Власти Грузии давно уверяют, что со дня на день, мол, постучимся в двери НАТО. Возможно, уже и стучимся, но главное, откроют ли нам? Генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер заявил недавно: если Украина и Грузия будут готовы к членству в НАТО, мы их примем. Но вопрос в том, насколько мы к этому готовы.

В этом смысле многозначительно заявление президента Буша во время последнего визита в США Саакашвили: для интеграции в НАТО Грузии предстоит многое осуществить. Это заявление было сделано, когда рядом с Джорджем Бушем стоял Михаил Саакашвили. Теперь зададимся вопросом, есть ли у нас люди, которые сумеют это 'многое' претворить в жизнь?

Если верить военному эксперту, руководителю ассоциации 'Право и справедливость' Шалве Тадумадзе, то, к сожалению, в наших вооруженных силах мало кто найдется, способный сделать это 'многое', несмотря на то, что со стороны власти действительно есть политическая воля к членству в Северо-Атлантический альянс.

Неверно заявление о том, что Грузия уже выполнила план индивидуального партнерства с НАТО 'Айпап' (IPAP) и скоро перейдет на более высокую ступень - 'Мап' (MAP), т.е. на план действий кандидата в члены НАТО. На самом же деле, программа 'Айпап' (IPAP) нами не выполнена.

Для справки. 'Айпап' - составная часть программы 'Пиэфпи' ('Партнерство ради мира'), в которой Грузия участвует с 1994 года. Как это ни удивительно, но план индивидуального партнерства Грузия сама предложила НАТО еще в 1996 году, но тогда нам отказали в его принятии. Потом этот вопрос был отложен, и отношения в рамках программы 'Партнерство ради мира' продолжались в другом направлении.

В пределах этой программы для Грузии подготовили военные кадры. Кроме того, мы приняли участие в международных учениях, операциях и других плановых мероприятиях. А в 2004 году представили и презентационный документ в виде плана действий по программе 'Индивидуального партнерства'.('Айпап').

Исходя из принципа открытых дверей НАТО, 'Айпап' (IPAP) - двухгодичный план. Выполнит его государство или нет, существенного значения не имеет, он все равно по истечении срока закрывается и не будет продолжен. А теперь давайте вникнем, посмотрим, что именно из предусмотренного программой 'Айпап' нами не выполнено.

С этой целью ассоциация 'Право и справедливость' провела мониторинг и на основании полученных данных утверждает, что невыполненными остались 16 пунктов. Первый и важнейший из ни - демократический контроль над вооруженными силами, что предусматривает размежевание функциональных обязанностей между военными и гражданскими лицами в Минобороне. То есть гражданский министр обороны не должен вмешиваться в военные вопросы, соответственно, военным в министерстве обороны не положено осуществлять политическое управление.

Руководить выполнением стратегических заданий должен Генеральный штаб, но на практике происходит совершенно иначе. К сожалению, министр обороны появляется чаще в военной форме, чем в гражданской форме, т.е. и это требование НАТО не выполняется. Причина, по мнению военного эксперта, в отсутствии нормативной базы, в которой было бы четко разграничено, где кончаются военные полномочия министра обороны и начинаются управленческие полномочия начальника Генштаба.

Так что с военной точки зрения, у нас довольно слабое законодательство, поэтому между министром обороны и начальником Генштаба нередко имеет место дублирование обязанностей.

Теперь коснемся и вопроса о том, как распоряжаются финансами, выделенными для министерства обороны. Как ни странно, Палата контроля в течение последних двух лет данное ведомство вообще не ревизовала. Проверка была проведена лишь в Фонде развития армии, да и то парламентской группой доверия.

Однако группа, которой была доверена эта проверка, полностью укомплектована членами той политической команды, которую представляет и министр обороны. Оппозицию туда не включили, поэтому работа группы доверия оказалась неэффективной

Удивление военного эксперта вызывает и то, что 400-миллионный бюджет обороны уместили всего в семи разделах. Эти семь разделов охватывают и зарплаты, и расходы на питание, капитальные затраты, отчисления, командировочные и т.д. Но суммы расписаны так туманно, что остается непонятным, как, почему и на какие конкретно цели потрачены те или иные средства.

В частности, по данным того же военного эксперта Тадумадзе, на капитальные расходы в бюджете ассигновано 117 миллионов лари. Но нигде не указано, на что именно они должны быть потрачены. Известно, что в капитальные расходы входит и строительство базы. Скажем, на строительство одной базы потрачено 17 из 117 миллионов. Но ведь должны же мы знать, куда ушли остальные 100 миллионов Однако эти данные не указаны.

Кроме того, невыполненным осталось и требование программы 'Индивидуального партнерства' определить управление родами войск, У нас есть сухопутные, военно-морские и воздушные военные силы, а также департамент гвардии, однако ни у кого из них нет своего Положения, более того, нет и своих командующих в течение уже двух лет. Гвардия переделана в департамент, но всего несколько месяцев. как туда назначен начальник А до этого руководство осуществлял командующий или исполняющий его обязанности.

Но исполняющий обязанности - должность непрочная, соответственно эффект управления тоже нулевой. Показательно, что на протяжении двух лет в военно-воздушных силах трижды сменялись исполняющие обязанности командующего, а в морских - дважды. А это значит, что в управленческом звене имеются довольно серьезные проблемы. Не очень понятна и кадровая политика. Множество вопросов возникает также в связи с планированием и состоянием логистики.

В советский период логистикой называли службу тыла, но в НАТО она переведена в совершенно иной формат. Это комплексное обеспечение, которое охватывает не только службу тыла, но и вооружение, технику, медицинскую службу. В одно время и у нас попытались приблизить логистику к стандартам НАТО, но затем снова вернулись к советской модели, по-прежнему выделив в отдельные структуры тыловую, медицинскую службы, снабжение вооружением, техникой. Во всяком случае, так зафиксировано на сайте Минобороны.

Кроме того, в родах наших войск отсутствует и система управления, соответствующая современным стандартам. К примеру, в военно-воздушных силах осуществляется абсолютно непонятное управление, приблизительно такое же, как в советский период. Аналогичное положение и в военно-морских силах. Одним из обязательств, предусмотренных программой 'Айпап' (IPAP), был и стратегический обзор обороны. Но и тут довольно серьезные проблемы.

В обзоре должно было найти отражение видение и планирование дальнейшего развития вооруженных сил. К сожалению, такого планирования не производится. Поэтому стратегический обзор представляет собой абсолютно непонятный документ.

Более того, грузинская сторона так спешила его принять, что подготовила документ сразу на английском языке и грузинским вариантом не располагает, а это - нарушение закона, - выдвигает еще одну претензию в адрес руководства министерства обороны военный эксперт Тадумадзе.

По его же глубокому убеждению, почти все предстоит сделать и в плане вооружения армии. На приобретение военной техники тратятся сотни миллионов, а покупаем советское или советского стандарта чешское вооружение в лучшем случае производства - 70-ых, а в худшем - 60-ых годов, у которого нет ничего общего со стандартами НАТО.

С такой устаревшей техникой оснащенность грузинской армии при проведении совместных операций, скажем, с вооруженными силами Британии, Германии или Турции будет равна нулю, - убежден Шалва Тадумадзе.

Он также утверждает, что, как это ни печально, в грузинских вооруженных силах вообще разрушена правовая система. Действующее сегодня законодательство на 80% слово в слово переведено с советского. Но такого типа законодательства уже нет и в Российской Федерации. Так что и эта проблема существует.

Немаловажно и то, что не выполнено еще одно значительное требование программы 'Айпап' (IPAP) - нет документов, оценивающих военную опасность. Между прочим, у министерства обороны нет и соответствующих кадров. Подготовка таких документов - обязанность департамента разведки. И хотя министерство обороны фиксирует, что в его ведении есть департамент разведки, который и должен этим заниматься, но в штате данного ведомства никто не работает.

Еще одно из главных требований 'Айпап' (IPAP) - публичность информации, что тоже не выполняется. 'С заявлениями о предоставлении публичной информации я в минувшем году 17 раз обращался в министерство обороны. И только три раза, да и то через суд, сумел получить необходимые сведения. Между тем, в программе 'Айпап' (IPAP) записано, что военное управление должно быть прозрачным и публичным, а информация доступна обществу', - подчеркивает военный эксперт.

Известно, что в период управления министерством обороны Ираклий Окруашвили провел один брифинг и две пресс-конференции. На брифинге глава Минобороны заявил, что принял вооруженные силы в состоянии еще худшем, чем они были в период Шеварднадзе. Потом Окруашвили провел в Крцанисском учебном центре пресс-конференцию, на которой представил свое видение развития министерства обороны. А на последней пресс-конференции заявил: то, что интересует журналистов, меня не интересует. Только этим и ограничило министерство обороны свои отношения с общественностью.

Единственное положительное, чего не отнимешь у оборонного ведомства Грузии, - это участие в миротворческих акциях в Косово, Афганистане и Ираке. Но это, как разъясняет эксперт, никоим образом не связано с программой 'Мап' (MAP), а осуществляется в рамках программы 'Партнерство ради мира' (PfP).

В связи с тем, что приближается время оценки выполнения программы 'Айпап' (IPAP), Грузия изменила тон и заявила, что, мол, с 'Айпап'(IPAP) справляемся, затем примем программу 'Интенсивный диалог' и следом - 'Мап' (MAP). Однако в соответствии с принципом открытых дверей НАТО, 'Интенсивный диалог' не является того типа программой, на которую стоит акцентировать такое же внимание, как на 'МАП' (MAP).

Теперь предстоит выяснить, продолжим ли мы отношения с НАТО в режиме 'Интенсивного диалога' или примем программу 'МАП' (MAP). Все это решится в ноябре на саммите в Риге. Разумеется, переход на 'МАП' (MAP) станет возможным, если министерство обороны решит до ноября те проблемы, о которых говорилось выше. Впрочем, 'МАП' (MAP) тоже не является гарантом того, что Грузию обязательно примут в НАТО. Это путем консенсуса решат 26 стран - членов Северо-Атлантического альянса.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.