Сегодня, когда на встрече 'большой восьмерки' явно ощущается напряженность между США и Россией, поневоле начинаешь размышлять: остались ли у Вашингтона хоть какие-то рычаги влияния на Москву по важнейшим проблемам безопасности? Когда я выразил возмущение тем, что ассигнования на программу Нанна-Лугара ['Программа совместных действий по снижению ядерной угрозы', осуществляемая с начала 1990-х, предусматривает финансовую помощь России и другим странам бывшего СССР в ликвидации ядерных боеприпасов и усилении безопасности хранилищ ядерных материалов - прим. перев.] остаются на том же уровне, что и до 11 сентября, один из самых ее горячих сторонников в Сенате объяснил мне: после повышения цен на нефть Россия уже не проявляет особого интереса к увеличению финансовой помощи на эти цели. Вряд ли кто-то станет подвергать сомнению необходимость утилизации материалов (они хранятся в основном в России и США), которые террористы могут использовать для создания атомной бомбы. То же самое относится к обеспечению безопасного хранения примерно 10000 единиц тактического ядерного оружия, находящихся в пределах 'дырявых' российских границ. Если деньги уже не кажутся Москве достаточным стимулом, чем еще можно ее заинтересовать?

Ответ на этот вопрос можно найти в старом еврейском анекдоте - шедевром остроумия, его, пожалуй, не назовешь, но в нашем контексте он весьма уместен. Крестьянин просит раввина о помощи - у него маленький дом и большая семья, и живут они в жуткой тесноте. Раввин говорит: 'Купи козу и приведи ее в дом'. Крестьянин ушам своим не верит, но раввин стоит на своем. Через месяц крестьянин снова приходит к раввину, и говорит, что жизнь стала совсем невыносимой. Тот отвечает: 'Продай козу'. Вскоре крестьян заходит поблагодарить раввина: 'Живем как в раю - столько места освободилось'.

В нашей ситуации роль 'козы' играет система противоракетной обороны, которую мы намерены разместить вблизи российских границ; Москва считает, что это создает для нее угрозу. Вызваны эти страхи простой паранойей, или система действительно подрывает безопасность в Европе - в данном случае неважно. Главное в другом: большинство экспертов считают ее неэффективной, испытания ракет-перехватчиков проходят неудачно, и вообще - это дорогостоящая и ненужная программа. Так что, избавившись от нее, мы ничего не теряем. Россия после этого, возможно, и не 'заживет как в раю', но, учитывая, какое значение она придает этому вопросу, пожалуй согласится в ответ существенно увеличить масштабы работ по программе Нанна-Лугара.

К подобной идее в Москве скорее отнесутся позитивно, чем к любым другим предложениям США по изменению ее политики в этой области, поскольку она полностью соответствует российским интересам. Да, Путин и его советники не без сарказма воспринимают идею о ядерном терроризме, особенно сценарии, связанные с участием чеченцев в таких терактах. Однако между мнением о том, что та или иная программа не является приоритетной с точки зрения национальных интересов, и уверенностью, что она им полностью противоречит - дистанция огромного размера. Программа Нанна-Лугара не вызывает в России такого ажиотажа, как план размещения наших ракетных комплексов на ее границе. Таким образом, отказавшись от последнего, мы, скорее всего, получим больше возможностей для осуществления первой.

Если этого стимула окажется недостаточно, можно еще и приглушить наши шумные призывы к демократизации в России, поскольку, как показывает опыт, адресат все равно остается к ним глух. Несмотря на многочисленные публичные и неофициальные демарши США в поддержку свободы печати, беспрепятственной деятельности неправительственных организаций, соревновательной многопартийной системы и других демократических принципов, путинский режим движется в прямо противоположном направлении. Наши упреки в адрес российского президента возможно и создают ему кое-какие неудобства на Западе, и даже в некоторых кругах внутри страны, но конкретных результатов нам не приносят.

В то же время последние шесть лет США практически не используют имеющиеся у нее рычаги влияния, чтобы побудить Россию принять более жесткие меры по борьбе с угрозой ядерного терроризма. Правда, после встречи в Братиславе в 2005 г. президенты Буш и Путин выступили с совместным заявлением на эту тему, но серьезных практических шагов за этим не последовало.

Россия во многом напоминает 'несостоятельное государство'. Центральная власть не контролирует ситуацию. Генералы, магнаты и мошенники всех мастей без помех обделывают собственные делишки в обстановке, напоминающей 'дикий Запад'. Солдаты, охраняющие так называемые 'закрытые города', где хранится значительная часть опасных материалов, получают мизерное жалованье. В конечном итоге обеспечить нашу безопасность, безопасность России и всего мира можно лишь одним способом - переместить в безопасные хранилища или нейтрализовать эти расщепляющиеся материалы. Именно в этом должна состоять наша приоритетная задача в отношениях с Россией.

Амитай Этциони преподает социологию и теорию международных отношений в Университете имени Джорджа Вашингтона (George Washington University). При подготовке данной статьи использованы материалы из его новой книги 'Безопасность в первую очередь: за нравственную и энергичную внешнюю политику' (Security First: For a Moral, Muscular Foreign Policy)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.