Когда в мае 2005 года мы встречались с исследователем Джеймстаунского фонда из Мюнхена Владимиром Сокором, то говорили об отношениях новых демократий Восточной Европы с Россией и о двух историях - о той, которую написали победители во Второй мировой войне, и о другой, которую пришлось пережить 'освобожденным' народам, включая латышей. Теперь мир больше интересуют проблемы энергетики, поскольку это тоже политика.

- Почему, по-вашему, в мире вдруг приобрели актуальность именно энергетические вопросы?

- Вопросы энергетической безопасности сейчас действительно намного актуальнее, чем, к примеру, два или три года назад. В мире источники энергии ограничены, возросли цены на нефть и газ, однако одновременно возросло влияние России в этом отношении. В свою очередь, это дало в руки Москвы политические инструменты влияния на Европу. То, что сфера энергетики стала орудием осуществления российской внешней политики, можно понять, прочитав основные положения энергетической политики Российской Федерации до 2020 года.

Когда в 2006 году произошел стремительный скачок цен не энергию, многие энергокомпании не только в Европе обанкротились или стали искать сотрудничества с Россией, чтобы выжить. В свою очередь, Россия смотрела, как добиться влияния на западных политиков и политические партии. Так, под влиянием определенного давления в некоторых европейских государствах были приняты решения, которые не отвечают общим интересам ЕС.

Разумеется, членство в НАТО не может решить проблемы энергоснабжения, поскольку их надо решать внутри ЕС, в том числе и странам Балтии, находя союзников именно в рамках блока. Еще со времен оккупации СССР страны Балтии соединены газо- и нефтепроводами, линиями электропередач с Россией, но в этой сфере нет никаких связей с Западной Европой, хотя вы уже несколько лет являетесь членами ЕС. Это большая задача, которую нужно решать, поскольку в противном случае страны Балтии в отношении энергетики напоминают остров, который не соединен с остальным ЕС.

- Много примеров, когда вопросы энергетики раскалывают Европу. Если к этому добавить еще вопросы прав человека в странах Балтии или неуступчивость Польши по многим вопросам членства в ЕС, то довольно легко настроить 'старых' европейцев против 'новых'.

- Я не думаю, что это будет иметь большой успех, но угроза, конечно, существует. Я вижу, что в структурах ЕС и на политическом уровне все проходит очень корректно. Однако сейчас ЕС - это организация, в которой 27 членов, и решения принимаются не так быстро, как раньше. В отношении стран Балтии и Польши ЕС демонстрирует солидарность по всем вопросам, включая границу и торговые отношения с Россией. Тем не менее, отношения с Россией были и остаются открытым вопросом, по которому ЕС должен договориться.

В то же время в вопросах энергетики Россия вовсе не говорит с ЕС как с единым целым, а с каждым государством в отдельности, то есть с их правительствами или отдельными энергетическим компаниями. ЕС говорит с Россией только о главных направлениях в этой сфере или об общих документах, но не о конкретных условиях или ценах поставок газа или нефти. В то же время и правительства европейских стран и компаний вовсе не хотят делегировать эти вопросы в ведение ЕС, потому что у каждого государства своя внешняя политика, а вопросы энергетики являются ее частью. Если посмотреть на крупные компании BP, Shel, Statoil и другие, то они говорят с Россией каждая в отдельности и никакой взаимной координации нет. Иногда наблюдается и конкуренция. Это ставит Россию и ее газовую компанию 'Газпром' в очень привилегированное положение и вместе с этим создает большое влияние на Запад, возможность диктовать цены и контролировать резервы нефти и газа. В свою очередь, для западников возникает конкуренция, когда каждая компания смотрит, как более успешно говорить с Москвой и опередить соперников. В действительности это очень печальная ситуация.

- Нужно согласиться, потому что самый наглядный пример - проект газопровода Nord Stream. Как вы оцениваете позицию Польши или нежелание Эстонии пускать строителей газопровода в свои территориальные воды?

- Латвия была бы в выигрыше, если бы какое-то ответвление от этого газопровода прошло к ее территории, но я понимаю, что позиция Латвии в этом вопросе еще не до конца ясна. Однако у Польши, Литвы и Эстонии в этом вопросе иная позиция. Надеюсь, что Швеция к ним присоединится. Критические замечания в этом отношении есть и у Дании.

Я слышал дипломатичные высказывания комиссара ЕС по энергетике Андриса Пиебалгса об этом проекте, но, по-моему, это плохая идея, которую критикуют и многие немецкие аналитики. Почему? Во-первых, это соглашение не ЕС, а только двустороннее соглашение России и Германии, которое не поддержал Европейский Инвестиционный банк. За проект ответственны, прежде всего, только президент России Владимир Путин и бывший канцлер Германии Герхард Шредер. Это их политическое соглашение, которое затрагивает отдельные узкие, но влиятельные круги в Германии, надеющиеся на политические инвестиции в германо-российские отношения. Это, скорее, политическая стратегия, но не рыночная экономика, которая к тому же абсурдна и ничего хорошего не дает трансатлантической солидарности. По-моему, это возврат к истории 19-го века, и это не говорит ничего хорошего о профессионализме немецких политиков. К тому же, это будет очень дорогой газ для потребителей. Понятно, это не приблизит страны Балтии к энергосетям Запада. Было бы иначе, если бы газопровод был проложен по суше.

- Наконец, Латвию и Эстонию не приближают к Европе и вечные упоминания России о негражданах, в особенности когда в компании с Москвой выступают такие люди из Парламентской ассамблеи Совета Европы как ван дер Линден с экономическими интересами в России. Каким вы видите решение этой проблемы?

- Я бы сказал, что вам надо меньше слушать эти наставления, иначе вы, все время выслушивая, доставляете удовлетворение наставляющим. Вместо этого лучше делать свою домашнюю работу, поднимая демократию и благосостояние в обществе и справляясь с коррупцией в своей стране. Коррупция - это лучший способ внедрения в другие государства политического влияния России и оказания давления на их правительства.

Что касается Рене ван дер Линдена, то посмотрим на канцлера Германии Шредера. Это традиция 'Газпрома', Кремля и когда-то и КГБ - коррумпировать политиков других стран. Конечно, не всех, но какую-то их часть, безусловно. Это происходит везде, в том числе и на Западе. Именно благодаря немецкой прессе Шредер стал непопулярным, и теперь его вряд ли можно считать большим приобретением для 'Газпрома'. Похоже, нечто подобное случилось и с ван дер Линденом, который уже в будущем году покинет большую политику. Правда, теперь Москва думает поставить на должность президента Парламентской ассамблеи Совета Европы председателя комитета по международным делам Совета Федерации Михаила Маргелова, разумеется, не без поддержки ван дер Линдена. Думаю, что это дискредитирует Совет Европы, если президентом ПАСЕ станет Маргелов. Однако, если у вас будет все в порядке с соблюдением принципов демократии, вряд ли он добьется успехов, уча вас тому, что такое демократия. Может быть и наоборот.

(Беседа состоялась 15 октября во время международной конференции 'Европа на перекрестке: повестка дня от Риги до Бухареста')

________________________________________

Кремль перегнул палку ("Newsweek", США)

Попытки Германии привязать Россию к Европе обречены на провал ("The International Herald Tribune", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.