Никто и никогда не оспорит того факта, что Борис Ельцин стал первым лидером России, которого избрали всенародно. Но столь же бесспорно и другое: он так и остался бы малоизвестным региональным партаппаратчиком, если бы Михаил Горбачев не дал стране целый ряд новых свобод, включая и соревновательные выборы, что в корне изменило характер советской политической системы.

У Ельцина были свои достоинства и серьезные достижения. Он был мужественным человеком, и никогда не подчинялся обстоятельствам, в чем на горьком опыте убедился его потенциальный покровитель, консерватор Егор Лигачев - тот самый секретарь ЦК, что в 1985 г. порекомендовал перевести с повышением в Москву главу Свердловского обкома Бориса Ельцина. По общему мнению, звездным часом Ельцина стал август 1991 г., когда он возглавил сопротивление путчистам, пытавшимся перевести стрелки часов назад - в доперестроечные времена.

Сегодня, однако, приходится слышать массу абсурдных заявлений о том, что именно Ельцин принес России свободу и демократию. Это не так. Инициатором постепенной либерализации в стране стал Михаил Горбачев: он начал проводить эту политику с момента избрания Генеральным секретарем ЦК КПСС в марте 1985 г., а в 1988 г. этот процесс перерос в серьезную демократизацию.

Ельцин никогда не входил в ближайшее окружение Горбачева. После того, как в 1988 г. его лишили статуса кандидата в члены Политбюро, он оставался на обочине политической жизни до первых соревновательных выборов в 1989 г. Однако именно в период его опалы Горбачев принял важнейшие решения, преобразовавшие советский строй. В 1988-89 гг. гласность превратилась в свободу слова и печати, которой страна не знала уже 70 лет. Еще большее значение имело решение Горбачева перейти к выборам на альтернативной основе, которое он провел на партийной конференции в 1988 г. Эти выборы, состоявшиеся годом позже, положили конец советской коммунистической системе. Принцип 'демократического централизма' был отброшен: теперь членам партии приходилось бороться за голоса избирателей, получивших беспрецедентную возможность влиять на политический процесс. Ельцин, баллотировавшийся по московскому избирательному округу, победил кандидата, которому отдавала предпочтение городская партийная бюрократия. В отличие от прежнего Верховного Совета, сформированный в результате выборов законодательный орган стал подлинным противовесом исполнительной власти, что редко встречалось в российской истории, да и сегодня проявляется куда слабее, чем в 1989-91 гг.

Куда большую роль, чем в сфере демократизации, Ельцин сыграл в процессе распада СССР. Поддержка российской 'независимости' выглядела довольно странным шагом со стороны лидера РСФСР, которым Ельцин стал после избрания председателем Верховного Совета России в 1990 г., а затем ее президентом в 1991 г. Эта политика представляется логичной в свете его желания узурпировать власть, принадлежавшую Горбачеву, однако она никоим образом не способствовала демократизации во многих суверенных государствах, образовавшихся на территории бывшего СССР. Да и большинство россиян до сих пор сожалеет о распаде Союза.

Главная заслуга Ельцина на посту президента постсоветской России состоит в том, что он сохранил многие из свобод, утвердившихся при Горбачеве. А винить его следует прежде всего за дискредитацию самой идеи демократии, которая пользовалась большой популярностью в последние три года существования СССР. Отчасти это связано с тем, что Ельцин не уделял внимания строительству институтов демократии. Он с пренебрежением относился к политическим партиям, и не пожелал вступить ни в одну из них. Почти так же он относился и к законодательной власти - особенно наглядно это проявилось в 1993 г., когда он санкционировал артиллерийский обстрел здания парламента. Не понимал Ельцин и значения верховенства закона. В 1999 г., когда очередного министра юстиции отправляли в отставку, кремлевские чиновники так объяснили ему причину: 'С вами возникает одна проблема - вы постоянно ссылаетесь на закон'.

Ельцин чуть было не отменил президентские выборы 1996 г.: он дал им добро, только убедившись, что при помощи телевидения и щедрых пожертвований олигархов способен одержать победу. Он также закрывал глаза на подтасовку результатов президентской гонки и выборов в Думу.

Хотя именно Ельцин развязал кровавую и ненужную войну в Чечне, он же предоставил немалую свободу действий региональным губернаторам и главам автономий. Ельцин искренне считал: Россия слишком велика, чтобы ей можно было управлять исключительно из Центра. Подобное делегирование полномочий, однако, наносило ущерб свободе и демократии в регионах.

Еще больше поддержку демократии в обществе подорвала распродажа российских сырьевых активов по бросовым ценам заранее подобранным покупателям - и это в то время, когда в стране зачастую не выплачивались зарплаты и пенсии. Коррупция при Ельцине достигла такого уровня, что при выборе преемника его прежде всего волновали гарантии от судебного преследования. Завоевав популярность в последние годы существования СССР во многом за счет осуждения неравенства и привилегий, он допустил настолько резкое расслоение общества, что нанес серьезный ущерб делу демократии, утверждению которой он в свои лучшие годы несомненно способствовал.

На этой неделе выходит в свет книга Арчи Брауна 'Семь лет, которые изменили мир: Перестройка и ее значение' (Seven Years that Changed the World: Perestroika in Perspective)

__________________________________________

Герой своего времени ("The Guardian", Великобритания)

Как Россия сбилась с пути к ельцинской "новой эре" ("The Financial Times", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.