Дэвид Коул/David Cole, профессор Джорджтаунского Университета/Georgetown University, сотрудник правозащитной организации Центр Конституционных Прав/Center for Constitutional Rights. Автор нескольких книг. Последняя из них называется "Меньше Безопасности, Меньше Свободы: Почему Америка Проигрывает Войну с Террором"/Less Safe, Less Free: Why America Is Losing the War on Terror.

________________________________________

Вопрос: В своей книге Вы критикуете администрацию Джорджа Буша за использование не вполне законных методов в деле борьбы с террором. В то же время, многие эксперты убеждены, что стратегия США достаточно успешна и позволила избежать новых террористических атак на территории Соединенных Штатов. Что Вы можете сказать об этом?

Коул: В книге рассматриваются сообщения о террористических заговорах, которые удалось раскрыть на стадии подготовки. Многие из них кажутся, в лучшем случае, маловажными, а к некоторым из них вообще сложно относиться серьезно. Если прислушаться к речам президента Буша, то оказывается, что ни один человек, который якобы готовил предотвращенный террористический акт, не предстал перед судом. Логично было бы ожидать, что если власти оказались в состоянии раскрыть реальный террористический заговор, то потенциальным террористам должны предъявить официальные обвинения. Так, например, произошло с шейхом Омаром, который был обвинен в том, что собирался взорвать мосты и туннели вокруг Манхэттена. Он предстал перед судом, и остаток жизни проведет в тюрьме. Но после терактов 11 сентября 2001 года в США никому не были предъявлены подобные обвинения и никто не отправился за решетку, хотя арестов было проведено достаточно много. Это заставляет сомневаться в том, что раскрытые террористические заговоры были реальными.

Вопрос: Администрация Буша подчеркивает, что война с терроризмом - это новый тип войны, и, поэтому, требуются определенные компромиссы с существующими законами. Ваш комментарий?

Коул: Во-первых, законы должны соблюдаться и в военное время, а нынешняя администрация не выполняла даже тех минимальных требований, установленных законами войны. Во-вторых, многие меры не касались ситуации на поле боя - это намного более широкие инициативы, законодательные предложения и программы, рамки которых не ограничены войной с терроризмом. Например, Закон "Патриот" изменяет правовое поле не только в условиях военного, но и мирного времени.

Вопрос: Различные государства используют различные подходы в деле борьбы с терроризмом. Как Вы оцениваете их опыт?

Коул: Существуют определенное сходство в том, как страны отвечают на вызов терроризма. Фактически все государства реагируют слишком жестко, они преследуют уязвимые группы людей, которые теоретически могут считаться подозреваемыми, например, иммигрантов. Кроме того, они предпочитают идти более простым путем в деле соблюдения правовых норм. Так что США не уникальны в этом отношении. Наоборот, учитывая то, что слишком остро реагируют почти все, было бы весьма удивительно, если бы Вашингтон отреагировал бы на эту ситуацию по-другому.

С другой стороны, есть страны, которые выучили уроки истории. Когда Великобритания, к примеру, начала борьбу с террористической Ирландской Республиканской Армией, она изначально действовала почти так же, как современные США. Тогда в Великобритании было разрешено интернирование без суда, принудительные допросы и пр. Эти меры были не только сомнительными с юридической точки зрения - впоследствии оказалось, что они также не позволили повысить уровень безопасности. Поэтому сегодня Великобритания действует намного более сдержанно. Я надеялся, что США извлекут урок из британского опыта, но кажется, что Вашингтон может учиться только на собственных ошибках.

Вопрос: Очевидно, что терроризм не исчезнет и, возможно, станет еще более опасным. Каковы Ваши рекомендации?

Коул: Требуется альтернативная многослойная стратегия. Первоначально она подразумевает применение не принудительных, а предохранительных мер: защиту объектов, которые являются потенциальными целями для атак; уменьшение вероятности того, что террористы получат доступ к оружию массового уничтожения и т.п. То есть, требуется защита ядерных хранилищ, более интенсивная проверка грузов, перевозимых на пассажирских самолетах, и контейнеров, следующих морским и железнодорожным путем.

Речь идет о благоразумных и не принудительных мерах предосторожности. В некоторой степени они уже применяются, но не до той степени, как нужно. Белый Дом ныне опирается на "жесткие" меры, или, точнее, на меры, которые выглядят жесткими. Однако эти шаги кардинально не снижают уровень террористической угрозы - война в Ираке является главным доказательством их неэффективности.

Притом, Вашингтону необходимо переходить на многостороннюю контртеррористическую политику и более тесно сотрудничать с теми странами, которые также заинтересованы в сокращении угрозы, которую предоставляет терроризм. Стоит создавать международные правовые и юридические стратегии и учреждения, которые могут способствовать изолированию террористов и их законному наказанию.

Также вполне можно выделять больше ресурсов и усилий на международную помощь и на публичную дипломатию, вместо того, чтобы тратить чрезвычайно много сил и средств на глобальное размещение наших войск. Все-таки, наше военное присутствие во всем мире не единственная, но одна из причин, почему террористы ненавидят США. Если бы мы осуществляли наше влияние более продуктивным и положительным способом, например, через гуманитарную помощь, то мы бы могли уменьшить количество людей, готовых поддерживать террористов или становиться террористами. В конечном итоге, существуют моменты, когда правительству вполне уместно и даже необходимо применять принудительные меры - вплоть до войны, но и в этом случае, нужно следовать установленным правилам.

Если бы, например, в Гуантанамо соблюдались очень простые правила - например, что с подозреваемыми в терроризме следует обращаться гуманно и что можно держать их в заключении только на протяжении конкретного срока, то Гуантанамо не стал бы международным позором для США. Задерживать людей, которые сражаются против тебя, вполне приемлемо. Неприемлемо это делать без рассмотрения их дел судом, неприемлемо не по-человечески обращаться с ними и неприемлемо утверждать, что ты обладаешь правом держать их в заточении на протяжении всей их жизни.

Вопрос: Насколько велика вероятность того, что следующий президент США изменит подходы к борьбе с терроризмом?

Коул: Я не думаю, что наследие Администрации Буша в этой сфере останется навечно. Дело в том, что эти методы вызывают много протестов в США и в мире - люди начали понимать, что предпринятые Вашингтоном меры приводят к обратным результатам.

В дальнейшем, все зависит от того, кого изберут в президенты. Если в Белый Дом переселится республиканец Рудольф Джулиани, то дела будут идти по-прежнему. Если придет к власти демократ, например Барак Обама или Хилари Клинтон, то мы можем ожидать некоторых перемен, масштабы которых еще не известны.

В любом случае, в демократической системе во времена кризиса и страха очень сложно вести политику, которая не будет считаться "жестким ответом терроризму". Поэтому будет тяжело полностью изменить траекторию движения США. Я хочу подчеркнуть, что мы не выступаем за "мягкие меры" в борьбе с терроризмом. Мы выступаем за более разумный подход, который обязательно должен соответствовать правовым нормам. Мы считаем, что только таким способом можно более успешно обеспечить нашу безопасность и защитить свободу.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.