Карибский кризис - как это было? Кто нашел на Кубе советские ракеты? Что чувствовал сын Первого секретаря? Смотрите ИноTV.

* * *

Ровно сорок пять лет назад президент Джон Фитцджеральд Кеннеди объявил о морской блокаде Кубы. Это был самый опасный момент 'холодной войны' между Соединенными Штатами и Россией

Эта куча бетонных блоков - все, что осталось от укрытия для ракет, из-за которых чуть не началась Третья мировая война.

Свидетельства того, что на Кубу было отправлено отнюдь не только оборонительное вооружение, транслировались на всю страну. На сей раз никаких сомнений: оружие массового поражения на Кубе есть.

'Мы не боялись. Конечно, напряженность чувствовалась, но я не видел на Кубе ни страха, ни паники. Наш моральный дух был очень высок'.

Некоторые американцы считают Филипа Эйджи, в те дни работавшего на ЦРУ, чуть ли не предателем: позднее он написал книгу о попытках ЦРУ сбросить Кастро. Сегодня он живет на Кубе и отрицает обвинения в свой адрес. По его словам, США сделали недостаточно для того, чтобы избежать кризиса.

* * *

Ф. Эйджи:

'ЦРУ и западные разведки постоянно говорили - и в августе, и в сентябре, и даже в первые дни октября, - что на кубе нет советских ракет - нет и не будет. Провал американской разведки? Еще какой: ведь эти ракеты привозили на кораблях. На Кубу с ними приходили десятки кораблей из Советского Союза'.

После кризиса прошло сорок пять лет - и на Кубе осталась всего одна ракета. Вот она, стоит над Гаваной. Что еще изменилось с тех пор? Пожалуй, мало что. Отношения между США и Кубой до сих пор плохие, и достаточно вспомнить об иранском вопросе, чтобы понять, что во многих странах все еще опасаются ядерного противостояния. На прошлой неделе президент Буш произнес слова 'Третья мировая война'. . .

Если для Кеннеди окончание Карибского кризиса стало кульминацией его власти, то для советского лидера Никиты Хрущева это было сокрушительное поражение. Сегодня его сын Сергей - профессор Брауновского университета и гражданин США. Мы попросили его вспомнить, что он чувствовал в те тревожные дни.

* * *

С. Хрущев:

'В дни Карибского кризиса я работал инженером в конструкторском бюро. Мы конструировали крылатые ракеты для советских подлодок, а также различные космические аппараты - также для военных'.

'Необходимо понимать, что с точки зрения русских и европейцев Карибский кризис выглядел совершенно по-иному, нежели для американцев. Для американцев этот кризис был в первую очередь психологического характера: они начали понимать, что не менее уязвимы, чем европейцы. Для нас же это был один из множества кризисов: мы знали, что есть какая-то напряженность, но, в общем-то, все шло как обычно'.

'В те годы все советские люди моего возраста еще сами видели Вторую мировую войну, бомбежки, разрушение домов. . . Так что для нас все было совершенно иначе. У нас был другой менталитет: в Соединенных Штатах все воспринимали это всерьез. А мы - нет'.

'Когда Кеннеди объявил о карантине, во внешней политике это воспринимается как приглашение к торгу. Отец решил: давайте поторгуемся. И обе стороны начали соображать, сколько они готовы заплатить за достижение своих целей. Так что когда Вы спрашиваете, каково было быть сыном Никиты Хрущева во время Карибского кризиса, я могу ответить, что так же, как быть сыном Никиты Хрущева до кризиса и после кризиса: ты в большей степени вовлечен в политику - не в принятие решений, конечно, но активнее пытаешься разобраться, что реально происходит, откуда что берется'.

'Именно из-за этого любопытства я и приехал в Америку, потому что раньше я работал в машиностроении, в ракетостроении, потом в информатике - а сейчас занимаюсь международными отношениями и пишу книги о своем отце, о политике и о бывшем Советском Союзе'.

____________________________________________

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.