From The Economist print edition

Никогда еще задача выработки новой политики в отношении деспотических режимов не была для Европы такой насущной, как сейчас. Мало кто сегодня разделяет силовой американский подход к смене режима. Подход 'авторитарного клуба', воплощенный в политике Китая, который не видит ничего дурного в поддержании отношений с Мьянмой и Суданом, неэффективен и может оказаться уязвимым в сегодняшнем мире всеобщей взаимозависимости (что насчет бойкота Олимпиады?). Теоретически Европейский Союз готов. Он жаждет показать себя большой, богатой и невыносимо принципиальной региональной державой, но при этом добивающейся своих целей 'мягкой силой'. Этому призвана служить зарождающаяся единая внешняя политика.

Более того, проблема того, как быть с деспотами, стоит во главе европейской повестки дня. На следующей неделе министры иностранных дел встретятся, чтобы обсудить политику в отношении Ирана, Мьянмы и Узбекистана. Но особо каверзен вопрос о том, как не позволить Роберту Мугабе, зимбабвийскому президенту-парии, сорвать саммит ЕС-Африка, который должен состояться в декабре в Португалии.

Было бы приятно сообщить, что ЕС готовится ответить на этот вызов и ищет средний путь между Realpolitik и идеалистическим продвижением мира, демократии и благосостояния. Увы, Европа редко действует таким образом. В отношении Мьянмы у нее не хватает рычагов, а коммерческие интересы блокируют принятие более жестких санкций против Ирана, к которым недавно призвала Франция. Зачастую европейским лидерам недостает единодушия, чтобы сказать 'нет' безжалостным режимам, например, богатому газом Узбекистану, который презрительно отмахнулся от европейцев, попытавшихся обсудить андижанскую расправу с оппозиционными демонстрантами в 2005 г.

Мугабе поставил европейцев в особо неловкое положение. Саммиты ЕС-Африка блокируются уже семь лет из-за разногласий по поводу того, приглашать ли человека, который, разрушив некогда процветавшую страну, лишился почти всех своих защитников в Европе. Но сегодня, в силу того, что Китай расширяет присутствие в Африке, предлагая миллиарды наличными и в качестве займов в обмен на природные ресурсы, лагерь противников Мугабе сократился до одной страны - бывшей метрополии. Британский премьер-министр Гордон Браун заявил, что он не сядет за один стол с Мугабе. Перед лицом угроз африканцев бойкотировать саммит в том случае, если на него не будет допущен Мугабе, председательствующая в ЕС Португалия предложила принять окончательное решение африканским странам.

Немногие из целей саммита являются конкретными, хотя португальцы говорят о создании 'совершенно новой базы для диалога' с Африкой, основанного на принципах демократии, региональной интеграции и 'эффективного управления'. Все это в лучшем случае вызовет у Мугабе улыбку. В Брюсселе почти все призывают провести этот саммит - прежде всего, потому что он должен стать первым за многие годы. Британская позиция вызывает нетерпение и даже непонимание.

От 'позерства' Брауна нет никакого толка, комментирует один дипломат. Да, Мугабе ужасен, говорит другой, но он не единственный деспот в Африке. Даже представительница ЕС, с пониманием относящаяся к 'принципиальной' позиции Британии, указывает на то, что из-за китайских денег у Европы остается все меньше рычагов влияния в Африке. Получатели китайской помощи могут игнорировать такие традиционные средства европейского влияния, как Международный валютный фонд и Всемирный банк, отмечает она. Однако 'Европа заинтересована в повышении своей роли в Африке по ряду причин, среди которых - миграция и безопасность'.

Так неужели ЕС - не более, чем циничный геополитический игрок, который, прикрываясь разговорами о ценностях, хладнокровно продвигает европейские интересы? Это, по крайней мере, внесло бы ясность, хотя было бы жалким утешением. На самом деле, позиция ЕС не так уж последовательна. Безусловно, когда в Брюсселе дипломаты объясняют, почему с тем или иным деспотом ничего нельзя сделать, в воздухе отчетливо веет Realpolitik. Объяснение следует до боли знакомому формату. Знаете, говорят нам, существующие санкции бессмысленны, они 'не берут их за живое'. Да, конечно, этот деспот - чудовище, но намного ли он хуже других, с которыми мы все-таки общаемся? В любом случае, введение дополнительных санкций или отказ от сотрудничества будет пустым жестом: китайцы/индийцы/русские только и выжидают, как бы занять наше место.

Континент вины и цинизма

Это звучит довольно цинично. Но большинство европейских правительств даже не смеет признаться в отсутствии у себя убеждений. Через пять минут после заявления о том, что диктатор плох, но с ним все равно надо работать, дипломаты укажут на 'позитивные' сигналы в области прав человека, которые можно привязать к любым переговорам с участием ЕС. Например, большинство наблюдателей признает, что за усилиями Германии по приостановлению санкций ЕС против Узбекистана стоят энергетические и стратегические интересы, но дипломаты, выступающие против 'отторжения', обязательно подчеркнут, что обнаружены признаки улучшения поведения. Порой ситуация становится сюрреалистической. Рассуждая о репрессиях узбекских властей против журналистов, один немец заявил, что главным образом речь идет о 'самоцензуре'. (Вероятно, он имел в виду Гульбахор Тураеву, врача по профессии, приговоренную к шести годам лишения свободы, в частности, за 'клевету', поскольку она предоставляла независимую информацию о событиях в Андижане. Ее, мать четырех детей, освободили из-под стражи в июне только после того, как она 'призналась' в совершении уголовно наказуемых деяний и осудила коллег-диссидентов и иностранных журналистов).

Порой поведение ЕС отдает потерей национальной уверенности. В ходе недавней дискуссии о кредитной политике Китая в Африке один высокопоставленный дипломат поставил под вопрос право Европы с ее колониальным прошлым на критику. (Несомненно, можно было бы возразить, что даже бывшие колониальные державы могут поучиться на своих ошибках). Еще один дипломат во время неофициального обсуждения нарушений прав человека в Азии задал риторический вопрос о том, намного ли они хуже, чем обращение некоторых западных держав с иракскими пленными.

Немного смирения и самопознания со стороны европейцев - это, возможно, неплохо. Но это не предлог для бездействия. В ЕС любят говорить. Что ж, разговор - неплохое начало, пока он ведется на правильных условиях. Но для того, чтобы не отказаться от принципов при первом признаке конкуренции со стороны менее разборчивых соперников наподобие Китая, требуются решимость и уверенность в нравственном превосходстве.

У американцев полно своих проблем. В мире существует запрос на хорошую стратегию в отношении тиранов. Вопрос в том, может ли что-то реально предложить Европейский Союз.

__________________________________

Россия и Китай защищают Бирму, а Запад требует санкций ООН ("The Times", Великобритания)

Если репрессии продолжатся, то кровь Бирмы будет на руках Путина и Ху Цзиньтао ("The Washington Post", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.