Градус отношений между Россией и Великобританией вот-вот опустится ниже точки замерзания. Что, в общем, и правильно. Решение, принятое директором прокуратуры, о том, что имеющихся в ее распоряжении улик достаточно, чтобы обвинить бывшего офицера российского КГБ Андрея Лугового в убийстве Александра Литвиненко - это как порыв ледяного ветра, подувшего на Москву из Лондона. Великобритания начала процесс запроса на экстрадицию - притом, что Кремль уже заявил, что по российской конституции граждане страны для суда над ними в других странах не выдаются.

На карту поставлено очень и очень многое. Это дело уже немало осложнило дипломатическую атмосферу между Россией и Великобританией, да и общий фон отношений между Москвой и Западом потеплению никак не способствует. На прошлой неделе, принимая в России канцлера Германии Ангелу Меркель, президент Владимир Путин был особенно неулыбчив и мрачен. За несколько дней до того Путин, выступающий против планов США создания систем противоракетной обороны рядом с российскими границами, откровенно сравнил американскую внешнюю политику с политикой нацистов. Он также выступает против поддержки Западом правительство Косово и Украины и весьма умело использует огромные энергоресурсы своей страны в качестве политического оружия, внося раздор между западными странами и применяя торговые санкции против бывших коммунистических государств - Польши, Литвы, Эстонии.

Россия, так и не примирившаяся со своим статусом 'бывшей сверхдержавы', начала добиваться влияния имперскими методами. Однако Запад, памятуя о том, что ему - по крайней мере, еще некоторое время - нужна путинская нефть и нужен путинский газ, вынужден действовать осторожно.

И все же даже при таких условиях есть вещи, по которым нельзя идти на компромисс. Нельзя смириться с тем, что кто-то въезжает на территорию другого суверенного государства и совершает там убийство. Если это сделано, то убийца должен быть осужден по законам той страны, где было совершено преступление - тем более что в случае с Литвиненко орудием убийства стал радиоактивный изотоп, который мог угрожать жизни огромного числа людей, не имеющих к этому делу никакого отношения.

Москва может сколько угодно пытаться доказывать, что убийство не было заказано Кремлем, однако мало кто уже сомневается в том, что произошедшее - не что иное, как месть ФСБ, пришедшей на смену КГБ, за то, что Литвиненко, ее бывший агент, в 1998 году разоблачил коррупцию в ФСБ. Судя по всему, это убийство было санкционировано хотя бы на уровне полковников, а радиоактивный полоний, скорее всего, был взят из государственной лаборатории в Дубне, что недалеко от Москвы.

Нельзя позволить себя одурачить параллельным расследованием, которое ведет Москва. Москва заявила, что британские власти должны передать ей улики, собранные против Лугового, чтобы его судили в России. Однако на самом деле Москва ведет не расследование, а настоящую войну против противников Путина, скрывающихся на Западе. Это понятно по тому, как вели себя следователи, которых Москва посылала в Лондон. Они допрашивали живущего в Лондоне российского олигарха Бориса Березовского, обвинявшего Кремль в том, что он приказал убить Литвиненко, но во время допроса их в основном интересовало не убийство, а его банковские счета (в годы правления Ельцина Березовский сделал миллионное состояние). А после этого Москва совершила совершенно абсурдный шаг - потребовала его экстрадиции.

Нет никаких сомнений в том, что Борис Березовский - яростный противник Путина. Он открыто говорил, что для свержения путинского режима необходимо применить силу. Однако политическое инакомыслие - это, в отличие от убийства, не преступление. Британские власти отказались выдать Березовского и предоставили ему статус беженца, одновременно предупредив, что он не должен ввязываться ни в какие дела, которые могут вступить в противоречие с этим статусом. Правительство должно и далее отказывать в его экстрадиции, одновременно продолжая требовать выдачи Лугового. Основой такого решения должны стать объективные улики. А если отношения с Москвой из-за этого пострадают еще больше - ну что ж, так тому и быть.

______________________________________

Дело Литвиненко должно было быть доведено до конца ("The Financial Times", Великобритания)

Заявление Королевской прокуратуры Великобритании ("The Financial Times", Великобритания)