Генри Киссинджер, иронизируя по поводу отсутствия единой внешней политики, как-то сказал фразу, ставшую знаменитой: 'Европа? Какой у нее номер телефона?'. В случае России этот вопрос не возникает. Михаил Саакашвили выдал секрет. Когда недавно президента Грузии спросили о его контактах с Москвой, он чистосердечно ответил: 'Каждый раз, когда я звоню Дмитрию Медведеву, меня соединяют с Владимиром Путиным'. Недавний визит российского премьер-министра в Париж и его интервью Monde, служат тому подтверждением. Путин - настоящий глава Кремля, пусть его кабинет и находится в другом месте. Именно он определяет политический курс, и если он и упоминает о прерогативах президента, то лишь для того, чтобы продемонстрировать свою скромность и дать пару-тройку прочувствованных советов.

Таким образом, все свидетельствует о том, что свобода маневра Медведева тем более ограничена, что в момент его избрания ему приписывали самые добрые намерения, которые сделали бы его непохожим на своего наставника. Еще до передачи власти Путин соответствующим образом подготовил почву, внутри страны и за ее пределами, на случай если молодой президент захочет проявить самостоятельность.

Итак, ключевым словом является преемственность. Первые заграничные визиты Медведев совершил в Казахстан и Китай, дабы продемонстрировать, что Россия придает особую важность своим отношениям с этими двумя государствами-членами ШОС, организации, которую порой представляют альтернативным вариантом сотрудничеству с Западом.

Преемственность в отношениях с Ираном: в Париже Путин еще раз заявил, что Тегеран не стремится к созданию ядерной бомбы. Он уже говорил об этом в Москве во время визита Николя Саркози, который утверждал обратное. В интервью Monde глава российского правительства также подчеркнул, что Иран не нарушил международных законов. Он подвергся санкциям по той простой причине, что не предоставил во время МАГАТЭ все нужные документы.

По вопросу расширения НАТО и противоракетного щита позиция Путина осталась неизменной, несмотря на долгие переговоры с американцами и шаг назад, сделанный западными странами, которые на саммите альянса в Будапеште отказались повышать статус Украины и Грузии. Запад, в частности Франция и Германия, не захотели 'провоцировать Россию'. Реакция русских не заставила себя ждать. Они решили обратить эту уступку к своей выгоде и создали новые проблемы. Они поставили под сомнение принадлежность Крыма Украине и подняли вопрос о военно-морской базе в Севастополе.

В Грузии они укрепляют и так уже тесные связи с двумя сепаратистскими регионами - Абхазией и Южной Осетией. Они контролируют администрацию, раздают российские паспорта, дислоцируют там войска под видом 'миротворческих сил'. Недавно Москва объявила об отправке туда 300 'невооруженных' солдат для ремонта железной дороги, проложенной вдоль Черного моря. Таким образом, зимние Олимпийские игры, которые по решению Международного олимпийского комитета в 2014 году будут проходить в соседнем городе Сочи, служат предлогом для ползущей аннексии Абхазии. Отвлекающий фактор, более полезный, чем независимость.

Короче говоря, те, кто ожидал от России жеста в ответ на благоразумие Запада, ошиблись в расчетах. Напротив, Путин усмотрел в решении бухарестского саммита признак слабости и поспешил этим воспользоваться. Тут нет ничего нового, но это - повод для размышления.

________________________________

В византийских лабиринтах ("Los Angeles Times", США)

Премьер-министр Путин с 'президентским визитом' в Париже ("Le Figaro", Франция)

Россия: тоталитарный режим, рабски подчиненный царю, строящему новую фашистскую империю ("Daily Mail", Великобритания)