Sunday, October 7, 2007; B03

В глобальной экономике тот, кто выигрывает сегодня, завтра в одночасье может оказаться в дураках - и наоборот. Еще не так давно американские ученые и экономисты-аналитики, задирая носы, дружно кричали об экономическом превосходстве США перед 'старой и больной' Европой. Но не прошло и нескольких месяцев, как ситуация изменилась до неузнаваемости. Сегодня, когда фондовый рынок трясет от войны в Ираке, ипотечного кризиса, огромного бюджетного и торгового дефицита и снижения темпов роста производительности труда, инвесторы говорят об американской экономике не иначе как с отчаянным заламыванием рук. Аналитики переключились на восхищение рвущимися вперед экономиками Китая и Индии; теперь они видят на глобальном горизонте только две эти точки роста.

Но что же Европа? Может быть, кто-то сильно удивится, но отдалившиеся от нас атлантические партнеры прекрасно переживают нынешние нелегкие времена - и успешно опрокидывают мифы, распространяемые о них европессимистами.

Миф первый: европейская экономика больна склерозом и слишком немощна, чтобы вести за собой мир

Если кто и болен склерозом, то это явно не экономика Европейского Союза объемом в 16 триллионов долларов, которая уже не первый год без лишнего шума набирает обороты и уверенно вышла на место крупнейшего торгового блока мира - на Европу приходится треть всей глобальной экономики. Это больше, чем у США (27 процентов) или Японии (9 процентов). Китай со своими шестью процентами, сколько бы кто о нем ни говорил, по сравнению с Европой - до сих пор экономический карлик. Об Индии скромно промолчим.

Собственно, европейская экономика никогда не была так плоха, как о том говорили европессимисты. С 2000 по 2005 года, когда экономический рывок, которым так любили хвалиться американцы, подпитывался в основном легкими кредитами и спекулятивным ростом жилищного рынка, у 15 первоначальных членов Европейского Союза рост на душу населения был такой же, как в Соединенных Штатах, а в конце 2006 года они нас обошли. В Европе быстрее росло количество рабочих мест, чем в США, бюджетные дефициты были меньше, чем в США - и в результате у них сейчас более высокий рост производительности труда и трехмиллиардное положительное внешнеторговое сальдо.

Миф второй: в европейскую экономику никто не хочет инвестировать из-за низкой конкурентоспособности ее предприятий

Опять не угадали: с 2000 по 2005 годы объем прямых иностранных инвестиций в первых 15 странах ЕС составил почти половину от общемирового, а по показателю возврата на вложения Европа обошла Штаты.

- Старая Европа - настоящий магнит для инвесторов, потому что это самый привлекательный рынок мира, - утверждает Дэн О'Брайен (Dan O'Brien) из журнала The Economist.

Кстати, один из самых крупных инвесторов в Европе - как раз Америка: компании в ЕС-15, аффилированные с американскими корпорациями, в 2005 году показали совокупную прибыль в 85 миллиардов долларов - что больше, чем где бы то ни было в мире и в 26 раз больше, чем в Китае (3,3 миллиарда). И хватит носиться с этими старыми мантрами насчет экономической конкурентоспособности: по оценке Всемирного экономического форума, в рейтинге конкурентоспособности национальных экономик первые четыре строчки, семь из первых десяти и двенадцать из первых двадцати занимают европейские страны. США на шестом месте, Индия - на сорок третьем, а континентальный Китай - на 54-м.

Миф третий: в Европе жуткая безработица

Было такое, но - самоликвидировалось. В половине из стран ЕС-15 в течение этого десятилетия занятость была практически полная, и по показателям безработицы они были не выше или даже ниже, чем США. Если брать Европейский Союз целиком, то, даже с учетом все еще развивающихся стран Центральной и Восточной Европы, сейчас в Европе безработица стоит на историческом минимуме в 6,7 процента. Даже во Франции, где безработных 8 процентов, она ниже, чем когда-либо за последние 25 лет.

Это, конечно, больше, чем в США (4,6 процента), однако давайте не будем забывать: большинство созданных в нашей стране рабочих мест - низкооплачиваемые и не предполагающие никаких льгот и социальных благ, в то время как в Европе у безработного есть право на здравоохранение, немаленькое пособие, переквалификацию, жилищную субсидию и так далее. Те же, кто потерял работу в США, рискуют оказаться на обочине жизни без средств к существованию.

Миф четвертый: европейское 'социальное государство' связывает бизнес по рукам и ногам и вредит экономике

Бойтесь стереотипов, взращенных на идеологической почве. Несмотря на бурный рост, экономика Европы остается справедливой и не создает неравенства. В отличие от США, где оно просто бросается в глаза и где у людей к тому же нет равного доступа к доступному здравоохранению и высшему образованию, европейцы так умело управляют своим экономическим локомотивом, что он создает справедливо распределяемые материальные блага.

Во многих областях европейцы до сих пор имеют всеобщую систему социальной защиты - от колыбели до могилы. У них качественная медицина, бесплатное или практически бесплатное высшее образование, оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком и оплачиваемый больничный, доступная система детского воспитания, щедрые пенсии и качественная система общественного транспорта. В среднем при более короткой рабочей неделе у европейца пять недель оплачиваемого отпуска в год (у американца - две). В некоторых европейских странах народ работает на один полный день в неделю меньше, чем в Америке, имея при этом такой же жизненный уровень.

Европа - это, скорее, не 'социальное', а 'трудовое' государство. Как сказал мне недавно один британский политолог, '. . . европейское общество нельзя называть социальным. Скорее оно представляет собой комплексную систему институтов, имеющих перед собой одну задачу - чтобы народ был здоров и работоспособен'.

В правильном понимании европейская экономика и социальная система - не что иное, как две половинки правильно скроенного 'социального капитализма' - системы, в рамках которой экономика финансирует социальную сферу, чтобы сегодня, когда глобальный капитализм грозит всех нас превратить в международно-взаимозаменяемых рабочих, поддерживать семью и человека. Социальная система европейских стран не отнимает у европейцев материальные блага, а лишь добавляет их - и даже самые консервативные лидеры континента считают, что этот путь правилен.

Миф пятый: в недалеком будущем Европа превратится в энергетического заложника России и Ближнего Востока

Гадание на кофейной гуще всегда было рискованным занятием, вот и здесь я бы не был так категоричен. Еще какое-то время Европа, действительно, будет покупать основную часть энергоносителей у России и стран Ближнего Востока, однако никто в мире не работает над снижением своей энергетической зависимости так целенаправленно, как Европа, и никто не предпринимает таких активных действий по противостоянию глобальному изменению климата.

В марте главы всех 27 стран Европейского Союза пришли к соглашению к 2020 году добиться получения 20 процентов своей энергии из возобновляемых источников и на 20 процентов снизить выбросы углекислого газа - и уже сегодня стремление к этим целям постепенно преображает европейский ландшафт. Появляются высокотехнологичные ветряные и крупные солнечные и приливные электростанции, водородные топливные элементы и 'зеленые' энергосберегающие здания. Причем Европа в этом отношении пошла не только в сторону 'высоких', но и в сторону 'низких' технологий, наряду с созданием массовых систем общественного транспорта прокладывая тысячи километров дорог для пешеходов и велосипедистов всех возрастов. И при этом Европа вытирает ноги о земную экологию в два раза меньше, чем те же Соединенные Штаты.

Так что хватит кормить нас сказками о старой и больной Европе.

Стивен Хилл - директор программы политических реформ фонда New America Foundation. В настоящее время пишет книгу о сравнении Европы и Соединенных Штатов.

hill@newamerica.net

_________________________________________

Увядающая сверхдержава? ("Los Angeles Times", США)

Мировое лидерство Америки расшатано ("The International Herald Tribune", США)

Ставлю на Америку ("The Washington Post", США)