ВАШИНГТОН. - По мнению аудиторов Конгресса, программа трудоустройства бывших советских ученых, занимавшихся разработкой вооружений, которая была открыта с целью оградить их от возможного сотрудничества со странами, стремящимися получить собственное ядерное, биологическое или химическое оружие, не выполняет своей задачи. Сейчас в рамках этой программы нанимают ученых, которые никогда не занимались военными технологиями и не могли работать на советскую оборонку по причине своей молодости.

В действительности часть этих денег уходит на оплату участия русских ученых в работе по мирному применению атомной энергии, которую Конгресс отказался профинансировать.

Некоторые члены Конгресса даже заявили в среду, что эти деньги могут косвенно помогать России снабжать Иран ядерными технологиями, и что они могут также стимулировать создание в России коммерческих продуктов, с которыми США придется конкурировать.

На слушаниях подкомитета по расследованиям при комитете Палаты представителей по энергетике и торговле (House Committee on Energy and Commerce) конгрессмен Джон Динджелл (John D. Dingell), демократ из Мичигана и председатель всего комитета, сказал, что Департамент энергетики начинал свою программу с самыми благородными целями, однако 'благородство от наивности часто отделяет лишь тонкая грань'.

Финансирование программы составляет около 30 миллионов долларов за один этот год, всего же с момента ее запуска в 1994 году на нее ушло $309 миллионов долларов. Тогда представлялось необходимым удержать обнищавших ученых от эмиграции в богатые страны, нуждающиеся в их знаниях и опыте и враждебные по отношению к США. Однако теперь среди членов Конгресса растет обеспокоенность тем, что в связи с изменением ситуации в России программа давно потеряла свой изначальный смысл.

Члены подкомитета указали на то, что сейчас Россия купается в нефтяных доходах. Член республиканской партии конгрессмен из штата Иллинойс Джон Шимкус (John Shimkus) заявил, что с января 2005 года по октябрь прошлого года Соединенные Штаты закупили у России нефти и нефтепродуктов на сумму 11 миллиардов долларов, и что в отличие от времен сразу после распада Советского Союза, российский бюджет формируется со значительным профицитом.

'Очевидно, Россия может сама содержать своих ученых', - сказал он.

Согласно данным Главного контрольного управления (Government Accountability Office), несмотря на то, что целью программы является предотвратить утечку военных технологий средств массового поражения за пределы бывшего Советского Союза, анализ 97 проектов, в которых задействовано 6450 ученых из бывших советских республик, показал, что более половины из них 'никогда не заявляли о своем участии в разработке оружия массового поражения'. Около 1000 ученых родились позднее1970-го года, в то время как Советский Союз распался в декабре 1991 года.

Чиновники из Департамента энергетики на слушании попытались увильнуть от прямого ответа на вопросы, заявив, что более половины ученых работали в сфере обороны, но лишь 60% из них официально подпадали под эту категорию. В защиту своей программы они заявили, что она так или иначе помогала удержать всех ученых, задействованных в ней, от сотрудничества с другими странами в разработке опасных технологий.

Роберт Робинсон (Robert A. Robinson), работающий в Главном контрольном управлении, сказал: 'Складывается ощущение, что задачи программы постепенно разрастаются. Когда решается проблема X, происходит переход к проблеме Y, и так до бесконечности'.

Председатель подкомитета, конгрессмен-демократ из Мичигана Барт Ступак (Bart Stupak), назвал программу 'фондом для взяток' государственным лабораториям Департамента энергетики, которые получают деньги за надзор за ними.

Часть денег пошла на 6 исследовательских проектов, относящихся к проекту Департамента энергетики 'Глобальное атомное энергетическое партнерство', который не был одобрен Конгрессом. Проект был направлен на восстановление плутония и других уже использованных радиоактивных материалов для их повторного применения в реакторах нового типа.

Чиновники из Департамента энергетики не смогли ответить на вопрос, попадают ли денежные средства, выделяемые по этой программе, группам русских ученых, которые напрямую задействованы в поставках ядерного топлива в Иран. Однако представитель Государственного департамента Ричард Стрэтфорд (Richard J. K. Stratford), заместитель секретаря по политике нераспространения ядерного оружия, дававший показания на слушаниях по деятельности его департамента, касавшейся финансирования научных центров бывшего СССР, заявил: 'Конечно, вы можете сказать - каждый доллар, который вы даете России на любые нужды, позволяет ей высвободить доллар собственных средств и потратить его на что-то еще'.

Государственный департамент проводит собственную программу, сходную с программой Департамента энергетики. Она основана на работе с институтами, а не с конкретными учеными, и уже выпустила из под своей опеки некоторые из них, как только они стали самодостаточными. Государственный департамент надеется закрыть программу до 2012 года. Отдельные члены комитета призывают Департамент энергетики разработать 'стратегию выхода' из программы.

Адам Шейнман (Adam M. Scheinman), помощник заместителя руководителя службы нераспространения ядерного оружия и международной безопасности, сказал, что ученые в этой программе работали в проектах разработки детекторов мин, способов производить инъекции без применения игл, методов протезирования конечностей и применения радиоизотопов для лечения рака.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.