Всего несколько лет назад казалось, что США и Россия встали на путь взаимовыгодного партнерства в совместной борьбе против международного терроризма. Однако в последнее время действия России вызывают у многих вопросы относительно ее намерений, особенно по отношению к Соединенным Штатам. Фундаментальные разногласия по важным проблемам и антиамериканские настроения в российском обществе наглядно свидетельствуют о том, что между двумя странами возникла напряженность. Из-за угрозы возобновления 'холодной войны' - или даже военного столкновения - отношения между двумя прежними соперниками вновь стали центральной темой для дискуссий. В ходе одного из таких обсуждений Димитрий К. Саймс (Dimitri K. Simes), президент Никсоновского центра (Nixon Center) и издатель National Interest, объяснил причины этой напряженности, и дал ответы на часть вопросов о том, куда она может завести Москву и Вашингтон. В роли модератора дискуссии выступил Стивен Клемонс (Steven Clemons), старший научный сотрудник фонда New America Foundation и директор его Программы по вопросам стратегии США (American Strategy Program).

В своей статье 'Мы можем потерять Россию' ('Losing Russia'), Саймс утверждает, что администрации Клинтона и Буша допустили серьезные просчеты в отношениях с посткоммунистической Россией, чем нанесли ущерб национальным интересам США. Он подчеркивает: если на Западе окончание 'холодной войны' обычно воспринималось как победа США, то многие россияне считали это событие и своей победой - ведь они сами покончили с неэффективной советской системой. По их мнению, с коммунистической империей они расстались по собственному выбору, а не потому, что к этому их вынудило поражение в 'холодной войне'. Однако правительство США по сути проигнорировало эту точку зрения России. Вместо того, чтобы, воспользовавшись распадом СССР, убедить Россию вступить в стратегическое партнерство с США в основном на американских условиях, Вашингтон решил добиться для себя односторонних преимуществ за счет Москвы. Не имея возможности оказать сопротивление расширению НАТО и ЕС, россияне бессильно наблюдали, как их страна теряет влияние и уважение на международной арене, все больше ожесточаясь. Недавний экономический подъем, связанный в основном с нефтяным богатством, дает России возможность вернуть себе утраченное достоинство и доказать всем, что она больше никому не позволит диктовать себе условия. Владимир Путин недвусмысленно дает понять: он против того, чтобы Америка навязывала другим свою волю, особенно если это делается в ущерб национальным интересам его страны. И он подтверждает слова делом, отказываясь - с явным наслаждением - согласиться решениями Вашингтона по важнейшим вопросам.

В своем выступлении в ходе дискуссии Саймс подчеркнул: подобные серьезные ошибки во внешней политике США не ограничиваются отношениями с Россией. Если бы они третировали исключительно Москву, это, возможно, обошлось бы без серьезных последствий, поскольку Россия больше не является мировой сверхдержавой. Однако отношения с этой страной - лишь один из примеров, иллюстрирующих общую тенденцию. По мнению Саймса, для нынешнего внешнеполитического курса США характерен один фундаментальный изъян - уверенность в том, что 'руководящие указания' США во всех странах готовы только приветствовать.

Убежденность в высокомерии Вашингтона породила в России сильный антиамериканский настрой, препятствующий сотрудничеству по ряду ключевых вопросов - в том числе связанных с планами США по размещению системы ПРО в Восточной Европе, а также политикой в отношении Косово, Грузии и Ирана.

Что касается проблемы ПРО, то Саймс, утверждая, что система, которую планируется развернуть в Польше и Чешской Республике, действительно призвана защитить Соединенные Штаты и Европу от возможного нападения Ирана, одновременно признает, что у России есть основания для озабоченности. Польское правительство, к примеру, открыто заявляет, что не чувствует никакой угрозы со стороны Ирана, намекая, что рассматривает будущую систему как средство защиты против России. Подобная риторика лишь усиливает паранойю Москвы относительно возможного размещения ракет-перехватчиков в странах 'ближнего зарубежья'. Россия подозревает, что Запад вновь взял на вооружение стратегию сдерживания, и категорически возражает против планов Вашингтона.

Другой вопрос, вызывающий споры, связан с предоставлением независимости Косово. По мнению Саймса, если бы Сербия согласилась с суверенитетом края, Россия не стала бы возражать или вмешиваться. Москва опасается другого - расчленения суверенного государства руками Запада. Хотя помешать этому Россия не может, одностороннее провозглашение независимости косоварами, подчеркивает Саймс, создаст прецедент, непосредственно затрагивающий де-факто отделившиеся от Грузии республики - Абхазию и Южную Осетию. Попытки Тбилиси вернуть эти территории военными средствами обернулись бы самыми тяжелыми последствиями для американо-российских отношений. Если дело здесь дойдет до вооруженного конфликта, Вашингтону и Москве будет очень трудно продолжать сотрудничество даже по таким проблемам, имеющим жизненно важное значение для обеих стран, как борьба с терроризмом и распространением ядерного оружия.

После этого речь зашла о Тегеране. Саймс подчеркнул: хотя Иран стремится заручиться поддержкой России, любой альянс между двумя странами может быть обусловлен лишь тактическим расчетом. Хотя Путин действительно ищет союзников, Москва по-прежнему не слишком заинтересована в тесном сотрудничестве с Ираном. Сообщается, что российский президент воспринял недавние дискуссии с Верховным лидером Ирана аятоллой Али Хаменеи (Ali Khamenei), в ходе которых последний предостерегал его относительно угрозы России со стороны 'американского сатаны', как 'странные'.

Саймс предположил: если Вашингтон четко заявит о своей готовности подождать, пока санкции против Ирана окажут свое воздействие, и заверит международное сообщество, что не предпримет военных акций в отношении этой страны по крайней мере до того, как нынешняя администрация покинет Белый дом, Россия, возможно, станет оказывать большую поддержку политике США. Но если Америка создаст впечатление, что нападение на Иран может последовать через считанные месяцы после введения санкций, у России не будет особых стимулов помогать Соединенным Штатам. Большую роль в процессе принятия решений Москвой, по словам Саймса, будет также играть общая оценка отношений между Россией и США.

Саймс отметил, что любая военная акция США против Ирана будет воспринята Россией как четкое свидетельство их готовности без колебаний совершить нападение на суверенное государство, и у Москвы возникнет вопрос: кто следующий? Хотя в случае такой атаки Россия вряд ли сможет что-нибудь сделать, подобный шаг несомненно вынудит ее к существенному пересмотру своей внешнеполитической концепции и может побудить к более тесному альянсу с Китаем или любой другой страной, готовой поддержать Москву в качестве бастиона против Соединенных Штатов.

В то же время, хотя конфронтация между США и Россией по-прежнему выглядит реально возможной, такого исхода, по мнению Саймса, еще можно избежать. Он высоко оценил умение американского посла Уильяма Бернса (William Burns) налаживать эффективные контакты с российскими чиновниками, заметив, что впервые за многие годы в Москве развернулся осмысленный диалог. Кроме того, Саймс высказал предположение, что недавний визит в Москву госсекретаря Кондолизы Райс (Condoleezza Rice) и министра обороны Роберта Гейтса (Robert Gates) оказал позитивное воздействие на двусторонние отношения. Особо он отметил Гейтса, заметив, что он первым из представителей администрации Буша реалистически оценил точку зрения России. Заявление министра обороны о наличии непосредственной связи между действиями Ирана и необходимостью развертывания объектов ПРО в Польше и Чешской Республике стало для россиян сигналом о том, что эта система на деле не направлена против них. Даже президент Путин высоко отозвался о новых идеях, высказанных Гейтсом и Райс. Эта недавняя демонстрация готовности Вашингтона идти на компромиссы и учитывать озабоченность России позволяет предположить, что серьезное взаимодействие между двумя странами по-прежнему возможно.

Саймс подчеркнул: хотя Россию нельзя считать другом или партнером Америки, она не относится и к числу ее врагов. Чтобы избежать конфронтации, Вашингтону следует продолжать попытки завязать с Москвой диалог, принимая при этом во внимание ее интересы. В качестве образца Саймс назвал российско-израильские отношения: премьер-министр Эхуд Ольмерт (Ehud Olmert) завоевал в Москве уважение тем, что не пытается убедить ее в непогрешимости своей страны, а попросту объясняет, в чем заключаются интересы Израиля, и просит Россию оказать ему поддержку. Не стоит ожидать, что Россия разделит американские цели, отметил Саймс; не потерпит она и того, чтобы посторонние указывали ей, в чем заключаются ее собственные интересы. Однако, если две страны смогут договариваться о совместных действиях, - даже при различной мотивации - шансы наладить серьезное сотрудничество все еще сохраняются.

Важнейшее значение с точки зрения будущей направленности американо-российских отношений имеет определение приоритетов самих США. Если цель Вашингтона - переделать мир, включая страны бывшего СССР, в соответствии с американскими интересами, например, максимально приблизить НАТО к российским границам или энергично лоббировать прокладку трубопроводов в обход ее территории, гармоничные отношения между двумя странами вряд ли возможны, заметил Саймс. Если же Соединенные Штаты в ходе контактов с российской стороной будут твердо отстаивать свои жизненные интересы в Центральной Европе, но в то же время согласятся рассматривать постсоветское пространство как 'особую зону', если они, не проявляя 'терпимости' в случае российской агрессии, не станут в то же время и автоматически становиться на сторону любой антироссийской фракции, если они будут подключать Россию к обсуждению важнейших решений в энергетической сфере, одновременно настаивая на принципе взаимности, то конструктивные двусторонние отношения еще можно спасти. С другой стороны, отметил он, если США будут считать, что они могут игнорировать российские интересы, за это придется поплатиться.

Поэтому, настаивал Саймс, хотя сегодня напряженность в двусторонних отношениях налицо, им еще не нанесен непоправимый ущерб, поскольку основополагающие интересы США и России не противоречат друг другу. Если Вашингтон сможет выработать реалистичные приоритеты в отношениях с Россией, и поставит во главу угла собственные национальные интересы, а не стремление изменить внутриполитический курс этой страны, мы еще сможем получить от Москвы то, в чем Америка на деле больше всего нуждается.

Брук Леонард - помощник-референт президента Никсоновского центра

__________________________________

Америка зря надеется на Россию ("The International Herald Tribune", США)

Америка развязывает новую 'холодную войну' ("The Nation", США)

Россия и США... друзья или враги ("Albaath", Арабская пресса)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.