Запрос об экстрадиции бывшего агента КГБ, которого англичане считают причастным к убийству оппозиционера Владимира Путина, подтверждает - хотя это и так всем ясно - что отношения между Россией и странами Запада стремительно ухудшаются. В течение последних нескольких недель наблюдалось усиление атмосферы напряженности, которая без преувеличения напоминала самые мрачные моменты 'холодной войны'. Давайте еще раз вспомним хронологию событий.

Последним по времени был запрос об экстрадиции Андрея Лугового, который, согласно результатам расследования Скотланд-Ярда, подмешал полоний в чашку чая Александру Литвиненко. Бывший сотрудник российской разведслужбы Литвиненко был близок к олигарху Борису Березовскому, одному из самых яростных противников Путина. С учетом вышеизложенного, британский демарш характеризуется двумя отличительными чертами, которые заслуживают нашего внимания.

Первая. Этот запрос об экстрадиции был сделан в соответствии с положениями Европейской Конвенции, участниками которой являются все страны-члены Европейского Союза, а не в рамках британских юридических норм. Вторая. Лондон сделал этот шаг сразу после провального саммита. Действительно, все сходятся во мнении, что последний саммит ЕС-Россия обернулся фиаско. Полным. Безоговорочным.

А ведь задача перед участниками саммита стояла весьма скромная: запустить переговоры по новому соглашению о партнерстве между двумя лагерями. И что же вышло на деле? Вместо того чтобы чинно обсуждать этот вопрос, почти все участники саммита выложили на стол свои претензии: Россия к Европе и наоборот. На нынешний момент список конфликтных вопросов следующий: русские крайне недовольны тем, что члены ЕС согласились разместить на своей территории элементы американского противоракетного щита; их также не устраивает, что члены ЕС положительно относятся к плану предоставления независимости Косово; и, наконец, их гнев вызывают действия Эстонии и Латвии, ущемляющие права русскоговорящих меньшинств.

Теперь давайте перейдем к европейцам. В ходе саммита они упрекали Москву за ее излишне жесткий способ применения энергетического оружия; за ограничения свободы перемещения и слова оппозиционеров режима; за то, что эмбарго на импорт польского мяса все еще остается в силе. Естественно, не были забыты убийства журналиста Анны Политковской и бывшего агента Литвиненко. За неделю до саммита и за десять дней до запроса об экстрадиции Лугового, президент Путин выступил с речью, отличавшейся на удивление агрессивным тоном в отношении США. Он даже провел параллель между политикой Буша и. . . Третьим Рейхом. После чего Вашингтон потребовал безотлагательно организовать встречу глав дипломатических ведомств обеих стран, чтобы попытаться смягчить эту излишне воинственную риторику. И все это на фоне многочисленных угроз, каждая из которых исходила из Москвы. Каких именно? Применить право вето по вопросу независимости Косово. Несогласие с введением дополнительных санкций против Ирана.

С учетом вышеизложенного можно сделать вывод, что никогда еще после падения берлинской стены, отношения между Россией и тандемом ЕС-США не были настолько конфликтными, а тон таким резким, даже мстительным. В двух словах можно сказать, что будущее видится исполненным раздоров, но это - прописная истина.

________________________________

Новый фронт в войне между Путиным и Западом ("The Independent", Великобритания)

Снимая напряженность в отношениях ЕС и России ("The International Herald Tribune", США)