С Эндрю Качинсом (Andrew Kuchins), директором и старшим научным сотрудником программы по России и Евразии в Центре стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies), беседовал редактор-консультант Бернард Гверцман (Bernard Gwertzman)

Эндрю Качинс, давно являющийся экспертом по России, говорит, что несмотря на ухудшение американо-российских отношений, российские официальные лица очень напряженно работают над тем, чтобы "уговорить иранцев отказаться от осуществления их программы создания ядерного оружия". По его словам, состоявшаяся недавно в Тегеране встреча президента России Владимира Путина с верховным лидером аятоллой Али Хаменеи и неожиданный визит министра иностранных дел России Сергея Лаврова в Тегеран свидетельствуют об усилиях Москвы, направленных на ослабление кризиса. "Позиция русских по Ирану очень близка к нашей, и они тоже уже сыты по горло нежеланием Ирана идти на уступки Организации Объединенных Наций и Международному агентству по атомной энергии в отношении его ядерной программы", - говорит Качинс.

________________________________________________________

Вы только что вернулись из очередной поездки в Москву. Что вы можете сказать об американо-российских отношениях?

Термин "американо-российские отношения" напоминает мне об одной старой фразе Бисмарка - "Россия никогда не является ни такой сильной, какой она кажется, ни такой слабой, какой она кажется". Если посмотреть на американо-российские отношения за последние примерно пятнадцать лет, прошедшие с распада Советского Союза, то, на мой взгляд, они никогда не были ни настолько хорошими, насколько можно было подумать, ни настолько плохими, как можно было подумать. В настоящий момент двусторонние отношения находятся в таком же плохом состоянии, в каком они пребывают уже долгое время, и средства массовой информации тоже говорят о них как об относительно плохих, однако, на мой взгляд, по некоторым вопросам мы все же сохраняем высокий уровень сотрудничества, особенно по Ирану.

На состоявшейся недавно пресс-конференции президент Буш охарактеризовал американо-российские отношения по-другому. Он сказал следующее: по многим вопросам мы не согласны, по некоторым вопросам мы согласны, и одним из таких вопросов является Иран. До этого он никогда давал этим отношениям подобную оценку.

Президент России Владимир Путин примерно три недели назад был в Тегеране, где он встречался с аятоллой Али Хаменеи - что, я считаю, имеет большое значение, так как Хаменеи является высшим иранским руководителем, редко встречающимся с иностранными официальными лицами - а по возвращении в Москву он имел непродолжительную встречу с премьер-министром Израиля Эхудом Ольмертом, который, несомненно, затрагивал вопрос Ирана. Теперь в Иран направился министр иностранных дел России Сергей Лавров. Что, по вашему мнению, русские хотят предпринять в отношении Ирана?

Мне кажется, русские хотели бы отговорить Иран от осуществления его программы создания ядерного оружия. И положение посредника может облегчить выполнение этой задачи. Состоялась не только встреча Путина с Ольмертом после визита президента России в Тегеран, за неделю до отправления в Тегеран Путин встречался с президентом Франции Николя Саркози (Nicolas Sarkozy), приехавшим в Москву, государственным секретарем Кондолизой Райс (Condoleezza Rice) и министром обороны Робертом Гейтсом (Robert Gates), также посетившими Москву на той неделе, а за день до отъезда в Тегеран он встречался с канцлером Германии Ангелой Меркель (Angela Merkel).

Я думаю, он получил полную информацию о позиции США и Германии по Ирану, и хотя я не знаю, какое предложение он сделал Хаменеи, я считаю, что их встреча имеет очень большое значение. Я думаю, что средства массовой информации, критично и негативно оценившие этот визит, а также поездку Райс и Гейтса в Москву, все поняли неправильно. На самом деле позиция русских по Ирану очень близка к нашей, и они тоже уже сыты по горло нежеланием Ирана идти на уступки Организации Объединенных Наций и Международному агентству по атомной энергии в отношении его ядерной программы.

Если почитать тегеранские газеты, по крайней мере, их англоязычные версии, то в них Россия называется важным союзником Ирана. Я думаю, что это является следствием того, что Путин выступает против каких бы то ни было военных действий против Тегерана, а также в общем не одобряет санкции, которыми наказывают Иран.

Я считаю, что иранская пресса дает верную оценку, так как, по моему мнению, Путин совсем не хочет, чтобы по Ираку был нанесен военный удар или что бы там разгорелся крупный военный конфликт, что будет еще хуже. Путин не хочет, чтобы Иран обзавелся ядерным оружием, однако я не думаю, что он и российская элита, в отличие от нас и израильтян, хотят проливать кровь и тратить средства ради того, чтобы не позволить Ирану приблизиться к обретению ядерного оружия.

На прошлой неделе я брал интервью у эксперта по Ирану Карима Саджадпура (Karim Sadjadpour), который считает, что санкции, о которых США объявили на прошлой неделе, должны были стать сигналом для России и Китая о том, что Соединенные Штаты теряют терпение в отношении Ирана. Считаете ли вы эти санкции частью усилий, направленных на то, чтобы заставить Россию плотнее заняться проблемой Ирана?

Да, я с этим согласен. Близится важный момент, когда в ноябре в Совет Безопасности ООН поступит новый доклад по Ирану, который даст повод к началу новых дискуссий, посвященных третьему пакету санкций. Я осмелюсь предположить, что когда Райс и Гейтс были в Москве, они открыто говорили с Путиным о том, к чему, по их мнению, приведут эти санкции. Русские согласились с двумя предыдущими пакетами санкций. Они, конечно, меньше, чем мы или даже наши европейские союзники, поддерживают эти санкции, однако в ближайшие несколько недель, когда будут вестись переговоры о следующем пакете санкций, произойдет нечто важное.

И еще я хотел бы сказать кое-что по вопросу доверия. Я не думаю, что отношения между Москвой и Тегераном отличаются высоким уровнем доверия.

Я помню, что два года русские предлагали компромиссное решение - поставлять Ирану обогащенный уран для использования в "мирных целях", от которого Иран отказался, заявив, что он не может никому доверять, в том числе и России. То есть ирано-российские отношения ранее не были такими безоблачными, как сейчас?

Это не совсем так. Конечно, это весьма важно, что визит Путина в Иран стал первым визитом лидера России с 1943 года, когда в Тегеране встречались Сталин, Рузвельт и Черчилль. Однако у русских несомненно, всегда были определенные коммерческие интересы в Иране. Они будут рады построить там больше атомных реакторов, они будут рады принимать активное участие в развитии иранского энергетического сектора. Кроме того, у них имеются общие геополитические интересы с Ираном, так как они выступают против схожих радикальных исламских террористических групп в Чечне и в Центральной Азии.

В России в преддверии намеченных на 2 декабря выборов в Государственную Думу начинает избирательная кампания, и мне кажется, что речь здесь идет главным образом о Путине. Результаты выборов будут восприняты как референдум о доверии Путину, так?

Да, это так. Путин высказался в поддержку партии "Единая Россия" и находится на первой строчке избирательного списка этой партии, что обеспечит "Единой России" подавляющее большинство в Думе следующего созыва.

И из-за этого многие другие партии не попадут в парламент, то есть из-за нормы, по которой для прохождения в Думу нужно набрать семь процентов голосов?

Если бы выборы проводились сегодня, в Думу прошли бы только "Единая Россия" и Коммунистическая партия. Как вы знаете, ранее была создана еще одна партия власти, "Справедливая Россия", в рамках усилий Кремля по созданию многопартийной системы, однако после того, как Путин поддержал "Единую Россию", поддержка "Справедливой России" значительно снизилась.

Путин был в Португалии на встрече с лидерами Евросоюза, и там было много дискуссий, посвященных Договору об обычных вооруженных силах в Европе, из которого Россия собирается выйти 12 декабря. Как вы думаете, она действительно сделает это?

Она может. Из моих разговоров с российскими и американскими официальными лицами я понял, что переговоры по ДОВСЕ и возможным компромиссам были достаточно конструктивными. Я думаю, выход России из Договора возможно предотвратить. Вот чего нельзя предотвратить - так это независимости Косово. И я не думаю, что русские изменят свою позицию по этому вопросу - они вложили в нее слишком многое.

Как Косово станет независимым? Край просто объявит себя независимым?

Ну, он объявит себя независимым, а затем эту независимость признают все, кто захочет. Предположительно, это будут Соединенные Штаты, и мы хотели бы, чтобы эту независимость признало как можно больше государств Европы. Однако из нескольких бесед, которые я провел в Москве на прошлой неделе, я понял, что часть европейцев колеблется, стоит ли поддерживать эту независимость. Поводом для беспокойства здесь служит то, что в случае отсутствия резолюции о независимости Косово между косоварами и сербами снова может разгореться конфликт. Можно себе представить, что в этом случае произойдет, и русские не хотят этого.

Сейчас в Совете Безопасности ООН, в Москве и в Тегеране происходит множество событий. Хочется посмотреть, что произойдет дальше, так как сейчас в Тегеране находятся представители МАГАТЭ, собирающие информацию для доклада о готовности Ирана к сотрудничеству. А президент Ирана Ахмадинежад уже заявил, по крайней мере публично, что переговоров не будет. Он не собирается заключать никаких сделок.

Что бы он ни говорил, дипломатическая деятельность, ведущаяся вокруг Ирана в последние несколько недель - и которая, как я надеюсь, будет вестись и последующие несколько недель - достигла беспрецедентного уровня. Несомненно, значительное влияние на это оказал и удар Израиля по сирийскому ядерному объекту. Он и должен был оказать это влияние, показать все серьезность вероятности нанесения военного удара по ядерным объектам Ирана, если эта страна не отступится.

Интенсивность дипломатической деятельности позволяет предположить, что мы приближаемся к тому моменту, когда ситуация сдвинется с мертвой точки.

Что вы имеете в виду? Соединенные Штаты осуществят какую-либо военную акцию?

Я этому не удивлюсь. Я уверен, что Буш не хочет, чтобы о нем говорили как о человеке, начавшем войну с государством, не обладавшим ядерным оружием (то есть с Ираком), и в то же самое время позволившим другой стране (то есть Ирану) этим ядерным оружием обзавестись.

____________________________________________________________

Россия и Иран: Очередное па в дипломатическом танго ("Stratfor", США)

Непостижимая иранская стратегия России ("U.S.News", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.