Государства Европейского союза согласились в прошлый понедельник об общей позиции, по которой каждое государство 'примет решение о своих отношениях с Косово в соответствии с собственной национальной практикой и международным правом'.

Бельгийский министр иностранных дел высказал предположение, что данная формулировка является достаточно 'расплывчатой', чтобы позволить каждому действовать так, как ему заблагорассудится. В отличие от некоторых стран, таких как Испания, Бельгия, судя по всему, считает, что международное право разрешает немедленное признание Косово.

Подобное утверждение представляется, по меньшей мере, спорным по четырем следующим причинам.

Во-первых, необходимо напомнить, что международное право не предоставляет косоварам право на самоопределение. Таковое ограничено ситуациями, связанными с колониальным или постколониальным статусом, т.е. касается народов, живущих на территории, географически отдельной от метрополии.

Напротив, не существует никакого права на отделение для меньшинств, проживающих на территории государства. Интересно подчеркнуть, что первый принцип никем не ставится под вопрос, даже теми, кто уже признал Косово. Тогда на чем же строить такое признание? На свершившемся факте?

Здесь мы подходим ко второму важному элементу - определению государства в международном праве. В соответствии с ним, образование становится государством, когда имеет территорию, население и 'суверенное', т.е. формально независимое от прочих государств, правительство.

На практике суверенитет приобретается, если попытка отделения признается бывшим центральным государством: Бангладеш (1974 г.), бывшие советские республики (1991) или республики бывшей Югославии (май 1992 г.) были приняты в ООН только после достижения пусть даже неформального соглашения между всеми заинтересованными сторонами.

В случае Косово такое соглашение не было достигнуто, а самопровозглашенные правители не могли бы обладать какой-либо властью без массированной внешней поддержки со стороны войск НАТО. Т.е. 'Косово' не является независимым государством в том смысле, в котором это трактуется международным правом.

В подобных условиях немедленное признание должно считаться преждевременным: встав на сторону сепаратистов, третьи страны нарушают принципы суверенитета Сербии и невмешательства во внутренние дела.

Международное право, напротив, предписывает сдержанность и осторожность. Это особенно применимо в случае Косово, поскольку Совет безопасности принял резолюцию, которая все еще имеет силу и которая явно несовместима с непереговорным урегулированием проблемы.

В действительности, третьим элементом, который необходимо учитывать, является резолюция Совета безопасности 1244 (1999 год). Эта резолюция была принята в целях мирного урегулирования ситуации путем переговоров; Совет в ней, по крайней мере, трижды вновь подтверждает 'приверженность всех государств-членов суверенитету и территориальной целостности Федеративной республики Югославии и всех других государств региона'.

Взглянув на этот документ, по меньшей мере, будет чрезмерным утверждать то, что одностороннее провозглашение независимости может быть оправдано, равно как и то, что может быть признано законным в обход общего международного права ее признание государствами при нарушении суверенитета Сербии.

Разумеется, план представителя ООН Марти Ахтисаари (и это последний элемент, о котором нужно упомянуть) предусматривал независимость под международным наблюдением.

Юридически этот план имеет ценность только как предложение - предложение, которое не было принято Советом безопасности. Совет до настоящего времени придерживается своего решения, в соответствии с резолюцией 1244, давать согласие на международное присутствие только 'в целях организации временного управления, в рамках которого население Косово сможет пользоваться существенной автономией в составе Федеративной Республики Югославии' (преемником которой является Сербия).

Следуя плану Ахтисаари, государства, таким образом, скатились, как и в 1999 году во время военной интервенции в Югославии или в 2003 году в Ираке, к нарушению одного из наиболее фундаментальных принципов международного права: соблюдения процедур, предусмотренных Уставом ООН, и отказа от любого одностороннего подхода, прежде всего, когда речь при этом идет об отправке вооруженных сил.

Наконец, преждевременно признавая Косово, Бельгия делает политический выбор, что само по себе не может быть предметом критики. С другой стороны, притворство, что это совершается при соблюдении норм международного права, в то время как было открыто принято решение их проигнорировать, вызывает особое сожаление. Что бы там ни говорили, речь также идет о прецеденте, лишающем доверия бельгийские власти, которые при рассмотрении других вопросов будут прятаться за международным правом для оправдания своей позиции.

Оливье Кортен - профессор Брюссельского свободного университета Центр международного права и прикладной социологии