Наравне с двумя классическими русскими вопросами - "кто виноват?" и "что делать?" существует и третий - "зачем Герасим утопил Муму?" Ответ на него знают только школьные учителя: лишь они перечитывают эту повесть во взрослом возрасте.

Я никогда не могла понять, с какого перепуга "Муму" заставляли изучать младших школьников. Разве что для того, чтобы дети ужаснулись гримасам крепостничества. Дети и ужасались, и рыдали, и жалели собачку, и проклинали не только барыню, но и Герасима, который сгубил безвинного спаниеля. А почему он это сделал - пятикласснику не понять. Проходят годы, а осадок, как говорится, остается: про такую вопиющую несправедливость позавчерашний школьник перечитывать не хочет, даже если он фанатеет от творчества Тургенева. И вопрос "за что?" превращается в риторический.

Но ответ на него существует: Герасим утопил Муму, чтобы отдать моральный долг благоволившей к нему барыне. Он собственными руками убил единственное существо, которое любил, - и стал свободным. Настолько свободным, что это осознала даже его хозяйка: собиралась за ним послать, да не послала. Поняла, что нет уже у нее власти над бывшим холопом. И вот вам четвертый русский вопрос: при чем здесь Муму?

Детям светит мало

Год назад, после того как был перемещен памятник Бронзовому солдату, одна моя знакомая сказала: "Все, больше я им ничего не должна". И тем самым выразила точку зрения - скажем так - некоторых слоев русскоязычного населения. В том числе и того слоя, который еще не так давно назывался межклассовой прослойкой, а после мучился комплексом исторической вины, когда слушал рассказы об оккупации Эстонии. Представители этого слоя, будучи рожденными здесь, сдавали экзамены на гражданство и разнообразные категории, воспитывали в себе лояльность к государству, пробивались сквозь тернии к звездам и наивно верили (как и их предки), что все перемелется, мука будет, а дети уж точно заживут хорошо.

Эти люди считали, что на них, никогда не бравших в руки оружия, не написавших в жизни ни одного доноса и родившихся уже в "советской Эстонии", как бы ложится тень вины их отцов. Хотя и отцы, и деды многих из них тоже были раскулачены, сосланы, "разоблачены", расстреляны. . . Но после апрельских событий это чувство вины исчезло - моральный долг отдан. Правда, свою "Муму" они погубили не сами: Тургеневу такой литературный ход - барыня, собственноручно топящая собачку, - и в страшном сне не снился.

Моя коллега задала вопрос, тоже риторический: почему ни за одного человека у нас не заступались так, как за памятник? Неужели символ важнее живой души? Попытаюсь ответить. Во-первых, люди, увы, эгоистичны, и когда обижают других, многие тихо радуются, что их это не коснулось: переживает сам обиженный, его близкие и несколько человек с обостренным чувством социальной справедливости. Но затея с переносом Бронзового солдата обидела очень многих одновременно. Второе - основные реки крови всегда проливались за символы: вспомним, хотя бы, крестовые походы. Третье - символ абсолютно беззащитен, он не может постоять за себя сам.

Глухонемая барыня

Есть и другая русская точка зрения по поводу "бронзовой ночи" - на нас лежит новая вина: как стыдно, разгромили город, хулиганы и т. д. Но есть и "эстонская" точка зрения, отличная от официальной.

Минувшей осенью я встретила свою старинную приятельницу-эстонку, которую не видела пару лет. Не успели мы поздороваться, как она вдруг заявила: "Прости меня, пожалуйста". Я (опять же как Муму, но уже из анекдота) удивилась: за что? "За памятник, - ответила она. - Я не хочу, чтобы ты думала, что все эстонцы такие". А я и не думаю. Я знаю, что и эстонцы, и русские, и, допустим, испанцы, бывают абсолютно разными и с национальностью это не связано никак. И всем нормальным людям это известно. И та женщина, которая говорила, что больше "им" ничего не должна, под местоимением "им" подразумевала не эстонцев, а эстонское государство.

И сейчас, когда на многочисленных форумах, круглых столах и семинарах многие сетуют на то, что эстонцы "русскоязычных" не слышат и с ними не говорят, сетующие тоже имеют в виду государство. Снова интересная аллюзия на Тургенева - барыня, утопившая Муму вместо Герасима, - глухонемая. Во всяком случае, в псевдообщении с приблизительно третью ее "крепостных" Герасимов.

Да, эстонцы - разные. Но государство у нас вот уже 17 лет одинаковое. Меняются правящие коалиции, премьеры, президенты. . . Убогого Герасима любит только оппозиция. Да и то не всякая, и ровно до тех пор, пока она таковой остается. Перестает быть оппозицией - так и норовит отнять какую-нибудь Муму. Образование на русском языке, к примеру. Или вид на жительство. Или историческую память. Или "право нации на самоопределение". По сути, всех русских собачек уже давно утопили, год назад оставалась одна-единственная и оттого особенно дорогая. Поэтому и реакция была столь бурной.

Герасим может уйти

Давайте забудем о психологии толпы. Давайте предположим, что в прошлом году на Тынисмяги не было провокаторов. Давайте условно согласимся, что киоски и магазины громили исключительно русские. Давайте опустим, что основная масса народа, пришедшая на место, откуда убрали памятник, просто выражала протест, а не хулиганила. В любом случае, раз так произошло - значит, у Герасима, извините, накопилось. И выплеснулось. И об этом стоит задуматься.

Я полагаю, что рано или поздно какое-нибудь правительство задумается. И поговорить захочет. Но вот только с кем? Потому что из русской точки зрения "Я больше им не должен" проистекает следующая русская позиция: я с "ними" теперь разговаривать не желаю. Законы соблюдаю, налоги плачу, памятник Таммсааре не пачкаю, но при этом знать ничего не знаю, нахожусь во внутренней эмиграции, а детей нацеливаю на эмиграцию реальную: все равно куда. А там, глядишь, тоже уеду (по Тургеневу - "он шел. . . с какой-то несокрушимой отвагой, с отчаянной и вместе радостной решимостью"). Государство с такой позицией не знакомо? Естественно, ведь в данном случае не разговаривают с ним. И не слышат его. Герасим - он и есть Герасим. Глухонемой, что с него взять?

К сожалению, многое происходящее у нас под маской восстановления исторической справедливости - не что иное, как элементарное сведение счетов. Месть. Но месть непродуктивна. Она способна разрушить все, а породить - только ответное желание мести. И круг этот порочен. Поэтому сводить счеты и доводить людей до отчаянья не нужно никогда. Зато нужно уметь прощать: это по-христиански. А для того, чтобы история не повторялась, нужно просто помнить. Я помню. А вы?

__________________

Казалось, выступать против огромной России силами крохотной Эстонии - безумие ("Молодежь Эстонии", Эстония)

Блеск и нищета нашей истории ("Delfi", Эстония)

Куда лезешь, русский дурак? ("Русский портал", Эстония)

Мати Элисте: "Это кажется, что эстонцы медлительны" ("Русский портал", Эстония)

Польша - пример или предупреждение Эстонии? ("Eesti Paevaleht", Эстония)