Порой мне кажется, что русские, возможно, уделяют больше внимания президентской гонке в Америке, чем в собственной стране. При отсутствии в СМИ освещения избирательной кампании в привычном нам духе 'скачек' и неопределенности с результатом, единственным знаком предстоящих выборов являются официальные плакаты в городе, напоминающие о голосовании, назначенном на 2 марта.

Здесь выборы - не возможность для граждан избирать лидеров, а предложение одобрить уже принятое решение. Вопрос о том, кто возглавит Россию, был решен еще в декабре, когда президент Владимир Путин назвал первого вице-премьера Дмитрия Медведева своим преемником. Освещение политической жизни навевает тоску: Медведев по капле выдавливает из себя свою будущую 'программу', а затем продолжается обычная подборка новостей в стиле 'что Путин делал сегодня', обычно с Медведевым в президентской свите. Вовсю идет 'кампания', кандидатам предоставляется бесплатное эфирное время, организуется серия дебатов, но Медведев предпочел в них не участвовать.

Известно изречение Уинстона Черчилля о том, что борьба за власть в Кремле напоминает драку бульдогов под ковром: рыка много, а кто победил - неизвестно до тех пор, пока один из них не вылезет наружу. Избрание Медведева преемником произошло после того, как мы увидели ряд указаний на борьбу за власть между сторонниками жесткого курса из рядов спецслужб и прозападными реформаторами. В этом контексте Медведев - далеко не самый худший вариант. Он юрист по образованию, а не бывший агент КГБ, и в настоящее время отвечает за реализацию национальных проектов в области здравоохранения, жилищного строительства, экономического развития и образования. О российско-американских отношениях он говорит в относительно мягких тонах, в отличие от Путина, регулярно бьющего себя кулаком в грудь.

Остальные кандидаты - безумствующий националист, усталый коммунист и лидер образования, называющегося 'Демократической партией России'. От последнего сильно отдает знаменитыми кремлевскими 'политтехнологиями': это своего рода подставное лицо для дискредитации немногих оставшихся реальных оппозиционных партий. Члены партии карикатурно требуют немедленного членства в Евросоюзе.

Похоже, сужение выбора по душе россиянам. Как показал недавний опрос, проведенный государственным центром изучения общественного мнения, Медведева поддерживают 63 процента избирателей. Многие были травмированы шоком, отчаянием и неопределенностью девяностых. Большинство избирателей с радостью готовы положиться на Путина и его окружение, если это принесет им стабильность, при которой их сбережения не исчезнут в одночасье, как это произошло в 1998 г.

Условия общественного договора включают в себя веру в то, что Россия 'нуждается' в сильной центральной власти и должна идти своим путем. Кремль постоянно напоминает людям о прежних мрачных днях, чтобы оправдать 'вертикаль власти' и исключительность 'суверенной демократии'. Избиратели помалкивают, СМИ соблюдают правила, олигархи идут на сотрудничество, а прокремлевские 'молодежные группы' держатся наготове для публичного изъявления поддержки.

В большинстве репортажей из-за рубежа российские СМИ представляют демократию как неконтролируемый хаос. Они с радостью отмечают беспорядочность и намекают на коррумпированность политики в молодых демократических странах, таких как Украина и Грузия, где выборы часто приводят к уличному насилию, власти толпы и клептократии.

Но даже на этом фоне освещение американских праймериз ведется широко и обстоятельно - вероятно не только в силу исключительной важности Америки. Так получается, что большая часть репортажей посвящена объяснению головоломной избирательной системы США - отличий между 'праймериз' и 'кокус' и того, как география и демография влияют на исход голосования в каждом штате.

Конечно, российские СМИ обращают особое внимания на высказывания кандидатов о России. Сенатору Джону Маккейну досталось за его часто повторяемую фразу о Путине: что он 'взглянул ему в глаза и увидел три буквы: К, Г, Б'. Не обошли стороной и Хиллари Клинтон. Хотя ее муж дружит с другими постсоветскими диктаторами - например, с президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым, в январе она категорически заявила, что Путин - 'агент КГБ, души у него нет по определению, короче, это пустая трата времени, абсурд'.

СМИ восхищаются Бараком Обамой, не только из-за новизны его кампании, но и из-за его нежелания заранее списывать со счетов отношения с Россией.

Помню, как в новогодние праздники я, несколько стесняясь, объяснял друзьям несовершенство процесса праймериз: что горстка избирателей в Айове или Нью-Гэмпшире может решить исход голосования. Но его продолжение - вызвавшее немалый переполох среди партийных лоялистов с обеих сторон - ободрило меня. Как это ни странно, он подает хороший пример остальному миру.

Кристофер Марциш - журналист-фрилансер, живущий в Москве.

______________________________________

"Путин останется, чтобы его мальчика не съели живьем" ("Newsweek", США)

Парадокс России - свобода и страх ("The Boston Globe", США)