Наконец, говорят нам, произошел прорыв в решении иранского ядерного кризиса: администрация Буша и ее европейские союзники убедили Россию и Китай проголосовать на завтрашнем заседании Международного агентства по атомной энергии за представление иранского ядерного досье Совету Безопасности ООН. Позвольте нам обратить внимание на ложку дегтя в бочке меда.

Хотя теперь агентство, скорее всего, представит доклад по Ирану в Совете Безопасности, Америка и европейцы согласились, что ООН не будет рассматривать вопрос о каком-либо наказании в течение как минимум месяца. Не вызывает сомнений то, что является целью этого периода охлаждения страстей: дальнейшие переговоры, нацеленные на то, чтобы Иран перенес свою деятельность по обогащению урана в Россию.

Американцы, британцы, французы, немцы и китайцы выразили поддержку предложению России. Между тем, Иран не проявлял к нему особого интереса до середины января, когда стало ясно, что Запад будет действовать жестко. В прошлую среду глава иранской делегации назвал предложение России 'позитивным', добавив, что его можно 'усовершенствовать' путем дальнейших переговоров.

Хотя российский план может показаться обнадеживающим, на самом деле он создает больше проблем, чем решает.

Во-первых, даже если Россия займется иранской ядерной энергетикой, в руках религиозных радикалов в Тегеране останется масса опасного оборудования. План охватывает только программу промышленного обогащения, которую Иран собирался вести на комплексе Натанз. Но у Ирана есть также ряд мощностей по производству центрифуг - которые могут быть использованы для обогащения урана до оружейной стадии, - богатый инвентарь компонентов центрифуг, запасы уранового газа, являющегося топливом для центрифуг (плюс завод по его производству), а также строящийся опытный завод по обогащению урана.

Во-вторых, Иран проводит различие между деятельностью, связанной с атомной энергией, которая может быть перенесена в Россию, и другими видами деятельности по обогащению, которые он именует 'исследованиями'. Когда в январе Иран сбил международные пломбы в трех центрах по обогащению урана и возобновил работу, его министерство иностранных дел заявило, что этот шаг был сделан исключительно в научных интересах и не имеет никакого отношения к оружию. Даже если российский план будет приведен в действие, Иран, скорее всего, будет настаивать на своем праве продолжать такие исследования, что позволит его ученым создавать базу для производства оружейного урана.

И последнее: принятие этого предложения разобьет коалицию государств, наконец-то объединивших усилия ради сдерживания Ирана. Прохладная поддержка Россией мер, которые должен принять Совет Безопасности, несомненно, прекратится, и она согласится на то, чтобы позволить иранцам продолжать 'исследования'. С такой же уверенностью можно сказать, что подобная уступка будет неприемлема для Соединенных Штатов. Европейцы будут разрываться между желанием достичь успеха в многолетней дипломатической кампании и мыслями о том, что ядерным амбициям Ирана не будет адекватного сдерживания.

Если мы собираемся вести переговоры с Ираном, то нам нужно решение, подобное тому, которое Ливия приняла в 2003 г., позволив вывезти из страны все, что может быть использовано для обогащения урана. Она также ответила на все вопросы, касающиеся ее ядерного прошлого и раскрыла имена своих тайных поставщиков, позволив Западу оказать противодействие сети ядерных контрабандистов, руководимой пакистанским ученым А. Ханом (A. Q. Khan). Лишь более жесткое давление со стороны Совета Безопасности может вынудить Иран принять подобные условия.

Предложение России - отвлекающий маневр, нацеленный на то, чтобы помочь Ирану, ее важному торговому партнеру, выйти из затруднительного положения как раз в тот момент, когда мир объединяется против него. Идея о вынесении иранского вопроса на рассмотрение Совета Безопасности появилась лишь в связи с поведением Ирана в последнее время: подстрекательскими антиизраильскими заявлениями его президента Махмуда Ахмадинежада (Mahmoud Ahmadinejad) и крайне несвоевременным решением о возобновлении ядерных разработок. Если Иран ухватится за предложение России, наш последний и лучший шанс надавить на Иран в Совете Безопасности может быть потерян.

Валери Линси и Гэри Милхоллин - соответственно, научный сотрудник и директор Висконсинского проекта по контролю над ядерными вооружениями (Wisconsin Project on Nuclear Arms Control)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.