В 2002 году в Берлине при проведении строительных работ был найден архив 15-й дивизии латышского легиона 'Ваффен SS'. Он оказался в распоряжении коллекционера из Нидерландов, известившего латвийскую сторону о своем желании продать документы.

13 января 2006 года латвийская газета 'Неаткарига Рита Авизе' сообщила о приобретении правительством Латвии этого архива. По данным газеты, купленные за 65 тысяч евро документы 'являются очень ценными и представляют собой архив практически целиком: списки личного состава, описания боевых действий, описания оперативной обстановки, приказы и другие ценные материалы'.

Москва выразила заинтересованность в допуске российских специалистов к описанию и изучению ранее неизвестных документов, касающихся преступлений нацистов и их пособников на территории СССР в период Великой Отечественной войны. По мнению начальника Управления президента РФ по межрегиональным и культурным связям с зарубежными связями Модеста Колерова, допуск российских историков одновременно с латвийскими коллегами к работе с архивом будет способствовать укреплению взаимного доверия. 'В противном случае, - подчеркнул он, - трудно будет поверить, что архив не будет препарирован'.

Среди найденных материалов особый интерес для российской стороны могут представлять журналы боевых действий дивизии, боевые связки, стенограммы совещаний, инструкции, приказы и карты, так как в период с ноября 1943 до середины июля 1944 года легионеры 15-й дивизии SS находились на территории РСФСР в районе Новосокольники - Остров - Псков - Опочка. В конце лета 1944-го латышские легионеры были разбиты советскими войсками на территории Латвийской ССР и 15-ю дивизию немцы перебросили для переформирования в Германию.

В феврале 2006 года, как сообщает гендирекция Государственного архива Латвии, для визуальной оценки физической сохранности документов и их количества создана специальная комиссия. Российские историки в ее состав не вошли.

Очевидно, латвийская сторона опасается, что в архиве могут оказаться документы, касающиеся военизированной латышской радикально-националистической организации 'Айзсарги' ('Охранники'). Она основана 20 марта 1919 года по инициативе Карла Улманиса - одного из лидеров Латышского крестьянского союза, затем президента Латвии. Принимала участие в государственном перевороте 15 мая 1934 года.

Позднее из этой профашистской организации комплектовались латышские дивизии SS. По неопровержимым данным, специальные карательные отряды, сформированные из 'айзсаргов', принимали самое активное участие в проведении карательных мероприятий на территории Латвии, Литвы, Белоруссии, частично на Украине, в Польше и даже в Югославии.

Об активной пособнической и карательной деятельности организации 'Айзсаргов' в период оккупации Латвии свидетельствуют многие факты. Так, например, карательными отрядами из 'айзсаргов' в июле 1941 года на территории Прейльской волости Двинского уезда было уничтожено около 900 граждан, в том числе все еврейское население местечка Прейли. В Двинском же уезде в августе 1941 года 'айзсарги' расстреляли 110 граждан в селении Дагда. Руками 'айзсаргов' на окраине города Субатэ Илукского уезда 21 июля 1941 года было расстреляно около 700 граждан, в том числе женщины, дети и старики.

На территории Илукского уезда Силенской волости 'айзсарги' арестовали все еврейское население местечка Боровка, а через несколько дней после зверских издевательств 186 человек были согнаны к берегу озера Смилочина, к заранее выкопанным ямам и расстреляны. Некоторых из расстрелянных, еще живых, но с тяжелыми ранениями, добивали прикладами и сбрасывали в ямы. Во всех этих случаях все имущество расстрелянных, включая одежду и ценности, 'айзсарги', принимавшие участие в расстреле, делили между собой.

И это далеко не полный перечень преступлений 'защитников свободы', за которые их чествуют сегодня руководители балтийских республик:

По мнению независимых экспертов, однобокая коллегиальность процедуры передачи документов в руки латвийских историков не может дать весомых гарантий их сохранности без каких-либо изъятий в промежуток времени до поступления в открытые архивные фонды. В суете латышских историков и политиков вокруг эсэсовского архива уже прослеживаются тревожные нотки. В частности, обращает на себя внимание хронологическая 'усушка' массива документов с момента первого ознакомления с ним латвийских представителей в 2002 году в Нидерландах. Если в статье в газете 'Латвияс Авизе' от 22 ноября 2005 года говорится, что примерно 40-50% упомянутых документов признаны абсолютными оригиналами, остальные - из числа сделанных с оригинала копий в 1943-1945 годы, то в газете 'Телеграф' от 23 января 2006 года отмечается, что в Ригу будут доставлены документы, касающиеся только 1944-45 годов.

Как это понимать?

Думается, что в сложившихся условиях только немедленное начало работы совместной группы историков по изучению архивных материалов 15-й дивизии способно подтвердить неангажированность в этом вопросе латвийских политиков.

Справедливости ради следует отметить, что латвийские власти готовы допустить российских историков к эсэсовскому архиву. Правда, на определенных условиях. Их озвучил генеральный директор Государственных архивов Латвии Валдис Шталс, который заявил: 'Мы можем допустить российских экспертов к документации 15-й дивизии латышского легиона 'Ваффен SS' в обмен на аналогичный доступ латвийских ученых к хранящемуся в России архиву 43-й гвардейской Латышской стрелковой дивизии. В Подольске специальном архиве находятся документы этой дивизии, и наши историки не имеют к нему доступа'.

Здесь нелишне напомнить господину Шталсу следующее.

Во-первых, учитывая, что речь идет о документах организации, уличенной в преступлениях против человечности, то Россия настаивает на участии своих специалистов и, например, Израиля, в описании архива, чтобы возможность уничтожения 'неугодных' документов была исключена. Все же находящиеся в России подобные документы давно описаны и описаны в тех идеологических условиях, которые исключали препарирование.

Во-вторых, господин Шталс вводит общество в заблуждение. В Подольске находится не 'спецархив', а известный ведомственный Центральный архив Министерства обороны РФ. Доступ к материалам 43-й дивизии периода Великой Отечественной войны открыт.

В-третьих, на чем основано сравнение неразобранного массива документов 15-й дивизии и архива 43-й? На чем основано уподобление этих материалов? Ведь в мирном договоре Советской России и Латвии от 11 августа 1920 года, на который в Латвии любят ссылаться, отрицая свою ответственность за действия 'красных латышей', прямо говорится, что латышские части советской армии 'не имеют и не будут иметь отношения ни к латышскому народу, ни к Латвийскому государству'. Следовательно, и Латвия не может претендовать на свое особое отношение к документам этих частей.

Короче, попытки господина Шталса создать ситуацию торга вокруг эсэсовского архива - весьма неуклюжи.

Кстати сказать, Германия приняла важное решение об открытии фондов одного из самых ужасных в мире архивов - так называемого архива Холокоста. В нем содержатся сведения о заключенных нацистских концлагерей и людях, согнанных в военные годы из других стран в Германию для принудительных работ. В архиве хранится информация о более чем 17 миллионах человек.

Нежелание латвийских властей допустить к эсэсовскому архиву российских экспертов вполне объяснимо. Он может стать бомбой замедленного действия. Кто знает, какие документы хранит старый полевой ящик, вырытый в Берлине?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.