От редакции: В последние недели перед саммитом НАТО в Бухаресте в альянсе идут жаркие дебаты по поводу возможности предоставления Украине права присоединиться к Плану действий относительно членства. Несколько дней назад десять стран-членов альянса обратились к генсеку НАТО со специальным письмом, в котором аргументируют необходимость этого шага. Однако ряд других государств, среди которых прежде всего Германия и Франция, придерживаются иной точки зрения.

Автор публикуемого ниже материала не является официальным представителем своей страны (на сегодняшний день он свободный публицист, а в 90-е годы возглавлял представительство одной из германских НПО в Киеве), однако, на наш взгляд, высказываемая им точка зрения достаточно широко распространена и в официальных кругах Берлина и Парижа. Мы не согласны со многими приводимыми в статье аргументами, тем не менее, хотим предоставить нашим читателям возможность разобраться, почему некоторые члены альянса не желают видеть Украину в НАТО.

Конкуренция за интеграцию Украины между Брюсселем и Москвой?

Украина, расположенная между Европейским Союзом и Российской Федерацией, играет ключевую роль в отношениях между этими двумя частями Европы: и для Брюсселя, и для Москвы стратегическое значение имеет как внешняя ориентация, так и внутреннее устройство этой 'ничейной полосы' в европейском промежутке, ставшей точкой пересечения европейского соседства и ближнего зарубежья.

В таком промежуточном статусе Украине вряд ли удастся самостоятельно утверждать свою государственность в течение длительного времени. 'Этот вакуум, вероятно, все же исчезнет в течение следующих 10 - 15 лет', - пишет Эгон Бар, архитектор восточной политики Вилли Брандта во вступлении к недавно изданной книге 'Европейский Союз, Россия и Евразия'. Это означает, что Украина либо интегрируется в Европейский Союз, либо - если не номинально, то де-факто - снова сольется в союзе с Россией.

Сама же Украина - если не брать в расчет заигрывания президента Кучмы на закате его президентской карьеры с евразийским интеграционным проектом президента Путина под названием 'Единое экономическое пространство', прерванные оранжевой революцией, - с 1998 года официально провозгласила евроинтеграционный курс. Замысел Москвы состоял в том, чтобы путем создания ЕЭП отрезать Украине путь к Европейскому Союзу и подтолкнуть ее к реставрации союза с Россией. Если бы этот проект удалось воплотить в жизнь, Россия, благодаря своему голосу в 'совместном регулирующем органе' весом в 80 % , заняла бы в нем абсолютно доминирующее положение.

Впрочем, влияние на Украину двух полюсов притяжения не означает, что между Брюсселем и Москвой существует конкуренция за интеграцию Украины. Ведь в противовес Кремлю, который активно проводит курс на экономическое воссоединение Украины и России, Брюссель после саммита по расширению ЕС, состоявшегося в Копенгагене в 1993 году, придерживается относительно Украины политики сдерживания. Как раньше, так и теперь интерес ЕС ограничивается только существованием стабильного соседа на своей восточной границе.

Хотя Россия после парадигматического сдвига в отношениях с европейскими странами СНГ, а именно отказа от дотирования энергоемкой промышленности Украины в форме ценовых уступок на энергоносители, фактически отпустила Украину из своего ближнего зарубежья и поселила ее в зоне соседства, лишенного привилегий; однако под влиянием экономической гравитации крепнущей России и в условиях интеграционно-политического вакуума Украина, отторгнутая Европейским Союзом, не сможет уберечь свою экономическую независимость, а русификация стратегических отраслей промышленности Украины поставит под угрозу и политический суверенитет государства.

Политика соседства Европейского Союза - неудачная конструкция

После расширения ЕС с 1 мая 2004 года Европейская комиссия свела воедино свою 'Восточноевропейскую политику' и 'Европейско-Средиземноморское партнерство' (ЕСП, Барселонский процесс) в новую 'Европейскую политику соседства' (ЕПС) с очевидным намерением создать альтернативу статье 49 консолидированного Договора ЕС, которая предоставляет всем европейским государствам право на обращение с заявлением о членстве. Хотя ЕС и осуществляет интеграцию Украины в свое правовое поле, однако ввиду отнесения ее к пространству соседства, т.е. к тому же уровню, на котором уже пребывают средиземноморские соседи Европы в Северной Африке и на Ближнем Востоке, он, как и раньше, отказывает этой европейской стране в перспективе членства. Вот и в процессе продолжающихся переговоров о заключении расширенного соглашения (Enhanced Agreement), которое должно сменить Соглашение о партнерстве и сотрудничестве (СПС), представители ЕС всеми доступными способами пытаются избежать предложений, связанных с перспективой европейской интеграции. ЕС отказывает европейскому государству Украина даже в статусе ассоциированного членства, который он уже предоставил внеевропейским странам Барселонского процесса.

Причина вынесения Украины за пределы европейского интеграционного процесса заключается в (необнародованном) признании претензий Москвы на вхождение бывшей советской республики Украина в сферу интересов России, а также в необходимости считаться со средиземноморскими амбициями Франции, которая опасается потери своего центрального положения в Европейском Союзе вследствие вступления в него большой восточноевропейской страны.

Председательствование Германии в Совете ЕС в первом полугодии 2007 года ничего не изменило в негативной позиции Берлина относительно возможности вступления Украины в ЕС. Федеральное министерство иностранных дел Германии предложило только политику соседства со знаком 'плюс', руководствуясь неприкрытым намерением предотвратить возникновение в пространстве между ЕС и Россией вакуума в плане интеграционной политики и безопасности. За далеко идущими - а в сущности и довольно серьезными - предложениями, адресованными Украине, скрывается задача преодоления 'ложной альтернативы: членство/отсутствие членства в ЕС'. В своем коалиционном договоре фракции ХДС/ХСС и СДПГ от двух правящих партий Германии договорились о продвижении амбициозной и дифференцированной политики соседства ЕС с тем, чтобы сделать более весомой европейскую политику соседства как долгосрочную альтернативу вступлению и благодаря этому избежать в течение последующих лет новых обращений с заявками о предоставлении членства. Дифференцированной эту политику можно назвать только потому, что, в отличие от Европейской комиссии, в ней по крайней мере проводится различие между европейскими соседями и соседями Европы; однако амбициозной новую германскую восточную политику назвать невозможно: она лишь закрепляет неудачную конструкцию 'Европейской политики соседства' Европейской комиссии.

Украина (наряду с такими 'особыми случаями', как Молдова с ее реальной проблемой раздела страны и Беларусь с ее виртуальным союзом с Россией) стала единственным европейским государством, которое после решения о предстоящем вступлении западнобалканских стран, принятого в Салониках в 2003 году, может рассматриваться как претендент на членство в Европейском Союзе в духе статьи 49 Договора ЕС. Поэтому логичной была бы такая восточноевропейская политика, которая выделила бы Украину из ЕПС и включила бы в новое расширенное соглашение предоставления европейской перспективы, т.е. перспективы членства в ЕС.

ЕС, у которого пробудился интерес к бывшим советским республикам и нынешним государствам-членам СНГ лишь спустя более десяти лет после распада Советского Союза, тем самым потревожил легитимные интересы России. Несмотря на экономизацию российской политики соседства, вопрос о принадлежности/непринадлежности Украины снова может стать причиной конфронтации между Брюсселем и Москвой, как это было в 2004 году. Тем не менее не исключен и баланс интересов между ЕС и Россией, который, однако, не может базироваться на дальнейшем существовании Украины в своем промежуточном статусе. Если речь идет не только о балансе интересов, призванном лишь на определенное время решить проблему или заморозить потенциальный конфликт, тогда его результатом должна стать украинско-российская граница как окончательная восточная граница Европейского Союза.

Поскольку предрасположенность к сотрудничеству с Россией имеет жизненно важное значение для безопасности Европейского Союза, интеграция Украины на институциональном уровне должна выстраиваться таким образом, чтобы нести России ощутимую выгоду. Минимальная предпосылка этого - не только сбережение, но и приумножение многогранных связей России с Украиной и после вступления последней в ЕС. Однако ключом к признанию членства Украины в Европейском Союзе со стороны Москвы является симметрическое участие России в строительстве общеевропейских структур в сферах экономики и безопасности, а также плотная связь России с ЕС в духе новой германской восточной политики министра иностранных дел Германии Франка-Вальтера Штайнмайера.

ЕС - 'да!' НАТО - 'нет!'

Весь комплекс отношений Украины с Россией в упрощенном виде можно охарактеризовать желанием обрести независимость от Москвы при условии длительного сохранения связей с ней. Эти исторические и культурные связи Украины с Россией - несмотря на всю их амбивалентность - проявляют себя в отторжении идеи вступления в НАТО большинством населения, которое воспринимает новую волну расширения НАТО на восток как геостратегическую инициативу США, направленную против России.

Членство в Европейском Союзе имеет для Украины жизненно важное значение, тогда как членство в НАТО - нет. Россия не несет военной угрозы для Украины, а НАТО не является защитой от экономического проникновения российского капитала в экономику Украины (в сговоре с украинскими магнатами). С учетом глобального военного присутствия США и американского проникновения на постсоветском пространстве обвинения в неоимперской экспансии России, т.е. в попытках Москвы вернуть себе влияние в бывших советских республиках, звучат неубедительно.

После завершения эпохи холодной войны военный характер НАТО остался прежним. Изменилось лишь целевое предназначение (raison d'etre) этого союза: под предлогом стабилизации в регионах реальных (Балканы) и мнимых (страны Балтии, а также Польша) конфликтов в Европе он служит средством обеспечения гегемонии США над Европой и предотвращения создания собственных мощностей Европейского Союза в рамках Общей политики в сфере безопасности и обороны (ОПБО). Использовав исторически обоснованные и все еще действующие на эмоциональном уровне опасения своих новых восточно- и центральноевропейских членов ЕС перед Россией, США мешают созданию общеевропейского сообщества обороны и безопасности, которое с точки зрения защиты государств-членов Европейского Союза могло бы стать оптимальным дополнением к НАТО.

Европейская политика США направлена на ослабление единства Европейского Союза. Решение США о размещении на территории ЕС компонентов национальной системы противоракетной обороны (National Missile Defense (NMD/ПРО), принятое в одностороннем порядке и согласованное на двустороннем уровне с Польшей и Чехией, но без согласования с европейскими партнерами по НАТО, яркое тому свидетельство. Система ПРО в Польше и Чехии может быть нацелена на Российскую Федерацию. Однако с точки зрения политических реалий она направлена именно против единства Европейского Союза.

Вступление Украины в НАТО, за которое ратует Вашингтон, служит не укреплению безопасности Украины, а расширению военного присутствия США в Европе. Госсекретарь США Кондолиза Райс во время встречи с президентом Ющенко в Давосе 23 января 2008 года (согласно заявлению его пресс-секретаря Ирины Ванниковой агентству 'Интерфакс-Украина' в тот же день) назвала в числе важнейших задач США защиту суверенитета и независимости Украины. С какой же стороны исходит угроза? Госсекретарь не сказала, что имеет в виду Россию, ибо тем самым признала бы, что усматривает опасность для независимости Украины со стороны ее восточного соседа и что интеграция Украины в НАТО направлена против России. Однако Украина - как и вся Европа - может обрести безопасность лишь вместе с Россией, а не выступая против нее.

Политика Украины в отношении НАТО, инспирированная США, - это совершенно избыточный вызов России, даже несмотря на всю строгость предупреждения, высказанного президентом Путиным на пресс-конференции от 12 февраля 2008 года о последствиях вступления Украины в НАТО, которое производит намного более серьезное впечатление, чем это есть на самом деле ('Ракеты на американские позиции ПРО в Украине', 'Украiнська правда', 12.02. 2008 г.). Членство Украины в НАТО не отвечает интересам Европейского Союза. Во всех своих документах о политике относительно Украины ЕС подчеркивает, что считает для себя чрезвычайно важными хорошие отношения между Украиной и Россией. А процесс политических и экономических реформ, который должна продолжить Украина, чтобы достичь 'уровня зрелости ЕС', как и укоренение в сознании украинских политиков европейских ценностей, не требует дублирования в форме подготовки страны к членству в НАТО.

Поборники американского расширения на восток в Европе среди новых членов ЕС фактически действуют как лоббисты американских гегемонистских интересов в Европе. А форсированный атлантический интеграционный курс президента Украины Ющенко скорее понижает готовность со стороны Европейского Союза - а точнее, его старожилов - согласиться со вступлением Украины в Европейский Союз, чем усиливает ее. Членство в НАТО не является фактором ускорения приближения Украины к Европейскому Союзу. 'Письмо трех' генеральному секретарю НАТО, в котором президент Ющенко, премьер-министр Тимошенко и председатель Верховной Рады Украины Яценюк обращаются с заявкой на присоединение Украины к Плану действий по обретению членства в НАТО (ПДЧ) во время встречи на высшем уровне стран-членов НАТО со 2 по 4 апреля в Бухаресте, даже если не принимать во внимание неудачный как с точки зрения внутренней политики, так и во внешнеполитическом отношении способ обращения, означает движение ухабистым окольным путем, а то и вовсе в неправильным направлении. Похоже, Юлия Тимошенко поставила свою подпись под этим письмом не без определенного давления со стороны секретариата президента. Близкие к конспиративным обстоятельства, при которых состоялась ее встреча с Яап де Хооп Схеффером перед отлетом из Брюсселя в Киев, позволяют предположить, что она не желает открыто отождествлять себя с этим письмом, памятуя о своих избирателях из восточных областей Украины в предстоящих президентских выборах. Во время своего официального визита в Брюссель 28-29 января 2008 года она высказала вполне правильную мысль: 'Сбалансированные и гармоничные отношения с Россией Украина рассматривает как неотъемлемую часть интеграции в Европейский Союз' (Татьяна Силина. Как Тимошенко слила НАТО и влилась в поток. 'Зеркало недели', 2 февраля 2008). В сжатом виде такой подход означает: ЕС - 'ДА!' НАТО - 'НЕТ!'

Европейская функция Украины

Из расположения Украины в европейском промежутке вытекает и европейская функция Украины; исторические, культурные и личные связи с Россией предопределяют миссию Украины, призванной не только помешать возникновению нового политического водораздела внутри Европы, но и создать густую сеть связей между Европейским Союзом и Россией. Чтобы справиться с этой европейской функцией, Украине нужна опора в виде надежной перспективы членства в ЕС; для Украины, поглощенной Россией, такая задача окажется непосильной. При этом речь идет не о начале переговоров о вступлении в ближайшее время, а о заявлении со стороны ЕС о принципиальной готовности к такому подходу, подкрепленной предоставлением ассоциированного статуса Украине.

Как в рамках нового расширенного соглашения с Украиной, так и в запланированном новом соглашении с Россией в поле зрения неизменно оказывается зона свободной торговли с ЕС. Комбинация этих обоих новых договоров об основах отношений исподволь нацелена на создание Расширенного европейского экономического пространства. Такой Р-ЕЭП (Wider European Economic Area (W-EEA) мог бы приблизить реализацию идеи более широкой Европы, которая охватила бы Европейский Союз и Российскую Федерацию. Тем самым была бы заложена 'материальная' основа для построения общеевропейских институциональных структур. На базе общих интересов можно рассчитывать на желаемое нормативное сближение России - этой 'иной Европы' - с Европейским Союзом скорее, чем опираясь на назойливые призывы к исповедованию тех политических ценностей, которым - учитывая несколько поколений, выросших в условиях тоталитарной диктатуры, - еще только надлежит по-настоящему сформироваться.

_______________________________________________

Спасительные формулировки НАТО не одурачат Россию ("The Washington Post", США)

Самое жестокое внешнеполитическое поражение Украины ("Украинская правда", Украина)

Украина и Грузия: перспективы членства в НАТО ("Geopolitika", Литва)