Если кому-либо и нужны были доказательства, что угрозы, выдвинутые Россией в связи с размещением американского противоракетного щита в Европе, носили скорее политический, чем стратегический характер, то Путин их предоставил на саммите "большой восьмерки" в Хайлигендамме в Германии. Рассказывая подробнее о своем предложении использовать вместо радара, который Вашингтон собирался оборудовать в Чехии, арендуемую Россией у Азербайджана РЛС в Габале, российский президент заявил, что, если США хотят размещать антиракеты, пусть устанавливают их в Южной Европе, в странах НАТО. И привел в качестве примера Турцию, а затем Ирак.

Формулировка многое говорит о том, какими видятся Путину отношения России со странами Центральной Европы. Его не беспокоит, что американские ракеты могут быть установлены в странах НАТО на южных рубежах России, зато он рассматривает как провокацию их размещение в Польше (а в Чехии - радара, который будет направлять ракеты). Но ведь эти две страны также являются членами НАТО, и у них, в отличие от Турции, нет общих границ с Россией.

Тем не менее, для главы Кремля существует фундаментальное отличие между Турцией и Польшей с Чехией. После окончания Второй мировой войны Турция была верным союзником США. Она вступила в Атлантический Альянс в 1952 году и была плацдармом для наступательного оружия США. СССР протестовал, даже наносил ответные удары - в 1960 году обнаружение самолета-разведчика U-2 над советской территорией не дало состояться советско-американскому саммиту в Париже - но мирился с этой ситуацией во имя раздела мира.

Польша и Чехия, напротив, более сорока лет находились в зоне советского влияния. Леонид Брежнев, с 1964 по 1982 годы занимавший пост генерального секретаря ЦК КПСС, даже придумал для этих стран и прочих "народных демократий" доктрину "ограниченного суверенитета". Да, конечно, железный занавес уже не существует. Да, конечно, поляки, чехи и другие народы Центральной Европы присоединились к НАТО и Европейскому Союзу. Но Владимир Путин по-прежнему считает, что бывшие советские сателлиты не полностью вольны в своих решениях, что Москва по-прежнему имеет право контроля над заключаемыми ими союзами, особенно если они имеют отношение к военной сфере. Когда российские руководители выражают опасения, что их возьмут в кольцо демократий, в первую очередь они думают о странах "ближнего зарубежья", которые с 1989-1991 годов не только покинули орбиту России, но и жаждут насладиться вновь обретенным суверенитетом.

То, как Путин обошелся с Азербайджаном, является подтверждением от противного тому, что Россия никак не может избавиться от дурных привычек прошлого. Создается впечатление, что с азербайджанским президентом Ильхамом Алиевым никто всерьез не проконсультировался о перспективах использования РЛС в Габале, которая, конечно же, предоставляется для использования России, но находится все-таки на территории Азербайджана. Алиев, стремящийся поддерживать добрые отношения, как с Москвой, так и Вашингтоном, выражает желание участвовать в будущих дискуссиях по этому вопросу.

Скорее всего, этого не понадобится, поскольку идея использования радара в Габале может приказать долго жить по техническим причинам. Американцы сочли идею "интересной", потому что она указывает, по меньшей мере, на то, что Путин больше не отрицает реальность угрозы со стороны неподдающихся контролю государств, обладающих оружием массового уничтожения. Теперь им останется всего-навсего убедить российского президента, что противоракетный щит в Польше и Чешской Республике представляет не большую угрозу для безопасности России, чем если бы он был размещен на юге. Возможно, именно этим американцам и нужно было уже давным-давно заняться?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.