Ударная волна глобальной экономики выбрасывает за борт 'лишних людей'

На прошлой неделе мир увидел кадры видеофильма, снятого в октябре в международном аэропорту Ванкувера, на которых офицеры Королевской канадской конной полиции применяют электрошок Taser против прибывшего из Польши мужчины. Роберт Дзеканьский (Robert Dziekanski) умер вскоре после удара. В последние дни поступают новые сведения об этом человеке. Оказывается, что 40-летний поляк не только умер от шока - шоком была отмечена вся его жизнь.

В 1989 г., когда Польша начала широкомасштабный эксперимент под названием 'шоковая терапия', Дзеканьский был молодым парнем. Гражданам коммунистической страны пообещали, что вознаграждением за согласие на ряд жестких экономических мер станет 'нормальная европейская страна', как Франция или Германия. Боль должна была быть непродолжительной, а награда - достойной.

Итак, польское правительство в одночасье отменило контроль над ценами, урезало субсидии, приватизировало промышленные предприятия. Но молодые рабочие - такие, как Дзеканьский - так и не дождались 'нормальной' жизни. Сегодня примерно 40% молодых польских рабочих - безработные. Среди них оказался Дзеканьский. Он работал наборщиком и шахтером, но последние несколько лет сидел без работы и был не в ладах с законом.

Как и многие поляки своего поколения, Дзеканьский поехал искать работу в одну из тех 'нормальных' стран, в число которых должны была войти, но так и не вошла, Польша. Лишь за последние три года этот массовый исход охватил два миллиона поляков. Когорты Дзеканьских поехали работать барменами в Лондон, швейцарами в Дублин, сантехниками во Францию. В октябре он решил отправиться к матери в Канаду, в Британскую Колумбию, охваченную предолимпийским строительным бумом.

'После семи лет ожидания [Дзеканьский] попал в свою утопию, Ванкувер. - говорит польский генеральный консул Мачей Крых (Maciej Krych). - Через десять часов его не стало'.

Возмущение, вызванное кадрами, снятыми в аэропорту одним из пассажиров, было в значительной мере связано с неправомерным, по мнению многих, применением электрошока, от которого в Канаде уже погибло 17 человек, а в Соединенных Штатах - гораздо больше.

Но то, что произошло в Ванкувере, заставляет задуматься не только об этом оружии, но и о все более безжалостной стороне глобальной экономики - о том, с какой реальностью многие жертвы экономической 'шоковой терапии' в ее различных проявлениях сталкиваются на наших границах.

Стремительные экономические преобразования, подобные польским, привели к созданию огромного богатства - благодаря новым инвестиционным возможностям, торговле валютой, скупым компаниям, готовым обрыскать весь земной шар в поисках самой дешевой рабочей силы. Но по всему миру - от Мексики и Китая до Польши - они также сделали лишними десятки миллионов человек, теряющих работу, когда закрываются заводы, или теряющих землю, когда открываются экспортные зоны.

Понятно, что многие из этих людей предпочли переехать: из села в город, из одной страны в другую. По всей видимости, Дзеканьский был одним из тех, кто отправился на поиски этой призрачной 'нормальности'.

Но 'нормальности' на всех не хватит - по крайней мере, нам так говорят. Поэтому мигрантов часто ждут новые потрясения. Коварное электрифицированное ограждение на южной границе Испании или электрошок на американо-мексиканской границе. Канада, славившаяся когда-то открытостью по отношению к мигрантам, милитаризует свои границы, все больше уподобляя иммигрантов террористам.

Именно в этом контексте следует рассматривать бесчеловечное обращение канадской полиции с Дзеканьским. Полицию вызвали, когда Дзеканьский, растерявшись, начал кричать по-польски и в какой-то момент схватил и бросил стул. Зачем разговаривать с иностранцем наподобие Дзеканьского, который не знает английского, если можно ударить током? Меня поражает то, что Польша, идя к капитализму, руководствовалась той же самой безжалостной, упрощенной логикой: зачем постепенные действия, требующие дебатов и поисков консенсуса, когда 'шоковая терапия' обещает немедленное, хоть и болезненное исцеление?

Я сознаю, что речь идет о разных видах шока, но они связаны друг с другом в рамках того, что я называю 'шоковой доктриной'. Сначала наступает шок национального кризиса, когда страна жаждет хоть какого-нибудь исцеления и готова пожертвовать демократией. В Польше в 1989 г. первым шоком было неожиданное окончание коммунизма и распад экономики. Затем ей пришлось пережить экономическую шоковую терапию - просунутый в окно кризиса недемократический процесс, который стимулирует рост экономики, но оставляет многих людей за бортом.

А затем, в слишком многих случаях, наступает третий шок: дисциплинирующий лишних людей: отчаявшихся, мигрантов, сведенных с ума системой.

Каждый из этих шоков может привести к гибели - более или менее скорой.

Наоми Кляйн - автор книги 'Шоковая доктрина: зарождение капитализма катастроф' (The Shock Doctrine: The Rise of Disaster Capitalism)

______________________________________

Наоми Кляйн: Эпоха капитализма катастроф ("The Guardian", Великобритания)

Наоми Кляйн: 'Приватизация катастроф' - как можно нажиться на чужом несчастье ("The Guardian", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.