Статья опубликована 9 сентября 1985 года

В СССР, где идеи, как и все остальное, контролируются государством, это называется пропагандой. В США государственные чиновники предпочитают словосочетание 'публичная дипломатия', не столь оскорбляющее слух поборников свободы слова. Дело, однако, не в названиях: обе сверхдержавы ведут тотальную 'войну слов и образов' за умы и сердца людей по всему миру.

Пропаганда - систематическое распространение информации в целях влияния на общественное мнение - может принимать разные формы: от санкционированного властями интервью в 'Правде' до тщательно сформулированного ответа на пресс-конференции в Вашингтоне, от статьи, размещенной в иностранной газете, до информационного доклада Госдепартамента. Граница между манипуляцией общественным мнением и разъяснением собственной политической позиции, между пиаровскими ходами и 'нормальной' дипломатией порой весьма размыта. Так, большинство официальных заявлений Кремля и Белого дома преследует и те, и другие цели.

Роль пропаганды - изощренной или 'лобовой' - приобретает все большее значение. С появлением спутников, передающих телевизионную 'картинку' в самые дальние уголки планеты, затертое клише 'мировая деревня' превратилось в реальность. 'Поляризация' стран по линии 'Восток-Запад' лишь усиливает 'рейтинговую войну'. Тоталитарные государства, благодаря полному контролю над СМИ, наладили 'конвейерное производство' пропагандистской продукции. Демократические же страны порой превращаются в ее легковерных потребителей. Искусные 'творцы' общественного мнения способны исказить суть сложных проблем, придать им опасную упрощенность, и если позиция масс меняется, то всенародно избранные лидеры волей-неволей должны следовать за ними. Существование ядерного оружия лишь повышает ставки в этой игре. Сегодня, когда реальная война становится все более дорогостоящим делом, а ядерная - практически немыслима, Востоку и Западу остается вести лишь словесную дуэль. Более полувека назад Ленин приравнял идеологию к оружию. Сегодня директор Информационного агентства США (ЮСИА) Чарльз З. Уик (Charles Z. Wick) отмечает: 'Единственная война, которую США ведут последние четыре года - это война пропагандистская'.

Советско-американский саммит в ноябре этого года станет кульминационным моментом этого сражения. Один высокопоставленный сотрудник Белого дома подчеркивает: 'Возможно, этот саммит закончится 'победой' или 'поражением' на пиаровском фронте'. Передовые группы советской и американской делегаций уже рыщут по Женеве в поисках оптимальных точек для теле- и фотосъемки.

В прошлом для остального мира, да и для советских граждан, кремлевская пропаганда звучала как. . . ну, именно как пропаганда. Было время, когда Советы 'рекламировали себя' неумело и топорно. В 1960 г. в ООН, желая подчеркнуть свою точку зрения, Никита Хрущев снял ботинок и принялся им размахивать. Михаил Горбачев, напротив - живое свидетельство того, что Советы научились вести себя по-другому. Он непринужденно держится на публике, и умело формулирует линию Кремля. Подобно новому 'первому лицу', советская пропаганда тоже стала утонченнее и искуснее. Недавний пример - глянцевая 56-страничная брошюра 'Звездные войны: иллюзии и опасности', переведенная на английский, французский, испанский и немецкий языки; в прошлом месяце она появилась в Вашингтоне и европейских столицах. Сегодня западных корреспондентов приглашают на официальные конференции, где на их вопросы отвечают учтивые сотрудники пресс-служб советских ведомств. В августе на брифинге в советском посольстве в Бонне гостеприимные хозяева потчевали журналистов не только риторическими 'деликатесами', но и бутербродами с икрой.

Кремлевская 'реклама нового типа' застала Вашингтон врасплох. 'Их публичные выступления стали более искусными, - признает глава пресс-службы Совета национальной безопасности Эдуард Джериджян (Edward Djerejian). - Если честно, они научились нам подражать'. Защищаясь, чиновники из рейгановской администрации настаивают: при всей внешней разумности его доводов, Горбачев просто играет в пропагандистские игры. Впрочем, один высокопоставленный сотрудник Белого дома признает: 'Горбачев подчеркивает свою прямоту, готовность откровенно обсуждать любые проблемы. Он производит впечатление человека, с которым можно иметь дело'.

В ответ на действия Москвы США развернули собственное пиаровское 'наступление' по всему миру. Рейгановская администрация, полная решимости покончить с пессимизмом и рефлексией поствьетнамского периода, изо всех сил старается улучшить имидж Америки, особенно в глазах стран Третьего мира и скептически настроенной европейской молодежи.

По 'огневой мощи' США по-прежнему уступают гигантской всемирной пропагандистской сети Кремля. По оценке ЦРУ, на пропаганду за рубежом Москва расходует более 3 миллиардов долларов в год - примерно вчетверо больше, чем США. Большая часть этих средств достается 'Московскому радио': оно вещает на 100 стран, на 81 одном языке, а общая продолжительность передач составляет невероятные 2167 часов в неделю.

В целом ряде случаев советская пропаганда подается в дипломатической упаковке. Всем известен термин 'мирное наступление'. С первых лет 'холодной войны' Советы периодически обращаются к Западу с призывами об ограничении вооружений, моратории на ядерные испытания и отказе от первого удара. По мнению официальных кругов США, эти кампании намеренно рассчитываются по времени и содержанию таким образом, чтобы Вашингтон не мог принять советские предложения, поскольку это обеспечило бы Москве военное превосходство. Однако они позволяют Советам представить американцев 'поджигателями войны' в глазах своей 'целевой аудитории'.

'В Европе, и особенно в ФРГ, уже размещено столько вооружений, что любые шаги по их сокращению выглядят привлекательно в глазах простых граждан', - замечает Петер Данилов (Peter Danylow) из Германской внешнеполитической ассоциации в Бонне. США лишь усугубляют дело, весьма неуклюжим образом отвергая горбачевские 'мирные гамбиты'. Как отмечалось в передовой статье либеральной западногерманской газеты Suddeutsche Zeitung, 'В ходе публично-дипломатической дуэли, неотделимой от контроля над вооружениями, как колбаса от хлеба, Горбачев, несомненно, выиграл очко'.

Другой излюбленный прием Кремля - эффектные рекламные акции за рубежом. В августе высокопоставленный советский чиновник прибыл в Манилу, чтобы вручить президенту Филиппин Фердинанду Маркосу (Ferdinand Marcos) медаль к юбилею Победы за 'мужество и героизм в борьбе с силами фашизма и милитаризма'. Маркос, недовольный тем, что Конгресс США незадолго перед этим проголосовал за сокращение военной помощи его режиму, в своей речи на церемонии награждения выступил с критикой в адрес США.

Впрочем, подобная грубая тактика порой бьет рикошетом по самой Москве. Два года назад, пытаясь подстегнуть противодействие размещению американских 'евроракет' в ФРГ, она недвусмысленно поддержала политического оппонента канцлера Гельмута Коля - социал-демократа Ганса-Йохена Фогеля (Hans-Jochen Vogel). Но у многих западных немцев это выбрало обратную реакцию - они сочли, что Советы пытаются повлиять на исход выборов в ФРГ. Коля переизбрали на новый срок, и размещение 'евроракет' состоялось.

Эта неудача помогла убедить Политбюро скорректировать и усовершенствовать тактику советской пропаганды. 'Они решили прекратить организованные 'марши мира', - отмечает профессор Гарвардского университета Ричард Пайпс (Richard Pipes), прежде работавший в Совете национальной безопасности. - От самых примитивных публичных маневров теперь отказались'.

Советские чиновники различных уровней, прежде чуравшиеся западных репортеров, теперь стали доступнее и ведут себя более открыто. Глава пресс-службы Министерства иностранных дел Владимир Ломейко стал регулярно проводить официальные брифинги для прессы, привлекающие сегодня больше корреспондентов, чем неофициальные информационные пресс-конференции в американском посольстве.

В своих заявлениях Советы традиционно прибегали к 'новоязу' в оруэлловском духе. Руководителей западных стран неизменно называли 'определенными империалистическими кругами', а их последователей - 'послушными лакеями'. Нынешние кремлевские пресс-атташе, однако, с легкостью усвоили западный политический жаргон, и вообще держатся непринужденнее, менее официально. Энергичный министр иностранных дел Эдуард Шеварднадзе, недавно сменивший на этом посту Андрея Громыко (заслужившего у западных журналистов прозвище 'угрюмый Гром') в прошлом месяце буквально обезоружил американскую делегацию во время технической дискуссии на переговорах по контролю над вооружениями в Хельсинки редкой для советского чиновника демонстрацией скромности. 'Ну, на самом деле я, конечно, не специалист в этих вопросах!', - как сообщается, воскликнул он, и начал в неформальной манере излагать позицию своего правительства. Грег Гурофф (Greg Guroff), эксперт по СССР из ЮСИА, полагает: 'Он - представитель целого нового поколения советских лидеров, которое отличает большая уверенность в себе при меньшей напыщенности'.

Кремлеведы, однако, предостерегают: несмотря на эту новую личину, большинство советских бюрократов - все те же косные аппаратчики. Пропаганда, рассчитанная на внутриполитическую аудиторию, остается столь же крикливой и параноидальной, как и раньше. Рейгана советская пресса порой ставит на одну доску с Гитлером. В Москве можно увидеть плакат, изображающий США в виде чудовища, забрасывающего Землю бомбами из космоса. За рубежом излюбленным пропагандистским приемом остается дезинформация: Кремль редко упускает возможность запустить какой-нибудь ложный слух. На прошлой неделе советские СМИ, выражая скорбь в связи с гибелью Саманты Смит (Samantha Smith), - девочки-американки, приехавшей в 1983 г. с миссией мира в Москву по приглашению Юрия Андропова - не преминули намекнуть, что катастрофа ее самолета не была случайностью. В дело идет любая ложь, даже самая невероятная: в октябре прошлого года информационное агентство ТАСС 'на голубом глазу' заявило, что Пентагон отравляет Амазонку. Для дискредитации США Советы регулярно используют и сфабрикованные документы. Так, в июле советская пресса опубликовала письмо, якобы написанное неким американским генералом и адресованное президенту Чили Аугусто Пиночету, с предложением направить чилийские войска для участия в боевых действиях в Сальвадоре.

В качестве контрмеры рейгановская администрация в 1985 г. увеличила бюджет ЮСИА на 85%, доведя его до 795 миллионов долларов, и 'дала добро' на шестилетнюю программу модернизации технического оборудования 'Голоса Америки' стоимостью в 1,3 миллиарда долларов: на сегодняшний оно крайне устарело - некоторые из передатчиков использовались еще нацистами во время Второй мировой войны. Для директора ЮСИА Вика борьба с советской пропагандой стала 'личным делом'. При этом он, правда, порой перегибает палку. Вскоре после того, как Вик возглавил Агентство в 1981 г., оно организовало всемирную трансляцию весьма экстравагантного телевизионного действа под названием 'Позвольте Польше остаться Польшей' (Let Poland Be Poland), где Фрэнк Синатра исполнил свою песню Ever Homeward на ломаном польском языке. Над этим 'шедевром' не издевался только ленивый. Впрочем, есть у Вика и свои успехи. Именно ЮСИА смонтировало аудиозапись - которая произвела столь сокрушительный эффект в ООН - переговоров советского пилота, хладнокровно сбившего корейский 'Боинг' в 1983 г. ('Цель уничтожена').

Вик умело использует спутниковое телевидение. Благодаря новой системе Worldnet ЮСИА способно обеспечить телемост с американскими чиновниками в вечерних новостях в любой стране мира. Когда Советы отказались участвовать в Олимпиаде 1984 г., с помощью этой системы 60 миллионов зрителей в Африке и Европе смотрели в прямом эфире, как глава оргкомитета Игр Питер Юберрот (Peter Ueberroth) и мэр Лос-Анджелеса Том Брэдли (Tom Bradley) опровергали заявления Москвы о недостаточных мерах безопасности во время Олимпиады и якобы имеющих место проявлениях расизма в городе. В апреле Worldnet начала трансляцию двухчасовой утренней информационно-развлекательной программы 'Америка сегодня' (America Today) с бойким ведущим. Сейчас ЮСИА подумывает о передаче афганским 'борцам за свободу' портативных видеокамер, чтобы они могли на месте снимать на пленку свидетельства о советской агрессии.

Вик особенно стремится 'достучаться' до западноевропейской молодежи: по мнению директора, ее охватили опасные 'нейтралистские' настроения, во многом потому, что это поколение уже не помнит План Маршалла, способствовавший восстановлению Европы после Второй мировой войны. 'Они не ощущают неразрывной связи с братьями по крови, борющимися против тоталитаризма', - расстраивается Вик.

Критики директора опасаются: из-за его действий 'Голос Америки' - как утверждается, объективный - рискует превратиться в рупор правого ура-патриотизма. Консультант ЮСИА Стэн Бернетт (Stan Burnett) парирует: 'Мы - ангажированная организация. Мы должны создавать благоприятную общественную атмосферу для политики США'. Вик сожалеет, что не может сделать большего: 'В открытом обществе вроде нашего мы не можем указывать прессе, какие темы освещать. В отличие от Советов, мы не можем сосредоточить все внимание на каком-то вопросе, и говорить о нем до бесконечности'.

Впрочем, у США есть одно оружие, с которым Советы тягаться не могут: американская массовая культура - настолько всепроникающая, что московские подростки готовы за бешеные деньги покупать джинсы на черном рынке, а телезрители всего мира 'подсели' на сериалы вроде 'Далласа' (Dallas) и 'Династии' (Dynasty). 'Радио Марти' - новый пропагандистский инструмент 'рейганавтов', предназначенный для Кубы - пользуется большой популярностью, но не из-за антикоммунистических передач, а потому, что оно передает поп-музыку и 'горячую' мыльную оперу 'Эсмеральда'.

Программы 'Московского радио', транслируемые передатчиками мощностью по 37500 киловатт, могут принимать миллиарды радиоприемников по всей планете, но это еще не гарантия, что все поголовно будут их слушать. Так, в Северном Йемене, где у власти стоит просоветский режим, лишь 14% радиослушателей настраивают свои приемники на советскую станцию; для сравнения - BBC и 'Голос Америки' слушает, соответственно, 47 и 26% аудитории. Более того, даже те, кто слушает московское Иновещание, не обязательно верят тому, что им внушают. В мире, включая и сам СССР, советскую пропаганду воспринимают с изрядной долей скептицизма. Некоторые советские граждане, посещая США, бывают просто ошеломлены, узнав, что у нас действительно есть безработные. Начитавшись в советской прессе о повальной безработице в Америке, они решили, что на самом деле она как раз практически отсутствует.

Полный контроль над средствами производства дает советскому государству большое преимущество в пропагандистской войне. Кремль способен с ювелирной точностью сформулировать, рассчитать по времени и отточить любое свое 'послание'. В США, напротив, мы часто наблюдаем настоящую какофонию - все кричат одновременно, все спорят друг с другом. Но в борьбе за мировое общественное мнение именно это разнообразие точек зрения и свобода инакомыслия превращается в главный 'плюс' Америки: ей верят.

В подготовке статьи участвовали Джон Коэн (John Kohan) (Бонн) и Алессандра Стэнли (Alessandra Stanley) (Вашингтон)

_____________________________________________________

Военная машина Москвы: все лучшее - армии ("Time", США)

Америка и русское будущее ("Foreign Affairs", США)

Насколько сильна Россия? ("Time", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.