Комиссия подсчитывает ущерб, причиненный Латвии советским режимом. Сумму они пока не называют. Читатели 'Часа', откликнувшиеся на призыв газеты высказаться, кто кому должен, предложили свои варианты ответа на этот вопрос.

Александр Петрович: Насколько я вижу, основная масса людей не относится плохо к советскому периоду в Латвии. Но есть такие, кто никогда не любил работать, а сейчас почувствовали шанс получить денег.

Я в свое время много проехал по России и видел, что там жили хуже, чем здесь. В советское время сюда везли что получше. А что сделали в свободной Латвии? ВЭФ разрушили, 'вагонку' разрушили, 'Аврору', где работало 4,5 тысячи человек, закрыли, сахарную промышленность разрушили. Как это считать: во благо или как убытки? А сколько людей уехало в Ирландию, это как считать?

В 1950-е годы электрифицировали железную дорогу, провели электропоезд в Юрмалу, а до этого из Болдераи в Шкиротаву ходил паровоз-'петушок' - с одной ведущей колесной парой.

Елена: Мне 85 лет, и я хорошо помню 1940-й, 1941-й и последующие годы. Как люди не понимают, что уже к 1940 году страна была разделена на две части - бедных и богатых. И когда пришла советская власть, для многих это было освобождение.

У моего отца было 2,5 га пахотной земли и пятеро детей. Я была бы вечная батрачка, если бы не было переворота. Вилис Лацис ведь не был иностранцем, он писал о том, как здесь жилось.

Помню 'юрги' - это 23 апреля, день Юриса, когда вся Латгалия поднималась с мешочками за плечами и отправлялась в Курляндию, Земгале, Видземе на заработки. Я в 14 лет уже в Салдусе пасла большое стадо за сантимы. Была ужасная конкуренция: у нас в Латвии работали поляки, эстонцы, они продавали свою рабочую силу дешевле, чем латгальцы. Батрачка получала 30 латов, а работала по 15 часов - в 5 часов утра надо было доить и вечером, в одиннадцать.

Не оправдываю высылку, но вспоминаю, как сжигали в Белоруссии деревни, - в Латгалии было видно зарево.

Меня в 18 лет с постели подняли два айзсарга, винтовками в спину вытолкали из дома. Отец спросил, можно ли дать хлеба кусок на дорогу, и ему ответили, что не положено. Из Лудзы в телячьем вагоне меня привезли в Скривери, где определили в богатое хозяйство. Потом отправили в Германию вместе с другими латгальцами. Я была и в Саласпилсе, правда, только девять дней, спасибо, хозяин из Скривери меня выкупил.

Интересно, почему при предъявлении счета не учитывается то, что было построено за эти годы? В прошлом году мой зять, которому 62 года и 43 из них он, негражданин, проработал на благо Латвии, провез меня по волости, где в моей молодости колосились хлеба, но, кроме одуванчиков, я на полях ничего не увидела.

Лариса: На эту проблему надо смотреть глубже, ведь история не начинается с 1940 года. Красные латышские стрелки принесли горе России. Я хорошо изучила факты и сейчас учу сына истории, не переписанной политиками.

Илга: Я латышка, гражданка. Жила при Карлисе Улманисе, жила в советское время и теперь вот живу в буржуазной Латвии. Создание комиссии считаю преступным действием. Те деньги, которые им платят за работу, надо отдать советским солдатам, которые нас освободили. И не Россия должна Латвии, а Латвия - России. Только за то, что мы сегодня есть на этом свете.

Станислав: Пусть лучше комиссия посчитает, сколько ущерба нанесла народу теперешняя власть. Хозяйство разрушено, медицина разгромлена, пенсионеры еле существуют и даже таблеток не могут себе купить. А комиссия, которая получает зарплату, пусть лучше поедет в Латгалию и посмотрит, что стало с бывшими колхозами.

Сначала разграбили страну, теперь делят европейские фонды. Если пенсионеру прибавят к пенсии 10 латов, то себе тысячу добавляют. Кто придумал этот минимальный прожиточный минимум? Пусть сами поживут на 135 латов!

Лариса: Мы живем еще в домах, построенных Советским Союзом, ходим по улицам, которые построили в те времена. Мы с соседями, латышами, живем дружно в доме, которому уже 30 лет, и радуемся, что у нас есть крыша над головой. Потому что случись нам искать жилье при этой власти, то остались бы бомжами. Подсчет ущерба - это разжигание розни как раз когда только начали понемногу успокаиваться.

Игра в кошки-мышки

Тема вызвала бурное обсуждение на форуме 'Часа'.

Artorijs: Одного миллиарда за год оккупации маловато будет. Надо как минимум два. Тогда за 50 лет выйдет кругленькая сумма. Не понимаю, как кому-то может прийти в голову, что Россия может представить счет Латвии. На что это было бы похоже, если бы США представили счет Ираку за то, что после войны они вложили в его инфраструктуру миллионы долларов. Абсурд!

Nepilsonis: Ущерб нанесен кому? И компенсации будет получать кто?

Vincent: Очередная болтовня. Взяли бы да сказали хоть 50 миллиардов за каждый год. Все равно ведь ничего не получим, не пришлось бы дармоедов кормить, которые сами не знают, чем занимаются.

VK: А сколько стоит жизнь тамбовского крестьянина, убитого латышским красным стрелком?

Кармина: Я подам встречный иск в Комитет по правам человека, включая пункты: 1) все мои и моих родителей денежные вклады украло новое правительство и использовало в своих интересах; 2) потеряла работу... 4) доведение родителей до преждевременной смерти. Таких, как я, много. Так что, господа, считать так считать!

По-моему: По-моему, Латвия может сказать, что она не просила себя защищать, строить не нужные ей предприятия и т. д.

______________________

Игра в кошки-мышки с Россией ("Час", Латвия)

Кто портит воздух через уши? ("Telegraf", Латвия)