Wednesday, March 12, 2008; Page A19

Организация стран-экспортеров нефти существует уже 47 лет, и большую часть этого времени она была картелем лишь по названию, но не по сути. Она не могла контролировать цены на нефть, поскольку вводимые национальные квоты добычи, через которые предполагалось регулировать рынок, регулярно нарушались самими же ее членами. Поэтому ОПЕК фактически шла за ценами, которые менялись по мере движения объемов спроса и предложения. Однако сегодня ОПЕК становится реальностью и реально работающим картелем. Если это действительно так, то это плохая новость для всего остального мира.

Чтобы понять это, достаточно взглянуть на последнюю встречу делегатов ОПЕК, прошедшую на прошлой неделе в Вене. При том, что аргументы в пользу увеличения объемов добычи были весьма и весьма весомыми - дело не только в том, что цена уже колеблется вокруг сотни долларов за баррель, но и в том, что Соединенные Штаты входят, или даже уже вошли, в период рецессии, а большую часть остального мира ожидает как минимум замедление экономического роста, - министры нефти наотрез отказались их наращивать.

Почему это плохо? Потому, что снижение цен на нефть - это один из механизмов, посредством которых совершается автоматическая корректировка замедления или спада экономики. Снижение цен на бензин, топочный мазут и дизельное топливо улучшают потребительский баланс, понижают инфляцию и повышают степень уверенности людей в завтрашнем дне. В этом смысле оно представляет собой важный 'автостабилизатор' для пошатнувшейся экономики.

Но поставщиков нефти это не интересует. Для них чем выше цены на нефть, тем лучше. В 2007 году доход стран ОПЕК от торговли нефтью вырос по сравнению с 1999 годом вчетверо и составил, по оценке экономиста Филипа Верлегера-младшего (Philip Verleger Jr.), 670 миллиардов долларов. Далее возникает вопрос, почему это произошло: только ли потому, что ОПЕК удачно нажилась на благоприятном для нее балансе спроса и предложения - или она действительно сработала как картель, то есть ограничила добычу и тем самым искусственно взвинтила цены? Правильный ответ - и потому, и поэтому.

Что касается наличия дефицита нефти на рынке, то в этом никто не сомневается. Здесь ОПЕК помогли два грубейших просчета, допущенных отраслью. Во-первых, подавляющее большинство специалистов недооценило рост спроса на нефть в мире и особенно в Китае. С 1999 года Китай стал потреблять вдвое больше нефти, чем раньше - в 2007 году он потреблял до 7,5 миллиона баррелей в сутки, при этом весь мир потреблял 86 миллионов баррелей в сутки, что превысило показатель 1999 года всего на 13 процентов, а Америка - 20,8 миллиона, или на 7 процентов больше, чем в 1999 году.

Во-вторых, эти же люди переоценили рост предложения. Объемы добычи сокращаются в Ираке, Нигерии, Иране, Венесуэле и других странах из-за войн, беспорядков и национализаций. По данным Фонда исследования энергетической политики (Energy Policy Research Foundation), без всех этих факторов сегодня в мире добывалось бы на 4,5 миллиона баррелей в сутки больше.

Но и это - лишь половина проблемы. Давайте вернемся во вторую половину 2006 года, точнее в август месяц, когда цены упали с примерно 70 долларов за баррель до 50. Что делает в таких случаях настоящий картель? Сокращает добычу и тем самым взвинчивает цены. Именно это и сделала ОПЕК. Объемы поставок, отмечает экономист ФИЭП Ларри Гольдстейн (Larry Goldstein), были снижены в две ступени в общей сложности на 800 тысяч баррелей в сутки:

- К июлю было уже выработано 125 миллионов баррелей из закупленных запасов, - отмечает он.

В результате к концу 2007 года запасы стран-потребителей по количеству дней, в течение которых они могли обеспечивать работу экономики, составляли минимальную величину за предыдущие три года. Цены пошли вверх.

По мнению Верлегера, корни нынешней силы ОПЕК следует искать в начале 1999 года, когда нефть стоила около 10 долларов за баррель. Вследствие азиатского кризиса 1997-98 годов спрос на нее сократился, в то время как предложение практически никак не регулировалось. И тогда представители Саудовской Аравии вступили в лихорадочные переговоры с другими поставщиками - не только с Ираном, Кувейтом и Венесуэлой, но и со странами, не входящими в ОПЕК - Россией, Норвегией и Мексикой - и достигли с ними соглашения о сокращении объемов добычи. В этот раз все подписанты исполнили условия соглашения на удивление четко - слишком уж их напугала перспектива дальнейшего падения нефтяных доходов.

И вот сегодня мы расплачиваемся за проявленную в тот момент близорукость. От импортной зависимости - а сейчас США ввозят из-за рубежа уже около 60 процентов потребляемой им нефти - мы и так никуда бы не ушли. Однако у нас была возможность сократить спрос и параллельно увеличить предложение, чтобы ослабить рыночную позицию ОПЕК. Ведь чем больше становится положительный зазор между предложением и спросом, тем сложнее становится поставщикам контролировать рынок. У кого-нибудь из них обязательно находятся дополнительные добычные ресурсы; кто-нибудь обязательно испытывает искушение хоть как-нибудь поднять доходы. Сегодня такие резервы есть у нескольких стран, в особенности у Саудовской Аравии, которая имеет возможность изменить свои объемы добычи и тем самым повлиять на цены.

Американцы срываются на крик, взывая к иностранным поставщикам - но думать, что иностранцы должны подчинить свои интересы нашим, по меньшей мере глупо, тем более что сами мы при этом отказываемся делать массу вещей, которые ограничили бы им свободу маневра. До прошлого года Конгресс не мог принять новые стандарты экономичности для новых автомобилей и легких грузовиков. Мы не даем вводить новые налоги на бензин, с которыми люди ездили бы на автомобиле, только когда это действительно нужно, и в автосалонах покупали бы наиболее экономичные машины (лучше уж платить налоги своему правительству, чем через более высокие цены на нефть - чужому). И, кроме всего прочего, мы постоянно сопротивляемся разработке нефтяных залежей Аляски и других районов страны.

Ничего не делая для сокращения собственных нефтяных аппетитов, Соединенные Штаты фактически сами подготовили нынешний триумф ОПЕК. Насколько этот триумф серьезен - покажет этот и следующий год: вырастут поставки из стран, не входящих в ОПЕК, в том числе Бразилии, Канады и Казахстана; мировая экономика станет слабее, а, значит, упадет спрос. В таких условиях даже ОПЕК может оказаться неспособна поддерживать цены на нынешнем высоком уровне.

Что бы ни случилось завтра, в долгосрочном плане угроза, исходящая от глобального нефтяного картеля, никуда не денется. Чтобы ограничить его силу, мы должны идти на болезненные меры. Правда, если оглянуться на то, как мы реагировали на такие вещи раньше, то создается впечатление, что, скорее всего, мы на них не пойдем.

____________________________________________

Борьба за пищу, нефть и воду ("The Financial Times", Великобритания)

Нефть@ИноTV: Я буду стоить сотни долларов. Вас ждут топливные бунты ... и топливные войны ("BBC World", Великобритания)

Дороговизна нефти кому-то на руку ("The Times", Великобритания)

Битва за нефть - не на флагах, а на бумагах ("The Financial Times", Великобритания)