Заявление Буша о том, что нам не следует поддаваться панике, было очень успокаивающим. Успокаивающими были и произнесенные следом слова Путина, что спор вокруг ракетного щита вполне можно разрешить. Но, все-таки, сомнения остаются. Поскольку нельзя назвать мелочью то, что президент России грозит нацелить свои ракеты на европейские города. Это признак того, что дипломатия уступила место определенной форме запугивания.

Путин сделал свое заявление в прошлый уик-энд накануне встречи G8 в ходе пространной беседы с восемью журналистами - по одному из каждой страны группы G8. Время, выбранное для этой беседы гарантировало максимальное внимание мировой прессы. На сайте Кремля стоит англоязычный вариант беседы. Складывается впечатление, что говорит человек, подбирающий каждое слово. При посредничестве всего мира он обращается к Бушу, а мы в Европе тоже можем слушать.

Затрагиваются всевозможные вопросы: геополитика и экономика, угроза политическим свободам в России, убийство бывшего сотрудника КГБ и критика Путина Литвиненко и даже то, что Людмила Путина довольна тем, что президентство ее мужа почти завершилось.

Отвага Путина больше всего становится заметной в середине беседы. Внезапно тон Путина становится на удивление веселым. Когда речь заходит о сомнениях в его демократичности, он говорит: 'Являюсь ли я демократом чистой воды? Конечно, я абсолютный и чистый демократ. Но вы знаете, в чем беда? Даже не беда, трагедия настоящая. В том, что я такой один, других таких в мире просто нет'.

Затем непризнанный образцовый демократ подвергает уничижающей критике Америку (пытки, бездомные, Гуантанамо) и Европу (насилие против демонстрантов, убийство демонстранта - имеется в виду Эстония). И он завершает свое пространное отступление словами: 'После смерти Махатмы Ганди поговорить не с кем'. Юмор в Кремле. За последнее столетие мир слишком редко такое слышал. Но этот юмор холоден, как лед.

Таким же холодным, но совершенно серьезным стал Путин, когда итальянский журналист спросил его, что будет, если американцы продолжат выполнение своих планов и разместят элементы противоракетной обороны в Чехии и Польше. 'Не вернемся ли мы тогда назад во времена, когда ядерное оружие бывшего Советского Союза было нацелено на объекты в Европе?'

Это своего рода толчок, и Путин не колеблется: 'Безусловно. Конечно, мы вернемся к тем временам'. Если противоракетный щит, по словам специалистов, является угрозой, 'то мы вынуждены будем предпринимать соответствующие ответные шаги. Какие это шаги? Конечно, у нас должны появиться новые цели в Европе'.

Реакция Запада была удивительно сдержанной: слова Путина 'не способствуют решению проблем'. А Буш сказал, что Россия в действительности не нападет на Европу. Кроме того, угроза Путина имела, прежде всего, символическое значение и едва ли военное, учитывая, что в нынешней ситуации российские ракеты и так могут быть за несколько минут направлены на цели в Европе.

А на саммите G8 в Хайлигендамме после разговора двух лидеров самые серьезные противоречия исчезли. Путин предложил альтернативный противоракетный щит. Буш предложил России 'стратегический диалог'. И они по-прежнему называли друг друга по имени.

Но причины конфликта от этого не исчезли. Вашингтон по-прежнему полон решимости создать противоракетный щит и предоставить его тем странам в Европе, которые этого захотят. А Россия чувствует себя непризнанной великой державой, которую обошли, и испытывает беспокойство по поводу растущего американского влияния в регионе.

Буш - политик, всегда придающий большое значение личным контактам в мировой политике. А Путин сознательно не обращает на это внимания в разговоре с восемью журналистами, когда он говорит: 'На международной арене и в отношениях между государствами на протяжении всей истории главным принципом был интерес'. К этому он добавляет: 'Но чем более цивилизованными становились эти отношения, тем яснее становилось, что собственные интересы нужно сопоставлять с интересами других стран'.

Мудрые слова. Но где в данной связи находятся интересы Европы?

Это короткое высказывание вновь болезненно напоминает Европе о том трудном положении, в котором она находится. Ее безопасность по-прежнему зависит от США. В то же время ее застали врасплох американские планы разместить элементы противоракетной обороны в Чехии и Польше. Европейцы разошлись во мнениях о целесообразности этого проекта. И в не меньшей степени они разошлись во мнениях относительно подхода к этому Москвы. Но, к счастью, там у власти новый Махатма.

Юрд Эйсфоохел - редактор 'NRC Handelsblad'

___________________________________________

Путин о протестах: "Жить надо по закону" ("The Wall Street Journal", США)

Старая русская 'двухходовка' ("The Spectator", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.