Россия вновь стремится играть роль мировой державой и поигрывает мускулами. С тех пор, как президент Владимир Путиным произнес конфронтационную речь в Мюнхене в феврале прошлого года, признаков перемен во внешней политике России становится все больше.

После этого Россия установила флаг на океанском дне под Северным полюсом, демонстрируя тем самым свои притязания на Арктику с ее природными ресурсами; объявила о своем намерении создать собственную противоракетную систему, неоднократно разражалась угрозами в адрес Европы в ответ на планируемое размещение там небольшой американской противоракетной системы; взорвала 'потерявшуюся' ракету или бомбу в Грузии, в качестве предупреждения правительству в Тбилиси и его западным друзьям; совершила облет американской военной базы на тихоокеанском острове Гуам; заблокировала принятие решения СБ ООН по статусу Косово; организовала хакерские атаки на интернет-сайты Эстонии. В добавлении к этому каждую зиму возникает угроза возникновения 'проблем' с поставками нефти и газа в Европу.

Высокие цены на нефть и газ, ослабление Америки из-за неудач в Ираке, укрепление Китая и Индии, безусловно, все это явно подталкивает Россию к изменениям во внешней политике. Однако никаких существенных изменений во внешней политике России не произошло, т.к. она продолжает придерживаться основных решений, принятых в начале 90-х годов, а именно - развернуться в сторону Запада. Тем не менее, стиль российской политики изменился - от сотрудничества к конфронтации. А как показывает история, изменение в стиле внешней политики может быстро привести и к изменению стратегии.

В настоящее время Россия переживает период восстановления. Как правило, подобным периодам предшествуют революции и периоды радикальных перемен. Власть центра восстанавливается, после ее частичного разрушения, вызванного развалом Советского Союза. Но центр играл главную роль в формировании российской истории на протяжении всей истории, начиная с 16-го века, и нынешний этап не является исключением.

Восстановление центральной власти идет уже на протяжении определенного времени. И сейчас центр практически полностью определяет российскую внутреннюю политику и экономику, хотя и не в рамках тоталитарного и автократического режима, а в рамках демократии и рыночной экономики.

Безусловно, демократия переродилась в так называемую 'управляемую демократию'. Теоретически продолжают существовать различные партии, выборы, плюралистическое общество, независимая юрисдикция и рыночная экономика. На практике, вся система контролируется президентом. Населению, по-прежнему, позволят проголосовать за президента, но истинное решение о том, кто станет президентом, будет принято задолго до выборов.

Несмотря на то, что ВВП России соответствует итальянскому, она продолжает оставаться мировой державой, слишком важной, чтобы ее изолировать и даже забывать о ней. Она имеет огромный стратегический вес. Будущее России будет определяться тем, сумеет ли она в полном объеме модернизировать свою экономику, которая в настоящее время основывается на экспорте нефти, газа и других природных ресурсов.

В случае если Россия, останется зависимой от экономики, основанной на эксплуатации природных ресурсов, она вновь станет колоссом на глиняных ногах, гораздо менее могущественным, чем прежний Советский Союз. Лишь в случае, если России удастся успешно инвестировать доходы от нефтяной экономики, можно будет достичь устойчивой экономической модернизации.

Но это потребует и успешной политической модернизации, что ни много, ни мало означает ограничение власти Центра. Наиболее важным аспектом будет обеспечение действительно независимой юрисдикции. Более того, России нужна система сдержек и балансов, соответствующая ее собственной культуре и традициям, потому что наряду с господством закона является непременным условием действенной демократии. И, наконец, России нужно будет построить действенную партийную систему, способную поддержать российскую демократию. Учитывая обширные размеры России, двухпартийная система кажется наиболее приемлемой.

На все эти преобразования потребуется время, и они не пойдут легко и без конфликтов. Поэтому в обозримом будущем Западу придется иметь дело с Россией, которая тоскует о своей потерянной имперской власти и, исходя из этого, формирует свою внешнюю политику.

В международной политике сила одной из сторон часто является отражением слабости другой стороны. Сегодняшняя слабость США и Европы - открытое приглашение России вернуться к ее старой имперской политике. Подобное развитие событий в первую очередь не безопасно для Европы.

Таким образом, Европа стратегически заинтересована в успешной модернизации России и в хороших двусторонних отношениях. Более того, без огромного ущерба для своих собственных интересов Евросоюз и его отдельные члены не могут позволить, чтобы Россия вернула себе свои прежние имперские сферы влияния. Именно поэтому так важно обеспечение независимости Украины, равно как и обеспечение ориентации Турции на Европу.

В то время как модернизация и демократизация России отвечает интересам Европы, ее возврат к имперской внешней политике и едва завуалированный авторитаризм внутри страны - нет. Большинство русских смотрят на Запад. В ближайшие несколько лет Россия предложит Европе большие возможности более тесного сотрудничества, но это одновременно создаст риск усиленного вмешательства в европейские дела.

Чтобы правильно ответить на существующие возможности и опасности, Европа должна быть объединенной и сильной. Именно такая Европа сможет внести важный вклад в устойчивую модернизацию России. Слабая и разделенная Европа поставит Россию перед искушением идти в будущее опасными тропами.

Йошка Фишер - лидер Партии Зеленых, почти 20 лет был министром иностранных дел Германии, а также вице-канцлером с 1998 по 2005 гг.

*Статья, как указано у газете, опубликована в сотрудничестве с ' Project Syndicate-Institute for Humane Sciences' (www.project-syndicate.org)

Перевод: А. Кириллова

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.