Грузинский президент долго обменивался рукопожатиями с людьми, выстроившимися в очередь, чтобы его поприветствовать. Холеные дамы с элегантными прическами, седоволосые мужчины в ермолках и при золотых часах проходили мимо него чередой, а некоторые даже останавливались, чтобы сфотографироваться с главой государства.

В этом месяце президент Михаил Саакашвили провел более двух часов на банкете в честь Совещания глав крупнейших еврейских организаций США (Conference of Presidents of Major American Jewish Organizations). Его помощники говорят, что он никогда еще не уделял столько времени ни одной иностранной делегации. В какой-то момент он даже попросил одного из телохранителей остановить поток желающих выразить ему добрые пожелания: при всем уважении к важным американским гостям голод, как известно - не тетка.

То, что Саакашвили посвятил делегации так много времени - лишь один из примеров гостеприимства, оказанного в Тбилиси лидерам еврейских организаций. Один за другим к ним подходили все министры, - в основном молодые люди, свободно говорящие по-английски - и на устах у них было одно: мы любим Америку, мы любим Израиль, Ирак - передний край войны с террором, мы не позволим Ирану осуществить его интриги.

Грузинская администрация рассматривала глав еврейских организаций по сути как официальных представителей - и не только США, но и Израиля. Они преподнесли каждому министру по мезузе в футляре, выполненном в виде дерева, и отправились в вестибюль отеля, чтобы отведать лососины и попробовать грузинского вина.

Грузия - небольшая страна, расположенная на стратегическом перекрестке между Востоком и Западом - жаждет заручиться поддержкой западных стран. Ее отношения с прежним сюзереном, Россией, давно уже испортились, во многом из-за поддержки Москвой сепаратистских регионов - Абхазии и Южной Осетии. Два года назад разоблачение группы российских разведчиков, действовавших в Грузии, привело к дальнейшему ухудшению двусторонних отношений. Россия отреагировала на этот скандал объявлением эмбарго на грузинские товары, прекращением воздушного сообщения между двумя странами и закрытием пропускных пунктов на границе.

Для Грузии это стало жестоким ударом. Еще несколько лет назад она полностью зависела от торговли с Россией, и особенно от поставок российского газа.

Столкнувшись с враждебностью Москвы, грузины обратили взор к Вашингтону. Членам еврейской делегации не раз говорили, что Грузию, США и Израиль объединяют 'общие ценности'; упоминалось и об активном участии Грузии в войне против террора.

Саакашвили заявил гостям, что 'вред, наносимый Израилю - это вред, наносимый Грузии', и добавил: 'Израиль - единственная страна в мире, где я чувствую себя как дома'.

Насколько реально влияние этих евреев с большими деньгами и связями на администрации в Вашингтоне и Иерусалиме - вопрос открытый. Очевидно, у некоторых из них налажен контакт с рядом конгрессменов, но в конечном счете, 'влиятельными людьми нас делает тот факт, что нас считают влиятельными людьми', как заметил в лучших традициях постмодернизма один из членов Совещания.

Иранский фактор

За несколько недель до прибытия представителей Совещания глав еврейских организаций в Тбилиси сотрудники грузинских спецслужб арестовали в пригороде столицы иранского гражданина. По сообщениям американской разведки и Интерпола задержанный - один из ведущих торговцев оружием в Иране; не исключено, что он поставляет в страну ядерные материалы.

Неделя, когда произошел арест, стала весьма драматичной в плане развития отношений между Тбилиси и Тегераном. Узнав о задержании, Иран возмутился и потребовал отпустить своего гражданина. 20 января Тегеран даже направил министра иностранных дел Манучера Моттаки (Manouchehr Mottaki) на церемонию инаугурации Саакашвили, переизбранного на второй срок, чтобы провести переговоры о его освобождении. Грузинские власти, однако, стались непреклонны. Они руководствовались простым расчетом: чтобы заручиться полной поддержкой США в противостоянии с Москвой, необходимо пожертвовать отношениями с Ираном и продемонстрировать, что их страна находится на переднем крае борьбы с международным терроризмом.

Поскольку дипломатические методы не дали результата, Тегеран прибег к угрозам. Как утверждает грузинская сторона, иранцы намекнули, что могут пострадать солдаты из двухтысячного грузинского контингента, дислоцированного на иракско-иранской границе, и что Тегеран может присоединиться к ожидаемому признанию Россией самопровозглашенных республик на территории Грузии. На Тбилиси, однако, это впечатления не произвело.

Грузинский посол в Тегеране был отозван на родину, и отношения между двумя странами теперь фактически заморожены. Торговца оружием передали американцам, и его нынешнее местонахождение неизвестно.

Момент для визита представителей Совещания глав организаций - их сопровождала делегация израильских журналистов, чью поездку оплатило грузинское правительство - был выбран просто идеальный. Высокопоставленные представители администрации сообщили репортерам об аресте, и в начале недели, когда делегация вернулась из Тбилиси, известия об этом появились в израильской прессе. На той же неделе было высказано немало намеков относительно сотрудничества военных ведомств и спецслужб Грузии, США и Израиля по иранскому вопросу. Об этом говорил и сам Саакашвили на встрече с небольшой группой лидеров Совещания.

Ссора с Ираном обойдется Тбилиси очень дорого. Раньше две страны были активными торговыми партнерами, их многое связывает в историческом и культурном плане. В условиях враждебности Москвы и зависимости Грузии от российского газа Иран чуть было не стал для нее 'спасителем'.

Холодной зимой 2006 г., когда Россия подняла цену на экспортируемый газ и даже сократила поставки, Грузия обратилась за помощью к Тегерану, и тот согласился продавать ей 'голубое топливо' по более низкой цене, но при одном условии: Тбилиси должен был пригласить президента Махмуда Ахмадинежада (Mahmoud Ahmadinejad) с официальным визитом. Грузинская сторона отказалась выполнить это условие, и сотрудничество между двумя странами не состоялось.

Ставка Грузии на лояльность по отношению к США, зачастую в ущерб другим национальным интересам, может оказаться весьма рискованной. Из-за разрыва связей с Ираном и напряженности в отношениях с Москвой эта страна, вероятно, окажется в 'блестящей изоляции' в центральноазиатском регионе. В результате ее лидерам, возможно, придется осознать, что, при всем уважении к заокеанскому спонсору, им стоило бы заключать соглашения и с близлежащими государствами. Очевидно, с этим связано обсуждение в Тбилиси идеи создания 'Черноморского сообщества' - организации сотрудничества вроде той, что объединяет страны Балтийского моря.

Демонстрация на морозе

За считанные часы до выступления Саакашвили перед лидерами еврейских организаций в нескольких сотнях метров от роскошного отеля, где проходила встреча, до 20000 сторонников оппозиции собралось на митинг протеста против этого мероприятия. Они утверждали, что последние президентские выборы в стране были подтасованы, и что власть не заботится о простом народе. Демонстранты собрались напротив здания парламента; наверняка они хорошо помнят, как их предыдущую акцию протеста в ноябре прошлого года разогнала полиция.

Но, как будто и этого было недостаточно, двумя днями ранее в Англии скончался один из лидеров оппозиции - Бадри Патаркацишвили. Хотя британская полиция установила, что причиной смерти стал сердечный приступ, многие демонстранты утверждали, что Патаркацишвили устранил режим Саакашвили, поскольку видел в нем опасного противника.

За последний год экономическая ситуация в Грузии удостаивалась позитивной оценки со стороны Всемирного банка и других международных финансовых организаций. Она числится среди стран с 'развивающейся рыночной экономикой', благоприятных для инвестиций, и израильские фирмы, в частности, играют существенную роль в сооружении объектов недвижимости в Тбилиси. Но простым людям это никаких благ не приносит. Специалисты утверждают, что плоды экономического роста еще 'не достигли широких слоев населения': иными словами, при том, что в грузинской столице строится шесть отелей класса 'люкс', 60% ее жителей не имеет постоянной работы, а многие дома заброшены и разрушаются.

Несмотря на это, атмосферу на митинге нельзя было назвать накаленной - и дело здесь не в морозной грузинской зиме. Было очевидно, что его участники уже отчаялись изменить политическую систему в стране, и к тому же у них на пути стоят США, безоговорочно поддерживающие нынешнюю власть. СМИ явно отдают предпочтение Саакашвили, а международная общественность считает его сторонником демократии. Все, что могут сделать оппозиционеры - это молча стоять на площади перед парламентом.

'Мы стали чужими в собственной стране, - говорит пятидесятивосьмилетняя учительница Лемира (назвать свою фамилию и фотографироваться она отказалась). - Никто к нам не прислушивается. Саакашвили только и делает, что строит грандиозные фонтаны и организует концерты. Он думает, что история нашей страны началась с его приходом к власти'.

Кстати, выступление Саакашвили перед делегацией - он проводил параллели между Грузией и Израилем, а себя самого сравнивал с Давидом Бен-Гурионом - показало, что ощущение исторической значимости момента ему отнюдь не чуждо. 'Наша страна находится на историческом перепутье, - заметил он. - Мы никому не позволим вмешиваться'.

В попытке избавиться от имперского влияния России и построить новое грузинское государство, Саакашвили, возможно, забывает о собственном народе и распахивает дверь перед империализмом иного типа - менее агрессивным, но куда более эффективным. Гостям из США и Израиля он нравится, а среди сограждан грузинский лидер вызывает разноречивые эмоции; некоторые из них - как и часть соседних стран - оценивают его деятельность куда негативнее.

* * *

* Мезуза - у иудаистов - свиток с двумя фрагментами Торы, который крепится на косяки двери дома. (Вернуться к тексту статьи)

_______________________________________

Март Лаар: А мы все думаем о Грузии* ("The Wall Street Journal", США) http://www.inosmi.ru/translation/238788.html

Грузия: меньше задирать нос ("The Financial Times", Великобритания)

Грузинская демократия еле ковыляет ("The Times", Великобритания)

Стабилизировать Грузию ("The Financial Times", Великобритания)