Президенту воюющей страны особенно необходима государственная мудрость. Авраам Линкольн был, пожалуй, самым мудрым из тех, кто руководил Америкой в военное время, и его поступки должны послужить образцом для его нынешних преемников.

В конце 1861 г. многие американцы требовали объявить войну Англии, хотя Республика уже увязла по уши в жестоком братоубийственном конфликте, исход которого на тот момент был отнюдь не ясен.

Возмущенный тем, что абордажная партия с корабля военно-морского флота США поднялась на борт британского пакетбота и задержала двух дипломатов Конфедерации, направлявшихся в Европу, лорд Пальмерстон направил в Канаду дополнительный контингент из 8000 солдат, готовясь к войне с Америкой. Очень многие американцы, включая госсекретаря Уильяма Сьюарда (William Seward), жаждали задать британцам трепку - и это в тот момент, когда большая часть федеральной армии была скована гражданской войной.

И сегодня, когда появляются сообщения, что Белый дом и Пентагон подумывают о войне против Ирана, особенно актуально звучит ответ, который Линкольн дал своему госсекретарю: 'Одной войны с нас хватит, мистер Сьюард'.

В 2001 г. США вполне оправданно начали войну против Усамы бен Ладена (Osama bin Laden) в Афганистане. Двумя годами позже администрация Буша инициировала намного более 'спорный' конфликт в Ираке. Ни одна из этих войн пока не завершилась. И возникает резонный вопрос: почему, когда у нас 'на руках' уже есть эти конфликты, кто-то считает, что и двух войн с нас 'не хватит'?

Сегодня позитивных результатов в Юго-Западной Азии от бомбежек Ирана стоит ожидать не больше, чем в свое время победы во Вьетнаме от никсоновско-киссинджеровских массированных налетов на Ханой. Точечные бомбардировки Ирака после первой войны в Заливе не спровоцировали крах хусейновского режима. Для этого понадобилось блестяще проведенная полномасштабная военная операция в 2003 г. (хаос начался уже в период оккупации).

Может показаться, что война США против Ирана соответствует интересам Израиля, но это не обязательно так. Кое-кто в Саудовской Аравии также не против, чтобы американская армия 'отдубасила' их соперника - Иран. Но в любом случае Соединенным Штатам не следует вести войн ради чужих интересов - будь то Саудовская Аравия или Израиль, да и тезис о том, что нападение американцев на Иран в долгосрочном плане укрепит их безопасность, выглядит спорным.

По опыту истории иранцы считают свою страну одной из двух великих военных держав Азии; вторая - Китай. И удар несколькими крылатыми ракетами или бомбардировка завода по обогащению урана скорое всего лишь усилит традиционное стремление Ирана к превращению в региональную сверхдержаву. Один иранец, с которым мне довелось беседовать в Тегеране пять лет назад, не скрывал восхищения Соединенными Штатами. Однако он решительно отстаивал право своей страны на обладание ядерным оружием, расценивая это как вопрос национальной гордости. В конце концов, заметил он, 'у пакистанцев и израильтян оно есть'.

За последние тридцать лет Москва и Вашингтон допустили в Юго-Западной Азии одни и те же политические ошибки. Они пытались оккупировать глубоко религиозные мусульманские страны и перекроить трайбалистское исламское общество по лекалам собственных западных идеологий. Обе сверхдержавы явно недооценили мощного влияния религии на мусульман: они ожидали, что афганцы и иракцы воспримут на ура атеистические коммунизм или западную демократию. Русские потерпели неудачу в этом предприятии, да и перспективы Америки выглядят не лучше.

Пожалуй, самое вопиющее заблуждение, в которое впадают политические лидеры, заключается в том, что они считают, будто исход начавшейся войны можно предугадать. Хоть один ретроград из Политбюро мог предвидеть в 1979 г., что советская военная 'экспедиция' в Афганистане станет одним из важных факторов, обусловивших гибель и распад СССР? Г-н Бен Ладен и многие мусульманские страны считают крушение Советского Союза после неудачи в Афганистане исключительно своей заслугой. Войны никогда не кончаются так, как планируют те, кто их начинает. Предполагалось, что операция в Ираке пройдет быстро и гладко; нас уверяли, что население этой страны встретит американцев как освободителей. А движение 'Талибан', изгнанное из Афганистана в 2001 г., сегодня возродилось, как феникс из пепла.

Президент Буш должен исходить из того, что война с Ираном - вариант неприемлемый, и осознать, что конструктивное взаимодействие с этой страной, вероятно, придется налаживать не одно десятилетие. Возможно, помешать Ирану обзавестись бомбой нам не удастся. Однако опыт истории показывает, что страны, вступившие в 'ядерный клуб', начинают вести себя более, а не менее ответственно, а договоренности между недружественными государствами устойчиво соблюдаются.

Во-вторых, поскольку пребывать на посту президента Бушу осталось недолго, можно считать аксиомой тот факт, что проблему отношений Вашингтона с Тегераном за это время решить не удастся независимо от того, состоятся бомбардировки Ирана или нет.

В-третьих, Белому дому стоит вспомнить, насколько трудно было Западу наладить взаимодействие с СССР в первые 25 лет после окончания Второй мировой войны. Сталин, относившийся к Америке со злобной враждебностью, намеренно провоцировал Вашингтон в Корее, Берлине и других регионах мира. Однако, проявив терпение и мудрость, американские президенты и дипломаты постепенно наладили отношения с русскими, и за сорок лет 'разрядили' мину 'холодной войны'. Президенты Трумэн, Эйзенхауэр, Кеннеди, Джонсон, Никсон, Форд, Картер и Рейган сосуществовали с воинственной коммунистической идеологией. В современном мире к великодержавному статусу чаще всего ведет мудрая сдержанность и дозированная реакция - например, в форме экономических санкций. Сдержанная политика по отношению к Ирану, в сочетании с политикой 'ангажирования' на широком фронте, возможно, впоследствии будут рассматривать как крупнейшее достижение Буша во внешней политике.

Никто сегодня не может предугадать масштаб, длительность и издержки войны, которая начнется, если Белый дом нанесет удар по иранским объектам. Однако абсурдность надежд на то, что эта война позволит добиться серьезных результатов, хорошо иллюстрирует одна истина, на которую обратил внимание мой иранский друг: 'В Ираке американцев любит руководство, а его народ убил почти 4000 американских солдат. В Иране, напротив, руководство ненавидит американцев, а народ в принципе относится к ним хорошо'. Этот парадокс стоит иметь в виду администрации Буша, если она действительно дала указание Пентагона вернуться к плану военной акции против Ирана.

Одним из прискорбных последствий такой бомбардировки вполне может стать сплочение иранского народа вокруг слабеющего руководства, усиление общественной поддержки непопулярного режима. Так и кажется, что иранские лидеры-неоконсерваторы умоляют: 'Ну давайте, сделайте это, помогите нам'.

Уолтер Роджерс - бывший зарубежный корреспондент CNN.

___________________________________

Русская рулетка в иранском вопросе ("The Wall Street Journal", США)

Дутая значимость маленького человечка ("Time", США)

Говорит Махмуд Ахмадинежад ("The New York Times", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.