Украина - это пример того, что может произойти с Западом. Ее противостояние с Россией из-за поставок энергоресурсов, в ходе которого Владимир Путин придал новое значение определению "холодная война", является предупреждением ведущим странам-потребителям энергоресурсов о том, что их будущее благополучие находится в руках очень опасных людей.

Уже не является новостью то, что нефтяной картель ОПЕК не является самым надежным поставщиком нефти, необходимой промышленно развитым странам для того, чтобы их автомобили ездили, самолеты летали, а дома нагревались. Эти страны-производители нефти договорились держать цены выше рыночных, и без тени сомнения применили "нефтяное оружие" - читай, бойкот против стран-потребителей - когда были недовольны американской внешней политикой, как, например, в 1973 и 1974 годах. Одним из видных их представителей является Саудовская Аравия, которая тем не менее говорит о себе как о надежном поставщике энергоресурсов.

Так же поступает и Владимир Путин, на лице которого не дрогнул ни один мускул, когда он заявил, что его готовность закончить перерыв в поставках газа в Европу - в ходе которого Россия также отказывалась перекачивать по своим трубопроводам газ из Туркменистана и Казахстана - доказывает, что Россия является надежным поставщиком. Неважно, что именно по его приказу "Газпром" прервал поставки газа на Украину, а заодно в Германию, Францию и другие страны - несмотря на контракты, действительные до 2009 года. Помните: данный спор был не только о ценах. Беларусь, бывшая советская республика, решившая остаться в сфере влияния России, избежала значительного повышения цен, перед лицом которого "Газпром" поставил Украину, Грузию и Молдавию, в большей степени ориентирующихся на Запад.

Посыл Путина ясен: энергетические ресурсы России, находящиеся теперь под полным контролем государства, дают ей в руки новое оружие, а именно нефтяную власть. И Путин хочет использовать ее, чтобы вернуть влияние России на тот уровень, на котором оно находилось тогда, когда страна была сверхдержавой. Именно с этой целью был уничтожен ЮКОС и именно с этой целью проводится ренационализация российской энергетической инфраструктуры. Путин считает, что если нефть может быть десятилетиями использована для приглушения американской критики внутренней политики Саудовской Аравии, то российские нефть и газ могут быть использованы для того, чтобы остановить критику Запада в отношении его все более авторитарной внутренней политики.

Перерыв в энергопоставках в Европу не имел прямых последствий для Америки. Однако он послужил предупреждением о том, что национальная стратегия энергетической безопасности пребывает в весьма плачевном состоянии. Администрация Буша надеялась, что Ирак вернется на мировые рынки в качестве крупного и дружественного Соединенным Штатам нефтепроизводителя. Пентагон предсказывал, что Ирак более чем в два раза увеличит уровень добычи, который до войны составлял около двух миллионов баррелей в день. В действительности же добыча замерла на отметке чуть более одного миллиона баррелей в день, так как саботаж и десятилетия недостаточного финансирования сдерживают рост производства, а из-за того, что для иракцев газ является практически бесплатным, его потребление настолько высоко, что на экспорт остается очень мало.

Вторым провалом администрации была попытка убедить Конгресс разрешить добычу нефти на месторождениях на Аляске. Конгресс отказался. Наконец, Белый дом хотел уменьшить зависимость от ОПЕК путем увеличения закупок в России. Однако этот план тоже провалился: Путин пригласил представителей ОПЕК на встречу для координации политики этой организации с политикой России.

Дальше - хуже. Венесуэла, один из главных поставщиков сырой нефти в Америку, всегда была надежным партнером по бизнесу, соблюдая договоры о поставках даже тогда, когда арабские страны-члены ОПЕК осуществляли свой бойкот. Но сейчас эта страна возглавляется Уго Чавесом (Hugo Chavez), отличающимся в высшей степени антиамериканскими и прокастровскими настроениями. Он повысил налоги, возбудил дела по огромным налоговым задолженностям (отголоски нападок Путина на ЮКОС), вынудил ведущие международные нефтяные компании передать государственной компании PDVSA контрольные пакеты их предприятий, действующих в Венесуэле, и заключил антиамериканский союз с другими производителями нефти из Латинской Америки, например, с президентом Боливии Эво Моралесом (Evo Morales).

Все это является плохими новостями для таких стран, как Соединенные Штаты и Великобритания, в которых крупные компании - BP, Exxon и другие - действуют в рамках требований, устанавливаемых акционерами для увеличения прибыли. Они являются игроками из частного сектора в игре, в которой становится все больше государственных компаний, преследующих геополитические цели, не имеющие ничего общего с увеличением прибыли.

Путин для своих союзников устанавливает цены ниже рыночного уровня; Чавес продает Кубе дешевую нефть; ближневосточные страны, за исключением, пожалуй, Кувейта, не разрешают иностранным компаниям вкладывать средства и опыт в разработку новых месторождений, несмотря на то, что эти страны сами получали бы выгоду от таких разработок; Китай вкачивает в [государственную нефтяную] компанию "Sinopec" 1,2 миллиарда долларов США для покрытия убытков. Это поступки тех, кто стремится к увеличению власти, а не прибылей.

Эти геополитические игроки повысили цену, которую политики из западных нефте- и газопотребляющих стран должны быть готовы платить за энергетическую безопасность. Так как риск перебоев в поставках и повышения цен увеличился, то должна вырасти и готовность стран-потребителей платить за страховку от этих возросших рисков.

Это означает, что, судя по всему, следует учитывать эти риски при рассмотрении вопросов ядерной энергии и других неуглеводородных источников энергии. Это также означает необходимость быть готовыми к щедрому финансированию нефтепровода, по которому на рынок будет поступать каспийская нефть.

Для Америки это так же означает введение налога на уголь и занятие более жесткой позиции в отношениях с Мексикой. Правительство Мексики, богатой запасами нефти и газа, не позволяет американским компаниям помогать разрабатывать эти запасы. Поэтому развитие ее экономики тормозится, и безработные мексиканцы устремляются через границу на поиски работы в Соединенных Штатах. Возможно, президенту Бушу пора объяснить своему мексиканскому коллеге, что отныне иммиграционная политика будет открытой настолько, насколько будет открыта мексиканская политика инвестиций в нефтяную отрасль.

Ни один из этих шагов, как и любой другой из предлагаемых комиссаром Евросоюза по энергетике Андрисом Пиебалгсом (Andris Piebalgs), не смогут в ближайшем времени снизить риски, возникшие из-за зависимости от поставщиков, чьи интересы не ограничиваются лишь увеличением прибыли. Очень плохо, что западноевропейские страны-потребители газа не прислушались к Рональду Рейгану (Ronald Reagan), когда этот ковбой-актер пытался убедить их не строить газопроводы в Россию.

Ирвин М. Стелцер - директор отдела по исследованию экономической политики Хадсоновского института (Hudson Institute), обозреватель лондонской 'Sunday Times', внештатный член редколлегии 'Weekly Standard' и внештатный обозреватель 'Daily Standard'.

____________________________________________________________

Избранные сочинения Ирвина Стелцера на ИноСМИ.Ru

Два рынка ("The Weekly Standard", США)

Нефтяная ось ("The Weekly Standard", США)

Взгляд из Америки: нефть смазывает Керри путь к власти ("The Times", Великобритания)

Проснитесь! Америка мечтает о новом порядке ("The Times", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.