Шахматы в России - национальный вид спорта. Поэтому, как говорили советские коммунисты наподобие Владимира Путина, 'не случайно, товарищ', что предложение по ПРО, сделанное им на прошлой неделе на саммите 'большой восьмерки', было утонченным гамбитом, хитроумной попыткой не защитить Европу и Соединенные Штаты от будущих иранских ракет, а заблокировать создание системы противоракетной обороны. Назовем ее маневром Путина.

По сути, подобно непревзойденному мастеру игры - такому, как Гарри Каспаров, его грозный соперник из демократического лагеря - Путин играет одновременно на нескольких досках.

Во-первых, это американо-российские отношения. Каждому потенциальному тоталитарному диктатору нужен враг - и становится все яснее, что, несмотря на смехотворные заявления Путина о том, что он 'последний демократ', его поведение все больше напоминает царское. Врагом для Владимира Путина являемся мы. Благодаря созданию образа врага, его политика консолидации власти и даже репрессий в стране обретает все большую поддержку народа. Более того, он способен оправдать новое наращивание вооружений и внешнеполитический авантюризм в компании с такими ненавистниками Америки мирового класса, как иранские муллы, китайские коммунистические руководители, президент Венесуэлы Уго Чавес и лидер Северной Кореи Ким Чен Ир.

Следующая 'доска' - российско-европейская. Путин возродил традиционный курс Кремля в отношении Европы - курс запугивания, принуждения и шантажа, используя угрозы нанесения ядерного удара, отключения поставок энергоносителей и другие формы экономического давления. Воспользовавшись ходом из самоучителя Иосифа Сталина, почти-что-царь даже напал на одно из балтийских государств, Эстонию, правда, применив электронное, а не старомодное оружие.

Наконец, Владимир Путин пытается оказать влияние на американо-европейские отношения. Служба в КГБ почти четверть века назад, когда Америка приступила к размещению в Европе ракет средней дальности, не прошла для него даром. Он не только ностальгирует по статусу сверхдержавы, который именно в результате этого шага начал терять Советский Союз. Он также искушен в стратегии 'разделяй и властвуй', которая чуть не сбросила правительства ключевых стран НАТО и чуть не сорвала планы размещения ракет.

Сегодня Кремль рассчитывает сыграть на противоречиях между США и Европой по вопросу Ирака и, воспользовавшись неприятием планов администрации Буша по размещению очень скромного противоракетного потенциала в Польше и Чехии, создать, а затем - заполнить вакуум власти на континенте.

Маневр Путина призван способствовать достижению этих целей следующим образом:

Президент России предложил использовать российский радар в Азербайджане в качестве альтернативы радару слежения, который по плану Буша должен быть размещен в Чехии. Неважно, что устаревший радар Кремля не предназначен для точного распознавания боеголовок, механизм которого предусмотрен в предлагаемой современной американской системе. Его замысел заключается в том, чтобы запутать дело, дать чешским противникам радара видимость альтернативы его размещению в их стране и представить американский план неразумным.

Подобным образом Путин высказался за то, чтобы вместо развертывания 10 ракет-перехватчиков в Польше, США разместили противоракеты в Турции, Ираке и на море, на боевых кораблях оснащенных оборонной системой Aegis. Этот гамбит дает лазейку польским критикам, позволяя, вместе с тем, осложнить отношения Соединенных Штатов с Турцией и Ираком.

Кремль уже давно пытается подорвать невероятно важный стратегический альянс между Америкой и Турцией, над которым уже нависли тучи из-за антиамериканской программы правительства исламистов в Анкаре и растущей напряженности в отношениях двух государств из-за иракского Курдистана. А на фоне горячего обсуждения в американских элитных кругах идеи 'убраться из Ирака' размещение там противоракетных систем на долгосрочной основе - явная несуразица.

Мысль об использовании крейсеров Aegis в целях противоракетной обороны, конечно, замечательна. Однако не это у Путина на уме. И, если только новый председатель комитета начальников штабов адмирал Майк Маллинс (Mike Mullins) не прогнет свою линию, эти корабли будут по-прежнему неспособны гарантировать Европе и США надежную защиту, в которой мы нуждаемся.

Наконец, Путин вбросил еще две проблематичные идеи.

1) Не нужно торопиться с созданием системы ПРО в Европе. По его словам, у иранцев нет ни ракет, которые могут достичь территории Европы, ни планов их создания.

2) Россия должна участвовать в процессе принятия решений о создании системы ПРО.

Первое - явная неправда. Имеющиеся у Ирана ракеты Shahab-3 могут достичь территории некоторых стран НАТО. Имеются безошибочные признаки того, что тегеранские муллы намерены разработать ракету Shahab-4, которая, возможно, будет способна достичь любой точки на европейском континенте.

Самый коварный аспект маневра Путина заключается в том, что он уговорами и запугиванием требует участия России в принятии решений о размещении и, возможно, использовании системы ПРО в Европе. Это значит позволить одному из самых важных союзников тегеранского режима и одному из поставщиков ему ядерной технологии решать, как и когда защищать интересы наших европейских друзей и партнеров от угрозы, которую представляют иранские друзья Путина.

Ожидается, что все это будет обсуждаться в июле - Владимир Путин удостоен чести посетить имение Бушей в штате Мэн. С времен встречи Рональда Рейгана с Михаилом Горбачевым в Рейкьявике двадцать лет назад на президента США еще никогда не оказывалось такое давление с целью отказа от свободы действий в области противоракетной обороны. Как и тогда, ответом на кремлевский гамбит должно быть 'Спасибо, но нет'.

Фрэнк Гаффни-младший - президент Центра политики безопасности. При Рональде Рейгане отвечал в министерстве обороны за политику в области ПРО.

____________________________________

Запад в образе врага ("Focus", Германия)

Россия: Привычки те же, плюс лицемерие ("The Economist", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.