В своей тотальной войне за право называться "кандидатом мира" демократы Хиллари Клинтон (Hillary Clinton) и Барак Обама (Barack Obama) предлагают больше полагаться на международные институты, видя в них альтернативу американскому унилатерализму и временным "коалициям желающих". Клинтон говорит о "предпочтительности принципа многосторонних отношений". Обама призывает американскую дипломатию более решительно действовать в Организации Объединенных Наций. Даже республиканец Джон Маккейн (John McCain) пусть и вяло, но ведет критику в этом направлении, призывая более внимательно относиться к "коллективной воле наших демократических союзников".

Принцип многосторонности в отношениях стал настоящей тихой гаванью для политиков, стремящихся укрыться от использования силы, которую им приходилось применять в годы правления Буша. Они намекают на то, что когда в следующий раз применение силы станет неизбежно, потери будут нести все вместе.

Но расплывчатые обещания коллективизма в международных действиях закрывают собой труднейшие проблемы, с которыми придется столкнуться следующему президенту. Хотя международные институты сегодня нужны как никогда, они редко бывали менее эффективны, чем в настоящее время. Совет Безопасности ООН, где Китай и Россия стали надежными защитниками угнетателей и безответственных режимов, не очень-то отличился при решении проблем Косово, Руанды, Дарфура и Бирмы. А международные усилия в области нераспространения вот-вот разобьются как стеклянный молоток о наковальню ядерных амбиций Ирана.

Легко критиковать нынешнюю администрацию - да и прошлые тоже - за отсутствие дипломатической магии, при помощи которой можно было бы каким-то чудом превратить Китай или Иран в добропорядочные и ответственные государства. Однако многие направления деятельности новой администрации будут, скорее всего, удивительно похожи на те, которые существуют сейчас. В вопросах геноцида и распространения оружия массового уничтожения Соединенные Штаты Америки обычно призывают мировое сообщество действовать более настойчиво и ответственно. Мировое сообщество обычно ведет важные дискуссии и старается избежать введения санкций и даже угроз применения силы. А распространители оружия массового уничтожения и проводящие политику геноцида режимы обычно понимают эту шутку.

Что может сделать следующий президент, чтобы международная реакция на преступления и угрозы стала более действенной?

Один из способов - совершенствование Организации Объединенных Наций. Соединенные Штаты могут ослабить влияние Китая и России, добившись расширения Совета Безопасности с включением в его состав Японии, Индии, Германии и Бразилии в качестве постоянных членов. Ведь в конечном итоге, нынешний его состав является поблекшей фотографией, отражающей глобальный расклад сил 40-х годов.

Но если поднять вопрос о членстве в Совбезе, то практически каждая страна с флагом и гимном начнет спрашивать: "А почему не я?" Расширение состава Совета Безопасности сделает его более громоздким, но не более ответственным. А параллельные попытки модернизировать Совет ООН по правам человека привели к неразберихе, когда этот совет в реформированном составе принял более десятка резолюций против Израиля и отказался выступить против притеснений, практикуемых Кубой и Белоруссией.

Есть и другой способ - заменить ООН на более дееспособную и сплоченную международную организацию, такую как НАТО. Но хотя НАТО помогает обеспечивать миротворческую операцию в Дарфуре, она вряд ли возьмет на себя более широкие международные обязательства.

Я наблюдал в Белом Доме за тем, как президент Буш просил лидеров НАТО прийти на помощь Дарфуру. Но его просьбу откровенно проигнорировали. Похоже, НАТО полностью занята ограниченными действиями в Афганистане и совершенно изнурила себя этой работой. Европейским военным крайне не хватает денежных средств для выполнения задач на дальних рубежах. Кроме того, многие европейцы готовы бесплатно пользоваться американской защитой, не внося при этом сколь-либо значительного вклада в обеспечение безопасности других.

Есть еще один способ - действовать в обход ООН. "Мы можем создать лигу демократий, - утверждает Маккейн, - чтобы вводить санкции и лишать иранцев многих вещей и льгот, которые они сегодня получают от демократических стран. Я думаю, совершенно ясно, что Совет Безопасности ООН не сможет действовать эффективно, если Россия и Китай будут по-прежнему так себя вести". По сути дела, Маккейн предлагает создать новый блок НАТО, который будет работать по-настоящему.

Но Россия и Китай вполне естественно будут смотреть на новый глобальный альянс из ста демократических государств (такова цель Маккейна) с открытой враждебностью. Кроме того, трудно себе представить, что такая робкая страна как Германия, а также многие тихоокеанские государства, живущие в огромной тени Китая, решатся обидеть Россию и Китай своим вступлением. Кроме того, демократии тоже могут вести себя трусливо и безответственно. Япония и Индия хотят получать из Бирмы природный газ, но практически ничего не делают в отношении бирманской тирании. А Южная Африка не проявляет особого героизма в отношении Зимбабве.

Так какие же реальные варианты действий будут у нового президента, если где-то начнется новый геноцид или появится новая угроза распространения оружия массового уничтожения? Наверное, коалиция желающих во главе с США. Таков парадокс американского влияния - и нам надо его устранить.

___________________________________________________________

Несмотря на Ирак, любовь Америки к войне по-прежнему крепка ("The Guardian", Великобритания)

Компенсируя утраченное Америкой влияние ("The Boston Globe", США)