Во второй серии из трех репортажей о растущих финансовых мускулах России мы расскажем о крупнейшей компании страны, 'Газпроме', которую многие на Западе воспринимают как инструмент экспансионистских амбиций Кремля.

Огромная башня с неоновыми огнями, окруженная постами охраны и двенадцатифутовым стальным забором - для энергетического монстра, которого боятся не меньше, чем уважают, вместилище весьма и весьма соответствующее. Не менее угрожающая атмосфера и внутри. Там еще больше охранников, которые по отношению к прибывшим настроены еще более подозрительно - и наконец поход по бесконечным коридорам и в полной тишине путешествие на лифте на один из верхних этажей. Добро пожаловать в 'Газпром', компанию с самыми крупными в мире запасами газа и с самой сильной на планете имиджевой головной болью.

Русские утверждают, что речь идет об обычной коммерческой организации, тихо занимающейся своим делом: продает людям энергию и зарабатывает деньги. Однако у компании есть и противники, считающие ее пыточным инструментом Кремля, с помощью которого тот пытается перевести энергетические дивиденды во внешнеполитические.

Особенной высоты их голос достиг в январе 2006 года, когда 'Газпром' перекрыл кран Украине, а затем пригрозил сделать то же самое с Беларусью, если она не начнет платить за газ по значительно более высоким ценам, и многократно усилился, когда 'Газпром' начал оказывать давление уже на иностранные компании Shell и BP, вынуждая их отдавать части принадлежащих им активов. В Великобритании многие специалисты и политики забили тревогу в прошлом году после интервью одного из руководителей 'Газпрома' корреспонденту The Guardian, когда 'Газпром' поставил перед собой задачу увеличить продажи газа в пять раз и для этого выразил желание купить какую-нибудь крупную газораспределительную компанию - например, British Gas.

Когда входишь в зал заседаний, где обычно председательствует директор 'Газпрома' по экспорту, жесткие обводы внутренностей штаб-квартиры уступают место великолепию и роскоши, однако атмосфера остается такой же, как и внизу. Когда я вхожу, Александр Медведев ничем не показывает, что узнал меня, а на мое напоминание, что мы встречались в прошлом году в Лондоне, реагирует с каменным лицом:

- Я знаю.

На утверждение, что 'Газпром' - инструмент Кремля, он спокойно отвечает:

- Это упрощенчество. Большинством акций владеет государство, это правда. За государством же остается и большинство мест в совете директоров. Однако остальные акции находятся в свободном обращении в России и на западных фондовых биржах, и у акционеров есть право влиять на политику компании.

Никто не может отрицать, что связи 'Газпрома' с Кремлем весьма глубоки. Председатель правления компании - первый заместитель премьер-министра Российской Федерации Дмитрий Медведев (они не родственники); в состав совета директоров входят министр торговли Герман Греф и министр промышленности и энергетики Виктор Христенко. Также здесь представлен Игорь Юсуфов, 'посол по особым поручениям' в министерстве иностранных дел.

В своем официальном бизнес-плане компания нисколько не скрывает и то обстоятельство, что намерена всерьез побороться за место одного из игроков на международной арене. Как написано на сайте компании, 'стратегической целью ОАО 'Газпром' является создание энергетической компании - мирового лидера'. Уже сегодня на долю 'Газпрома' приходится четверть поставок газа в Европу, а после 2010 года ожидается, что эта цифра вырастет до трети, причем даже в том случае, если не будет подписано никаких новых договоров.

Многие европейские страны, насмотревшись примеров жесткой политики компании во многих республиках бывшего Советского Союза, всерьез забеспокоились о том, не слишком ли большую власть имеет 'Газпром' над энергией. Принятое им в январе 2006 года решение отключить газ Украине, отказавшейся платить по высоким ценам, убедило многих на Западе в том, что это было кремлевское предупреждение в адрес Киева: не разрывать тесных связей с Москвой, не искать защиты у Америки. Но Медведев от этих утверждений просто отмахивается:

- Я вам с полной ответственностью могу заявить, что не испытываю никакого давления Кремля. Естественно, на рассмотрение совета директоров выносятся какие-то вопросы, относящиеся к интересам государства, но среди представителей государства зачастую тоже случаются разногласия.

Медведев выражает досаду тем, что бизнес 'Газпрома' рассматривается в контексте некой новой 'холодной войны'. Однако Дэвид Кларк (David Clark), бывший специальный советник Форин Офис и председатель Фонда "Россия" (Russia Foundation), полагает, что Владимир Путин, конечно же, использует 'Газпром' для проведения своей внешней политики, кто бы там что ни говорил.

- Я не верю в 'русский Перл-Харбор': мол, в один прекрасный день Европа вдруг окажется в полной зависимости от 'Газпрома', а Кремль закричит 'Что, попались!' и будет радостно потирать руки. Все будет гораздо тоньше. Я считаю, что в Европе идет процесс финляндизации: просто в один прекрасный день европейские политики начнут понимать, что выступать против интересов Кремля - не в их интересах, - говорит он.

Двенадцать месяцев назад в интервью The Guardian Медведев заявил, что 'Газпром' был бы не против приобрести какую-нибудь британскую компанию. После этого моментально взлетели в цене акции компании Centrica, которой принадлежит British Gas, однако одновременно поднялась и волна протеста. Свою озабоченность происходящим высказали даже политики, в частности бывший заместитель министра энергетики Брайан Уилсон (Brian Wilson). Он заявил, что впадать в зависимость от политически нестабильной страны крайне опасно.

Накал страстей не спал и до сегодняшнего дня. Месяц назад, объединившись, главы основных союзов потребителей энергии Великобритании единым голосом потребовали от Европейского Союза что-то противопоставить власти русских над энергетическим сектором и обеспечить игру по общим правилам. Вот что сказал, например, Эндрю Бэйнбридж (Andrew Bainbridge), генеральный директор Совета крупных потребителей энергии:

- 'Газпрома' боятся; 'Газпрому' не доверяют. 'Газпром' не вкладывается в инфраструктуру, а распределительные активы покупает, чтобы контролировать газовые сети стран Европы. Все в руках 'Газпрома' - он может доказать, что является честным и надежным поставщиком, но доказывать это надо делами, а не обещаниями.

'Газпром' вызывает беспокойство уже одним своим размером: 400 тысяч сотрудников, самая крупная газовая компания в мире, 115 тысяч километров трубопроводов и 30 триллионов кубометров газа в запасах на 70 миллиардов фунтов. 'Газпром' основал в 1989 году Михаил Горбачев. Сегодня компания контролирует больше газа и нефти, чем кто бы то ни было еще, за исключением Саудовской Аравии и Ирана. 'Газпром' вошел и в такие области, как банковская деятельность, сельское хозяйство, строительство - даже приобрел СМИ. В 2001 году компания приобрела НТВ, единственный в России независимый от государства телеканал, а полтора года назад - одну из самых влиятельных газет страны, 'Известия'.

Однако вопросы, которые действительно вызывают тревогу - это контроль над жизненно важными поставками энергии в такие страны, как Финляндия, Словакия и Болгария. Эти три страны получают из России 100 процентов газа, Турция - 66 процентов, Германия - 41 процент, Франция - четверть. На рынке импортного газа Великобритании доля 'Газпрома' - всего 2 процента, однако к 2010 году он планирует довести ее до 10 процентов и уже начал программу активного расширения своего присутствия: основал на территории Великобритании торговую компанию, купил небольшую газораспределительную фирму Pennine и объявил, что намеревается приобрести пакет акций BBL, оператора стратегического газопровода между Великобританией и Голландией.

________________________________________

Противостоящие Западу ("The Guardian", Великобритания)

Москва отвоевывает себе место в новом миропорядке ("The Guardian", Великобритания)

Оккупация Европы Россией ("Project Syndicate", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.