН и форума АТЭС".

Отсюда следует, что саммит в Куала-Лумпуре является не только проверкой способности этого региона привлечь к сотрудничеству Китай, не поощряя его стремления к господству. Вполне может быть, что этот саммит является также способом для друзей Америки напомнить Вашингтону о необходимости участвовать в делах данного региона, несмотря на свою занятость Ираком и появляющиеся в американском обществе признаки изоляционизма.