Небольшая страна, в которой темпы экономического роста всего год назад составляли 10 процентов, стоит сегодня перед серьезным кризисом. Экономисты уже открыто говорят о том, что эстонской экономике грозит рецессия

Последние данные об экономическом росте в Эстонии в первом квартале этого года шокировали экономистов. Рост ВВП в годовом исчислении составил всего 0,4 процента, что, по-видимому, является самым низким показателем во всем Европейском Союзе. Такого уровня не было со времени российского кризиса в конце 90-х годов. Это тем более шокирует, если учесть, что всего год назад экономический рост составлял 10 процентов! - Эстония входит в рецессию. Не вижу причин, по которым этого не должно было бы произойти, - говорит 'Газете' Марек Тийтс (Marek Tiits), глава экономического Института балтийских исследований в Тарту.

Слишком быстрый рост = проблемы

В Эстонии, впрочем, как и в Латвии и Литве, схема быстрого экономического развития была простой. В последние годы его разгонял внутренний спрос - быстрорастущее потребление, бум на рынке недвижимости. Свои расходы эстонцы охотно финансировали, пользуясь кредитами, предоставляемыми почти исключительно банками с шведским, финским и датским капиталом. - Эти банки особенно сильно конкурировали на рынке ипотечных кредитов, предлагали выгодную рассрочку, брали небольшую маржу, - объясняет Тийтс.

Большой внутренний спрос удовлетворялся быстрым ростом импорта, что, в свою очередь, вело к экономическому неравновесию в виде высокого отрицательного сальдо. Низкий уровень безработицы и недостаток рабочих рук вынуждали работодателей повышать зарплаты, а это вело к снижению рентабельности фирм и повышению ими цен. Свою роль сыграли и последние мировые тенденции - а именно, резкий рост цен на продовольствие и сырье. Так что ничего удивительного в том, что инфляция в Эстонии измеряется двузначными цифрами (в апреле она составила 11,4 процентов в годовом исчислении), а в Латвии она еще выше (17,5 процентов).

Однако экономический рост, превышающий возможности, не мог продолжаться вечно. Хруст в эстонской экономике раздался больше года назад. - Изменился подход банков к предоставлению кредитов, главным образом, в связи с глобальным финансовым кризисом, - говорит Тийтс. Неудивительно, что начало ослабевать и потребление, финансировавшееся в большой мере кредитами. Розничные продажи, которые в 2006 г. и начале 2007 г. росли примерно на 20 процентов в год, в марте этого года упали на 4 процента по сравнению с мартом 2007 г. Просел и рынок недвижимости. - На квартиры уже нет покупателей, многие из тех, что предназначены на продажу, стоят теперь пустые, - говорит Тийтс.

Хуже того, по мнению Микаэла Йоханссона (Mikael Johansson), экономиста шведского банка SEB, в Эстонии не видно особого роста экспорта, что естественно при ослаблении внутреннего спроса. Зато объем производства в Эстонии спал почти на 5 процентов в годовом исчислении. - Мы считали, что в этом году рост ВВП в Эстонии составит 3 процента. Теперь нам придется скорректировать прогнозы, - говорит 'Газете' Йоханссон. Единственным плюсом замедления роста является то, что это снизит инфляционное давление - в частности, благодаря тому, что, вероятно, повысится безработица и, в связи с этим, будет ограничен рост зарплат.

Эстонская валюта на привязи

Серьезной проблемой для Эстонии и остальных прибалтийских государств остается валютная система. В Литве, Латвии и Эстонии валюта жестко привязана к евро (латвийский лат может колебаться в пределах 1 процента относительно установленного курса, а обменные курсы литовского лита и эстонской кроны являются неизменными). Это означает, что эти страны, по сути, не могут вести собственную денежную политику, например, повышая процентную ставку, потому что на практике это определяет Европейский Центральный банк. - Эстонский центральный банк, по сути, не контролировал то, что происходит в Эстонии, - говорит Марек Тийтс. Чтобы бороться с инфляцией, прибалтийские страны должны пользоваться элементами фискальной политики, тем самым влияя на спрос и ограничивая инфляционное давление.

Проблема в том, что замедляющаяся эстонская экономика отставляет небольшое поле для маневра. За первые четыре месяца этого года бюджет получил менее 30 процентов доходов, запланированных на год. А целью в этом году было достижение профицита бюджета на уровне 3,6 млрд. крон, то есть 1,3 процентов ВВП. Теперь эстонскому правительству приходится урезать расходы (на 3,1 млрд. крон, то есть, более, чем на 300 млн. евро, чтобы бюджет остался сбалансированным.

Но этого может не хватить для того, чтобы сохранить баланс бюджета в дальнейшем. Эстония, славившаяся до сих пор очень низкими налогами (там, например, нулевой налог на реинвестированную прибыль корпораций), теперь, возможно, будет вынуждена их повышать. Эстонский министр финансов Ивари Падер (Ivari Padar) рассматривает возможность введения новых налогов - например, на продажу дорогих автомобилей и деятельность, ведущую к загрязнению окружающей среды.

Дала о себе знать и Россия

Кроме того, эстонская экономика почувствовала на себе последствия событий годичной давности, когда произошел эстонско-российский конфликт. Тогда эстонцы перенесли из центра Таллинна памятник советским солдатам. Как сообщило несколько недель назад агентство Associated Press, ссылаясь на доклад эстонского правительства, в результате бойкота этой страны российскими фирмами Эстония потеряла ок. 450 млн. евро, то есть, почти 3 процента ВВП. Порт под Таллином, в котором ранее перегружались тысячи тонн российского угля и топлива для европейских получателей, в прошлом году потерял около 13 процентов грузов. Вдобавок, Эстонию посетило меньше российских туристов - 41 тысяч россиян до конца прошлого года, то есть, на 18 процентов меньше, чем за предыдущий год.

__________________________________________

Страны Балтии прощаются со своим 'экономическом чудом' ("Le Monde", Франция)

Единство стран Балтии ("Postimees", Эстония)

Трудная задача для прибалтов ("The Economist", Великобритания)