В этом месяце в возрасте 92 лет скончался один из самых значимых людей в истории человечества - Пол Тиббетс (Paul Tibbets). Тиббетс вел самолет, сбросивший атомную бомбу на Хиросиму. С тех пор политические лидеры постоянно сталкиваются с угрозой уничтожения цивилизации - как в результате целенаправленных действий, так и в результате просчетов. В ответ на это британское правительство все время выступает за развитие и поддержание на должном уровне собственных ядерных сил сдерживания. Каковы были причины таких действий, насколько они являлись оправданными и применимы ли они при определении политики сегодняшнего дня?

На прошлой неделе в свет вышла книга историка Питера Хенесси (Peter Hennessy) 'Cabinets and the Bomb' (Правительства и Бомба), в которой представлено замечательное документальное описание этих размышлений. Повествование ведется на основании рассекреченных документов кабинета министров и правительственных комитетов. Его дополняют замечания экспертов и ссылки на другие современные источники. Из содержания книги становится ясно, что хотя лежащая в основе всех действий политика проводилась вполне последовательно, аргументы в пользу поддержания независимых сил сдерживания со временем существенно менялись. По словам бывшего высокопоставленного сотрудника министерства обороны сэра Майкла Куинлана (Michael Quinlan), они состоят из 'совокупности логических обоснований для создания дымовой завесы вокруг этого интуитивного решения'.

Но первоначальное интуитивное решение о создании сил ядерного сдерживания было вполне рациональным. В августе 1945 года новый премьер-министр Великобритании Клемент Эттли (Clement Attlee) написал краткую памятную записку, в которой он отмечал: 'Мы признаем, или некоторые из нас признавали перед этой войной, что на бомбардировки можно реагировать только ответными бомбардировками... Ответом на атомную бомбу, сброшенную на Лондон, может стать атомная бомба, сброшенная на другой крупный город'. Будучи убежденным в том, что 'данное изобретение сделало жизненно необходимым прекращение всех войн', Эттли сформулировал понятие взаимного сдерживания, которое предусматривало нацеливание ракет противоборствующих сторон на города друг друга. В послевоенной Британии с ее ослабленной экономикой не было веских причин для создания независимых сил ядерного сдерживания. Но НАТО тогда еще не существовало, а преданность Америки делу защиты Европы была в то время под большим вопросом. В 1946 году Конгресс запретил делиться информацией по ядерным вопросам с любой другой страной. Министр иностранных дел Эрнест Бевин (Ernest Bevin), имея в виду атомную бомбу, утверждал на заседаниях правительства (видимо, после длительного обеда), что 'нам просто необходимо водрузить на нее британский флаг'.

Задумываясь над тем, что его партия позднее какое-то время выступала против ядерной обороны, стоит вспомнить, что независимые силы ядерного сдерживания - это все же детище лейбористов.

Вновь придя к власти в 1951 году, Уинстон Черчилль был поражен, когда узнал, насколько далеко продвинулась атомная программа при его предшественнике, причем программу эту держали в секрете как от всего кабинета министров, так и от парламента. ('Я подумал, что некоторым из них нельзя доверить секреты подобного рода', - объяснял позднее Эттли.) А главный советник Черчилля по атомной энергии лорд Черуэлл (Lord Cherwell) насмешливо писал: 'Я приятно удивлен тем, что социалистическое правительство оказалось достаточно сообразительным и патриотичным, чтобы пойти на риск оказаться под огнем критики парламента, которому оно могло подвергнуться в результате всего этого'. Правительство Черчилля приняло важнейшее решение о реализации программы создания водородной бомбы. Метафора премьера, которую он использовал, разъясняя коллегам по кабинету суть своего предложения, стала частью социальной истории. По словам Черчилля, водородная бомба является 'билетом в королевскую ложу'.

Британия, согласно проницательной формулировке Дина Ачесона (Dean Acheson) (бывший госсекретарь США - прим. перев.), потеряла империю, а новую роль для себя пока не нашла. Но благодаря бомбе она могла обрести определенный престиж.

Происхождение независимых сил ядерного сдерживания следует искать в неопределенности трансатлантических взаимоотношений. Подписанное в Нассау соглашение между президентом Кеннеди и Гарольдом Макмилланом (Harold Macmillan) (премьер-министр Великобритании в 1957-1963 гг. - прим. перев.), в соответствии с которым Британия купила у США подводные лодки с ракетами 'Поларис', снизила (хотя и не сняла полностью) эту неопределенность. В условиях продолжавшейся 'холодной войны' существование независимых сил ядерного сдерживания подчеркивало преимущества Великобритании как 'второго центра принятия решений' в рамках НАТО, который не давал агрессору возможности поддаться искушению и проверить на прочность преданность США Европе.

Но стремление нынешнего правительства модернизировать баллистические ракеты 'Трайдент' нацелено больше на обеспечение национальной, нежели коллективной безопасности. 'Трайденты' (по словам Тони Блэра) дают 'необходимую гарантию того, что ни один агрессор не пойдет на эскалацию кризиса, пытаясь вывести его из-под контроля Великобритании'. Такой тонкий поворот может вызвать удивление, если учитывать всю сегодняшнюю теплоту трансатлантических взаимоотношений. Но формулировка Блэра - это, тем не менее, самое лучшее обоснование необходимости иметь свои собственные и независимые силы сдерживания в нашу 'вторую ядерную эпоху'. Эта эпоха приходит на смену относительно стабильным взаимоотношениям сверхдержав во времена 'холодной войны'.

'Трайдент' будет принят на вооружение еще до середины нынешнего столетия. Мы не можем знать, с какими угрозами столкнется наша страна в следующие десятилетия. С определенной долей осторожности мы можем, однако, предположить, что обладателями ядерного оружия станут самые худшие из государств. У нас крайне мало информации о кошмарном тоталитарном государстве - Северной Корее, претендующей на обладание ядерным оружием. Гораздо больше мы знаем о ядерной программе Ирана. В частности, мы хорошо понимаем явную неправдоподобность заявлений Тегерана о том, что ядерное топливо нужно ему исключительно для производства электроэнергии. (Установки для обогащения в Натанзе, а также установка по производству тяжелой воды в Араке, созданные еще до того, когда в эксплуатацию пущен хотя бы один реактор, имеют мало смысла, если страна хочет использовать ядерную энергию только в мирных целях.)

Если мы откажемся от своих сил ядерного сдерживания, то наше решение не произведет никакого эффекта на страны, подобные этим. Они продолжат строительство. Затраты на модернизацию 'Трайдента' составят примерно 3 процента военного бюджета, и нет причин думать о том, что затраты эти выйдут из-под контроля. Единственный способ сдержать ядерное нападение, как инстинктивно понимал на заре ядерной эпохи Эттли, и как единодушно утверждали его преемники, заключается в том, чтобы обладать ядерным оружием.

Постоянно поддерживать силы сдерживания британское правительство заставила та неопределенность, которая существует в нашем довольно анархичной миропорядке. В центре всех этих дебатов лежит интуитивное решение. Но решение это было и остается верным.

___________________________________________________________

Так от чего конкретно должны нас защищать британские средства ядерного сдерживания? ("The Independent", Великобритания)

Сможет ли Запад защитить себя? ("The Washington Times", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.