Переизбрание президента Сербии Бориса Тадича (Boris Tadic) в прошедшее воскресенье все дружно считают победой проевропейских реформаторских ценностей в стране. Тем не менее, хотя Сербия действительно выбрала Тадича, а не его более пророссийски настроенного противника Томислава Николича (Tomislav Nikolic), занявшего более жесткую позицию по вопросам Косово и вступления в Европейский Союз, говорить о том, что российскому влиянию в Сербии пришел конец, было бы совершенно неправильно.

В январе российский гигант 'Газпром' купил сербскую национальную газовую компанию 'Србия Газ', а также подписал соглашение о приобретении контрольного пакета сербской государственной нефтяной компании. В российской прессе пишут, что представители 'Газпрома' на этой неделе планируют поездку в столицу Сербии Белград для обсуждения энергетических отношений - тем более что они только что выиграли тендер на поставку 800 тысяч тонн нефти для сербских нефтеперерабатывающих заводов.

- Сербия, Болгария и некоторые другие государства Центральной Европы понимают, что в вопросах поставок энергоносителей полностью зависят от российских компаний, - отмечает аналитик Eurasia Group Йон Леви (Jon Levy). При этом, по мнению Леви, у Сербии, в отличие от Польши или Украины, значительно меньше оснований бояться, что Россия начнет играть с ней в 'энергополитику' или обусловливать поставки энергоносителей какими-то политическими условиями.

Ни в чем правильность его предположения не проявляется так ярко, как в решении Сербии присоединиться к российскому газопроводному проекту 'Южный поток', который должен пройти по дну Черного моря чрез Болгарию и Сербию в Италию. Этот план конкурирует с проектом газопровода Nabucco, который получил поддержку Европейского Союза и должен поставлять газ с берегов Каспийского моря непосредственно в Европу, в обход России.

Маловероятно, чтобы Белград согласился на закрепление этих энергетических связей, если бы из-за этого страдали перспективы его вступления в Европейский Союз. По словам Йона Леви, Николич, конечно, показал бы миру более пророссийское лицо Сербии - вне всякого сомнения, он пригласил бы Россию более активно инвестировать в самые разные сферы сербской экономики, - однако по-настоящему серьезно выглядят разногласия именно по косовскому и еэсовскому вопросам.

Пятидесятилетний Тадич, как и Николич, против предоставления независимости краю Косово, населенному преимущественно албанцами. Однако если Николич открыто ищет утешения у России, по-прежнему оказывающей наиболее открытое сопротивление независимости Косово, Тадич пока ничем не показал, что в случае чего готов будет на лобовое столкновение с Европейским Союзом и на исчезновение возможности вступления Сербии в ЕС.

Как сложится будущее Косово - неизвестно. Тем не менее, вероятность того, что эта провинция сделает ставку на то, что Америка и Европа готовы ее признать, и все-таки объявит себя независимой, весьма высока.

Проголосовав за Тадича, сербы фактически не дали русским сказать последнее слово в их внутренних политических делах - при том, что они также не сделали ничего, что могло бы испортить энергетический 'медовый месяц' двух стран.

_________________________________________

Косовский "принцип домино" ("The Wall Street Journal", США)

Белград тянет время ("The Financial Times", Великобритания)

Сербия сделала шаг вперед ("The Washington Post", США)