Совершенно очевидно, что конфликтный 2004 год, а за ним и антагонизм этого года продемонстрировали: Украина так и осталась идеологически и мировоззренчески разбалансированным обществом. Мы не далеко оторвались от символически отправной точки 1991 года.

Невооруженным глазом видно, что в границах одного государства уживаются даже не два, а три сообщества - ментально разные между собой. Кардинально противоположные Запад и Восток.

А также, особая центральная Украина, которая является украиноментальной по своей сути, впрочем, еще довольно заметными здесь остаются наслоения русской культурной экспансии в прошлом. Это наглядно проявляется хотя бы в языке общения местных жителей, который в простонародье именуют "суржиком".

Именно вот это историческое существование трех Украин, а не политики, породило ситуацию, которая существует и взаимную непримиримость. Элита только пользуется этим для борьбы между собой, иногда подливая масла в огонь. Но лишь для того, чтобы он не погас.

Это же украинцы сами избирали таких политиков. Пусть даже с фальсификациями или административным давлением, впрочем, избирали граждане Украины.

Верность такого суждения легко подтвердят и многочисленные социологические опросы, независимо от того, кто их проводил. Отклонения в 1-2% не возражают общей тенденции.

Своими электоральными симпатиями украинцы демонстрируют насколько разным является это государство.

Другими словами, не политики сделали эту страну такой антагонистично непримиримой внутри. Идеологическую парадигму политических противостояний задаем мы с Вами. А политики только выполняют социальный заказ. Это очень просто можно продемонстрировать на примере Партии регионов.

Посмотрите, на кого хочет быть похож Ринат Ахметов? Ответ очевиден - на типичного европейского бизнесмена.

Это четко проявляется хотя бы в позиционировании своей управляющей компании и ее активов. Даже название его корпорации звучит на английском: Систем кепитал менеджмент.

Интересно, а откуда господин Ахметов принципиально приглашает заезжих тренеров для своего "Шахтера"? Очевидно не из России, хотя тамошняя футбольная школа имеет довольно и довольно серьезные достижения. И свой будущий стадион донецкий бизнесмен сравнивает не с московскими "Лужниками", а с ведущими аренами Европы.

Для понимания особого поклонения лидеров Партии регионов перед достояниями западной культуры не надо смотреть даже на те авто, которыми они передвигаются или одежду, которой они оказывают предпочтение.

Вот только один очень точный и символический пример. Как известно, в последнее время с "регионалами" работают не русские, а американские консультанты, услугами которых в партии очень довольны.

Обратите внимание, американцев пригласили вопреки тому, что русские технологи считаются неотъемлемым атрибутом всех мегабюджетных избирательных кампаний в Украине.

Лояльность мистеру Манафорту "регионалы" высказали вопреки стереотипам об исключительности абсолютно всего русского, в том числе и тамошних политических технологов. Да и момент в Партии регионов в 2006 году был в особенности ответственным.

Проигрывать они не имели права. И все же, в такой ситуации доверились не братским россиянам, а "чужеземцам" - американцам.

Следует заметить, что это абсолютно нормальное явление. Люди, у которых есть возможность, могут позволить себе избирать лучшее.

Вместе с тем, Партия регионов, понимая необходимость поддержки в восточных и южных регионах государства, проводила жестко антиамериканскую и четко пророссийскую линию.

Антинатовские выступления, прохладность к ЕС, русский язык, "братские" заявления и многое другое. То есть, лидеры Партии регионов призывают жить не за мерками того сообщества (западной), плодами которой они пользуются с большим удовлетворением и по полной программе.

Возникает вопрос: почему?

И здесь мы должны понять, что именно та часть общества, которая поддерживает Партию регионов, задает этой политической силе и ее лидерам идеологические векторы. Даже будучи лично яркими последователями достояний европейской и американской культур, ведущие "регионалы" идут на угождение своим избирателям и декларируют диаметрально противоположные ценности и векторы внешней политики.

Согласитесь, это очень яркий пример того, как народ влияет на элиту. Улавливая пожелание избирателя, элита умело играет на вкусах украинцев и пользуется этим ради поддержки на выборах.

Таким образом получается, что в отношении к НАТО или любви к России украинцев разделили не политики. Это обычные граждане разжигают их противостояние в этих вопросах.

Эти, казалось бы несговорчивые и твердолобые государственные мужи, являются простым отображением нас всех - граждан, а верней трех сообществ, которые сосуществуют в границах одного государства как пес с котом.

В чем корень такой ментальной различности Украины?

За обычаем напрашивается простой ответ: одни были под Россией значительно дольше, чем другие. Но это же ответ, который находится на поверхности. Можно логически возразить и признать, что другие были под Польшей или Румынией, которые также не особенно жалели украинцев.

Итак, почему одни сохранили свою иррациональную лояльность к тому государству, которого де-факто не существовало столетиями и оно только было объектом воспеваний; а другим, в лучшем случае, эта страна, как самостоятельное образование - абсолютно равнодушно?

Почему одни, "выйдя" из-под Польши и "перейдя" под Россию, хотели получить это государство, а другие потеряли к ней любой интерес?

Почему одни, получив первую же возможность, стали эту страну упорно строить, а другие сопротивляются и дальше хотят под давний протекторат империи?

Напрашивается обычный ответ: наверное, вопрос не в том, кто под кем и сколько был. Проблема в разной социальной архитектуре "украинской" и "неукраинской" по ментальности Украин.

Так как и там, и там большинство себя считают украинцами, впрочем, думают совсем по-разному. Как доказательство этому - аграрные и промышленные регионы Левобережья и Надднепрянщины. Почему, будучи вместе под властью России, одни - имеется в виду большинство жителей сельских регионов - ментально остались украинцами, а жители промышленных перестали ими быть?

Наверное, проблему следует искать не в "русской" ли "польской" частях Украины. Вопрос в промышленной и аграрной по своей сути сообществах.

Общественность промышленных регионов формировалась по принципу "плавильного котла". Туда съезжались люди со всех регионов Украины и тогдашней империи. Со временем фактически размылся институт семьи, что так скрепляет традиционалистские устои аграрного общества.

Формировалось атомизированное сообщество, которое закономерно не могло сохранять давние местные традиции, а тем более скреплять их. В промышленных регионах Украины возрастала ценностно дезинтегрированная общественность, которая базировалась на эгоистически-индивидуалистских ценностях.

А поскольку любое общество должно жить по каким-то правилам и моральным императивам, то этому сообществу с потерей традиционных ориентиров было легко накинут новую проимперскую (пророссийскую) парадигму мировоззрения. Но это тема другого разговора.

Украинцы промышленных регионов стали больше отличаться от украинцев из аграрных территорий и перестали быть носителями украинской ментальности и традиций.

Жители аграрных центарльноукраинских регионов, также попали под серьезное влияние русского доминирования. Впрочем, эти регионы не испытали промышленной революции, здесь продолжает преобладать сельское хозяйство.

Именно поэтому был сохранен институт семьи, а соответственно сохранились украинские ментально-мировоззренческие ориентиры. Использование "суржика" в устной речи и прочие периферийные признаки пребывания под русским влиянием, могут свидетельствовать лишь о том, что в этом регионе украинская культура и традиции испытали очевидные изменения лишь по форме.

Однако, по своей сути, местное население осталось украиноментальным. Это проявляется в сохранении мировоззренческих ценностей и основных традиций. Местные украинцы остались украиноориентоваными.

Большую роль в этом сыграло аграрное устройство производства в регионе, которое спасло институт семьи.

Такая же ситуация и в западных регионах Украины, которые были под оккупацией других метрополий.

Впрочем, тотальное преобладание сельского хозяйства, а часто и натуральное хозяйство, которым занималось подавляющее большинство западных украинцев, сохранили институт семьи, а затем ментальные и мировоззренческие ориентиры.

Наименее продолжительное пребывание под протекторатом России обусловило и наименьшие последствия влияния на язык и культуру украинцев в этом регионе. Однако по форме западноукраинская культура испытала такое же влияние со стороны Польши, Венгрии, Румынии и других, как и центральноукраинская со стороны России.

В языке западных украинцев, в частности галичан, наблюдается много полонизмов и т.д. Вместе с тем, аграрное устройство производства Западной Украины из-за крепкого института семьи помогло сохранить тамошним украинцам свою идентичность.

Вот такие три разных сообщества в границах одного государства.

Хотя у западных и центральных украинцев есть фундаментальные основания для ментальной близости. Так как и там, и там благодаря аграрному способу производства, украинцы спасли свое родственное устройство. Структурно-общественная, а соответственно и ментальная похожесть этих сообществ, в конце концов имели свое проявление и на выборах президента в 2004 году.

На первый взгляд, существенное отличие украинских сообществ прокладывает безграничную пропасть между частями одного государства. И кажется, что глубинные ментальные расхождения никогда не дадут возможности сделать из этого общества единое государство.

В таких случаях припоминается одна бытовая мудрость: если хороший мужчина не может жить с хорошей женой, то лучше по-доброму и мирно разойтись.

Однако, это будет самый желанный результат для некоторых "добрых" соседей Украины, которых просто распирает от их геополитической исключительности. Вместе с тем, федерализм, который предлагается как наилучший выход из этой ситуации, не решит проблемы, а лишь углубит внутреннее противостояние и взаимное непринятие.

На самом деле, федеративное устройство нужно лишь элитам, чтобы оградить территории своего влияния и не допускать туда своих соперников.

Как не парадоксально, но лишь эта элита, очевидно, может сломать патовую ситуацию, перестав быть слепыми исполнителями социального заказа. Она должна выполнять свою естественную функцию и вести общество, а не пародировать его.

В другом случае останемся в замкнутом кругу: какое общество - такая элита, какая элита - такое и общество.

Однако, это весьма сложная задача для украинских прагматических, или ленивых, государственных мужей, которые никогда не затрудняют себя поиском тернистых путей.

Поэтому, как всегда: как-то оно решится. А как - покажет время...

____________________________________

Закрываем тему: последний раз о языковом вопросе ("Зеркало Недели", Украина)

Украинская специфика ("День", Украина)

Их Украина ("The Financial Times", Великобритания)