В прошлом году финская компания Elcoteq, имеющая в Эстонии завод по сборке электронных компонентов, повысила зарплаты на 15 процентов, причем работать на таллиннское предприятие все равно приезжали венгры. А в этом году Elcoteq отправляет 300 из 2200 рабочих в вынужденный отпуск, так как из-за высоких зарплат издержки повысились настолько, что производить в Эстонии компоненты мобильных телефонов стало просто невыгодно.

Еще больше от 'инфляции зарплат' страдают отрасли, которые сами по себе находятся в упадке - например, текстильная. В Нарве, что на российской границе, на фабрике шведской компании Kremholm менее пяти лет назад работало 4500 людей, а уже в июле, после очередного сокращения, их останется всего 1100 - из-за повышения издержек производство готовых тканей все больше и больше уходит в Азию.

- В принципе, мы можем повышать производительность ежегодно на 10-15 процентов, - говорит генеральный менеджер фабрики Матти Хаарайоки (Matti Haarajoki). - Но если за этот же год зарплаты надо повысить на 20 процентов, то проблемы все равно будут, как ни крути.

Все это происходит в самое неподходящее для Эстонии время. Бум, последовавший в 2004 году за вступлением страны в Европейский Союз, уже позади, и теперь страны Балтии из самых быстрорастущих в ЕС становятся самыми 'медленными'. В Эстонии объем валового внутреннего продукта за первые три месяца этого года сократился по сравнению с первым кварталом прошлого года на 1,9 процента; в Литве рост в годовом исчислении замедлился до 6,9 процента; в Латвии темп роста по сравнению с прошлым годом упал более чем в два раза - до 3,6 процента.

В последние годы рост в этих странах стабильно превышал десять процентов, что привело к быстрому повышению зарплат, а также к инфляции и росту цен на недвижимость. И сегодня экономический рост замедляется столь резко потому, что из-за инфляции падает внутренний спрос, а цены на недвижимость падают, в связи с чем уменьшается и уверенность потребителей. Сочетание этих факторов ввергает сектор недвижимости в кризис. Все больше экономистов предсказывают рецессию как минимум в Эстонии и Латвии, и споры идут разве что на тему, сколь долго она продлится и насколько жесткой окажется эта посадка.

Через некоторое время жесткая рецессия и крах рынка недвижимости приведут к девальвации местных валют, обменные курсы которых сегодня жестко фиксируются. Однако даже временный спад окажется для этих стран очень болезненным: в самой богатой из стран Балтии, Эстонии, ВВП на душу населения на треть не дотягивает до среднего уровня по ЕС, а в сельских областях народ до сих пор живет в бедности. Кроме того, экономические трудности уже сегодня ложатся тяжким грузом на слабые коалиционные правительства прибалтийских стран, которым сложно договориться внутри себя о мерах по преодолению сложного периода.

С началом трудностей в экономике вскрылось немало серьезных проблем, оставшихся после того, как прибалтийский регион под всеобщие аплодисменты порвал с коммунизмом. Большая часть заемных денег, хлынувших в Прибалтику из скандинавских банков, оказалась не вложена в экспортные производства и НИОКР, а потрачена на покупку недвижимости и импортных потребительских товаров. В результате бума зарплаты в Эстонии быстро подтянулись до уровня Чехии и Венгрии - здесь нужно вспомнить еще и массовую миграцию в Западную Европу, - а производительность труда за ними не поспевала. И если сегодня зарплаты в Эстонии ниже германских в пять раз, то это отражает и соотношение в производительности труда.

Тем не менее, есть у этих экономических трудностей и оборотная сторона. Замедление роста, при котором экспорт останется, а импорт упадет, должно сократить тревожные цифры дефицита платежного баланса прибалтийских стран. Если инфляцию при этом удастся удержать под контролем, то во всех трех странах, скорее всего, будут созданы благоприятные условия для перехода на евро уже в начале следующего десятилетия.

А на микроуровне все больше компаний переходит на производство экспортно-ориентированных товаров более высоких переделов. На фабрике

Krenholm решили начать производство высококачественной одежды под собственной маркой, а Elcoteq переходит с производства компонентов мобильных телефонов на производство более сложной продукции - компонентов сетевого оборудования.

Производственники считают, что конец бума позволит им закрыть брешь, образовавшуюся между уровнем зарплат и производительности, что, в свою очередь, сделает период замедления роста как можно менее продолжительным.

- Воздух станет чище, и вообще все станет более нормально, - считает генеральный менеджер Elcoteq Хейкки Мяки (Heikki Maki). - Самым трудным у нас был прошлый год, когда мы не могли наращивать эффективность так же быстро, как зарплаты. В этом году мы сократим разницу.

_________________________________________________

Эстонский тигр потерял зубы ("Gazeta Wyborcza", Польша)

Тоомас Ильвес: 'Энергобезопасность Европы - это политический вызов' ("Le Figaro", Франция)

Используйте компьютеры для повышения конкурентоспособности ("Project Syndicate", США)