Данный материал публикуется в рамках акции 'Переводы читателей ИноСМИ.Ru'. Эту статью обнаружил и перевел наш читатель Perevodchik, за что мы ему крайне признательны

__________________________________________________

В последние годы можно наблюдать отрадную тенденцию к сенсибилизации российской общественности в отношении нападений скинхедов на иностранцев и роста других националистических тенденций в российском обществе. Несмотря на это, подход путинской администрации и контролируемых Кремлем СМИ к ксенофобским тенденциям оставался неоднозначным. Примитивная ксенофобия и насильственные действия все более решительно и публично порицались; в то же самое время продолжалось распространение других националистических, в особенности антиамериканских стереотипов центральными средствами массовой информации и политической публицистикой. Так, например, небезызвестный 'неоевразиец' Александра Дугина, который в девяностых годах откровенно пропагандировал фашизм, стал важным игроком в дискуссиях российских политических и интеллектуальных элит сегодня. Будет интересно наблюдать за тем, как российское руководство в ближайшие годы среагирует на множество вызовов, возникающих вследствие противоречий во внутренней и внешней политике РФ.

Новая сенсибилизация в отношении правого экстремизма?

В виду участившихся в последние годы в России случаев обвинений, нападений, избиений, убийств и других деяний, направленных против иностранцев, дискуссия о русском фашизме снова переживает подъем в российских СМИ. Схожие дебаты можно было наблюдать в середине 1990-х гг., когда конфронтация между ельцинской администрацией и 'непримиримой оппозицией', двухдневная гражданская война в Москве, подъем Владимира Жириновского, выступления неонацистских партий, первая чеченская война и другие события привели к возникновению понятия 'Веймарская Россия'. Несмотря на то, что эта конструкция в последнее время встречается реже, современные дебаты в средствах массовой информации также характеризуются повышенной тревожностью.

Можно только приветствовать тот факт, что российская общественность, годами игнорировавшая растущие правоэкстремистские тенденции в партийном ландшафте, интеллектуальной жизни и молодежной культуре, сегодня хотя бы до некоторой степени приняла их к сведению и начала обсуждать ответные меры. Даже известная своей благосклонностью к национализму российская юстиция под давлением общественного мнения (или же президентской администрации) начинает меняться и использует все чаще, по сравнению с практикой девяностых годов, параграфы российского Уголовного кодекса, карающие за разжигание межнациональной вражды. Равным образом внушают надежду острая реакция государственных органов на ксенофобский рекламный ролик блока 'Родина' во время предвыборной гонки в Мосгордуму 2005 года и множество мероприятий, предпринимаемых в ответ на многочисленные атаки скинхедов на иммигрантов и иностранных студентов. Более того, в официальных изложениях относящихся к этим вопросам, часто указывается на антифашистское наследие Советского Союза, и даются заверения о наличии особого иммунитета против фашизма у русской нации.

Двойственные реакции

Несмотря на такие воодушевляющие тенденции, отношение государственных СМИ к правоэкстремистским тенденциям остается в целом амбивалентным. В то время как откровенный антисемитизм и насильственный расизм подвергаются массивной критике и демонстративному осуждению, другие не менее ксенофобские образы мышления до сих пор присутствуют, а иногда усиливаются в комментариях мировых и внутриполитических событий околокремлевскими журналистами, публицистами и политтехнологами. Кроме классических антизападных, антибалтийских, антицыганских и антипольских высказываний это касается также и растущих украино- и кавказофобских - а в настоящий момент в особенности антигрузинских - стереотипов. Бесспорно, ведущее место среди называемых российскими СМИ 'врагов России' принадлежит Соединенным Штатам. Все более примитивный и интенсивный антиамериканизм транслируемый, например, в таких телепередачах как 'Однако' (Михаил Леонтьев), 'Реальная политика' (Глеб Павловский) или 'Постскриптум' (Алексей Пушков) создает манихейское мировоззрение, в котором США представляются ответственными за большую часть неудач и за неверное развитие современной российской, да и новейшей мировой истории вообще, а американское общество в нем трансформируется в негативное 'иное' русской цивилизации. При этом курьезным образом то государство, которое в недавней истории принесло России наибольшее несчастье, Германия, исключено из такого параноидного восприятия внешнего мира. Вместо этого, ФРГ сегодня, не в последнюю очередь, видимо, благодаря личному расположению Путина, преподносится российскими СМИ как коллективный друг россиян. (Многие немцы, узнав о такой чести, наверное, удивились бы).

К тому же следует заметить, что, несмотря на растущее официальное осуждение самых очевидных правоэкстремистских тенденций, представители дружественных по отношению к Путину националистических политических группировок, в первую очередь ЛДПР, остаются за пределами громких антинационалистических кампаний правительства. Это, несмотря на то, что многие высказывания Жириновского и его единомышленников способствуют разжиганию межнациональной ненависти не менее чем, например, упомянутый анти-иммигрантский ролик 'Родины'. Достаточно вспомнить пресловутую автобиографию Жириновского (1993 г.) 'Последний бросок на юг', где лидер ЛДПР винит 'южан' во всевозможных неудачах России. Более того, Путин в апреле 2006 г. наградил Жириновского - человека, который 9 сентября 1995 г. таскал за волосы женщину, депутата Евгению Тишковскую, по залу Государственной Думы перед включенными телекамерами - орденом 'За заслуги перед Отечеством' IV степени.

Заблуждения интеллигенции

Наряду с такого рода тенденциями в публичной политике, подобные противоречивые явления есть и в дискурсе государственной элиты, интеллектуальных кругов и в политической публицистике. С одной стороны, часть пропрезидентских чиновников и интеллектуалов форсирует интеграцию России в западные организации, такие как 'Большая восьмерка' или Всемирная торговая организация. С другой стороны, сегодняшние политико-экспертные дискуссии, как и интеллектуальная жизнь в целом, характеризуются распространенным антизападным, часто обозначаемым как 'евразийский', консенсусом, основным содержанием которого является идея о том, что Россия 'отличается' от США и существует как 'противовес' Соединенным Штатам.

Российский книжный рынок переживает наплыв политических пасквилей. Для них характерны патологический антиамериканизм, бредовая конспирология, апокалипсические картины будущего мира и фантастические утверждения о грядущем новом рождении русской нации или же 'евразийской' цивилизации. Среди более или менее читаемых авторов подобных шедевров - наряду со многими другими - Игорь Шафаревич, Сергей Кургинян, Олег Платонов, Максим Калашников (он же Владимир Кучеренко) и Сергей Кара-Мурза.

Один из наиболее известных публицистов такого рода - доктор политических наук Александр Дугин (1962 года рождения) - основатель, идеолог и председатель Международного 'Евразийского Движения'. Высший Совет движения украшен членством таких политических фигур, как бывший министр культуры Александр Соколов, вице-спикер Совета Федерации Александр Торшин, рядом других высокопоставленных политиков, чиновников и дипломатов РФ, а также некоторыми маргинальными западными интеллектуалами и представителями СНГ. На растущий авторитет Дугина следует обратить внимание также и в связи с тем, что ведущий 'неоевразиец' России может считаться не только самым влиятельным, но и, пожалуй, самым беззастенчивым среди своих ультранационалистических коллег-публицистов. В то время как такие авторы, как Кургинян или Кара-Мурза ограничиваются в своих трактатах в основном реанимацией классического русского антизападничества и только скрытым использованием западных идей, Дугин открыто признается в том, что основные источники его идеологии - нерусские антидемократические концепции. Дугинские источники включают и европейский интегральный 'традиционализм' (Рене Генон, Юлиус Эвола, Клаудио Мутти и др.), и западную геополитику (Альфред Мэхэн, Сэр Хэлфорд Маккиндер, Карл Хаусхофер и др.), и межвоенную немецкую 'консервативную революцию' (Карл Шмитт, Эрнст Юнгер, Артур Меллер ван ден Брук и др.), и сегодняшних франкоязычных 'Новых правых' (Алан де Бенуа, Роберт Стойкерс).

Более того, в девяностые годы Дугин неоднократно намекал на свои симпатии к центральным идеям и институтам итальянского фашизма и немецкого нацизма, особенно к 'Ваффен СС' и исследовательскому центру 'Аненербе' ('Наследие предков'). В своей книге 'Консервативная революция' (М.: Арктогея 1994. С. 14) он характеризовал германский национал-социализм как наиболее полное воплощение предпочитаемого им 'Третьего пути'. В главе 'Фашизм - безграничный и красный' интернет-версии его книги 'Тамплиеры Пролетариата' (М.: Арктогея 1997) он выразил надежду, что после непоследовательного внедрения изначально правильных идей в фашистской Италии, 'Третьем Рейхе' и других странах с националистическими режимами в постсоветской России возникнет наконец-то настоящий 'фашистский фашизм'. В многочисленных конспирологических публикациях Дугина мировая история представлена как продолжающаяся столетиями иногда тайная, иногда откровенная конфронтация между иерархически организованными 'евразийскими' континентальными державами, с одной стороны, и либеральными 'атлантическими' морскими державами, с другой. Это противостояние разыгрывается теперь между Россией и США, как главными представителями обеих антагонистических цивилизаций, и приближается к своему 'Endkampf' (последней битве) - слово, которое Дугин употребляет на немецком языке, без перевода на русский, и которое играло важную роль в нацистской пропаганде в Германии сороковых годов XX столетия.

Подобные профашистские высказывания должны были бы привести к тому, что Дугин и другие правоэкстремистские публицисты, высказывающиеся аналогично, также осуждались бы российскими СМИ, как это происходило с неонацистскими партиями типа 'Русского Национального Единства' (РНЕ) и скинхедовскими группировками. Но на сегодняшний момент этого не произошло. Наоборот, Дугин, как и ему подобные публицисты, такие как главный редактор важнейшего ультранационалистического еженедельника России 'Завтра', Александр Проханов, все чаще приглашаются в качестве уважаемых комментаторов в такие политические передачи, как 'Времена' (Владимир Познер), 'Тем временем' (Александр Архангельский), 'Воскресный вечер' или 'К барьеру' (Владимир Соловьев), а иногда даже появляются в популярных ток-шоу, например, в 'Пусть говорят' (Андрей Малахов).

Постсоветское понимание фашизма

То, что до сих пор упомянутые курьезные аспекты интеллектуальной биографии Дугина игнорировались контролируемыми Кремлем средствами массовой информации связано, видимо, не только с тем, что Дугин в последнее время профилирует себя как 'радикальный центрист' и фанатичный приверженец Путина и смог добиться симпатий видных представителей российской законодательной и исполнительной власти. Дугину удалось также избежать публичных обвинений в фашизме, благодаря адаптации своих последних высказываний и официального имиджа к искаженному, унаследованному от советской пропаганды пониманию слова 'фашизм'. В постсоветском дискурсе возникшее в Италии понятие 'фашизм' на практике часто уравнивается с немецким нацизмом и с его внешней символикой, такой как свастика и гитлеровское вскидывании руки в приветствии. Частично, пропагандистское использование понятия 'фашизм' в России зашло так далеко, что оно иногда просто применяется к считающимся 'анти-русскими' идеям и, таким образом, неожиданно превращается в риторический инструмент ксенофобских кампаний русских ультранационалистов.

Пример Дугина иллюстрирует, что вследствие такого узкого понимания слова 'фашизм', достаточно словесного дистанцирования от наихудших аспектов Третьего Рейха и избегания открытого копирования нацистской символики, чтобы избежать публичной стигматизации в качестве 'фашиста'. Этим, по крайней мере, можно было бы объяснить, почему, с одной стороны, откровенно неонацистские группировки - такие как РНЕ Александра Баркашова (с которым Дугин однажды кооперировался) и банды скинхедов официально преследуются властью, а, с другой стороны не менее радикальных на словах ультранационалистических публицистов терпят, и они могут безбоязненно участвовать в официальных дебатах в контролируемых государством СМИ. В некоторых случаях этим активистам даже приписываются определенные роли в различных проектах кремлевских политтехнологов.

1984 - дежавю

Еще один фактор в пользу Дугина & Co. - это возвращение российского руководства к квази-оруэлловским формам официального политического дискурса. Находясь под прямым или опосредованным управлением правительства сегодня, одна масс-медийная кампания плавно переходит в другую. Будь то российско-китайская встреча на высшем уровне, выступление российских спортсменов на Олимпиаде, 'оранжевая революция' или кассовый успех российского фильма жанра фэнтези за рубежом - любые международные события раздуваются в коллективно завоеванные триумфы или же совместно переживаемые поражения русской нации вместе с ее верным руководством.

Результирующая симплификация и эмоционализация общественных дебатов, которые иногда заканчиваются курьезными соревнованиями в крикливости между участниками политических теледискуссий, мешают серьезному журналистскому и научному анализу. Политические комментарии в СМИ фиксируются на 'здесь и сейчас', что в случае с Дугиным, видимо, способствовало тому, что его вообще-то известные профашистские выступления девяностых годов 'забыли'. Бесконечно повторяющиеся поношения Запада в комментариях к мировым событиям и пропаганда 'особого пути' (идея, которая немцам старшего поколения покажется знакомой) России, постепенно расширяют пространство для радикальных лозунгов и решений, что также усиливает общественную позицию Дугина и аналогично ориентированных теоретиков антиамериканизма.

Перспективы на будущее

Приведет ли недавно обретенная российская сенсибилизация против националистических тенденций к последующему возвращению к традициям толерантности и открытости в российской политической и общественной мысли? Или эта пока неокрепшая тенденция останется лишь кратким эпизодом в изменчивых медийных кампаниях путинской команды?

Сейчас можно наблюдать два встречных движения - идеологическое и прагматическое, столкновение которых придает официальным дебатам в России опять некую остроту после нескольких лет относительной скуки в СМИ. Налаженная президентской администрацией последних лет дуалистическая картина мира - с одной стороны: наивно-хорошие, борющиеся за свою 'независимость' русские, а, с другой: коварно-бездушный западный 'империализм' - выполняет важную легитимизационную функцию для 'твердого курса' руководства 'возрождающейся' России. Однако официально одобренная мания преследования открывает дверь для более радикальных выводов и действий. Поскольку американская модель общества представлена как противоположность русской цивилизации, не стоит удивляться, когда молодежные формирования своими способами пытаются предотвратить 'американизацию' российского общества. Связанный с последующими эксцессами вред международному имиджу русских, в свою очередь, несовместим с таким же сильным стремлением Кремля представить Россию уважаемым партнером западных государств и частью 'цивилизованного мира'. К тому же, в российском правительстве, видимо, серьезно рассматривается возможность противопоставить стремительно прогрессирующему уменьшению населения РФ широкомасштабную иммиграцию, что может послужить еще одним воспламенителем межнациональной вражды. Также можно указать на то, что фанатичный антиамериканизм и демонстративно проиранская позиция Дугина & Co. противоречит пониманию актуальных проблем безопасности РФ в Кремле и Белом доме и их стараниям сделать Россию ведущим членом в составе международной коалиции против исламистского терроризма (что, в свою очередь, важно для оправдания 'решительных мер' для федеральных войск в Чечне). Эти и другие противоречия придают дополнительную остроту вопросу о направлениях и последствиях - по крайней мере, частичной - смены власти, происшедшей в прошлом месяце.

___________________________________________________

Автор перевода читатель ИноСМИ.Ru - Perevodchik

Примечание: редакция ИноСМИ.Ru не несет ответственности за качество переводов наших уважаемых читателей

___________________________________________________

Россия для расистов ("Project Syndicate", США)

Постсоветский национализм и будущее России ("Global Politician", США)

Национализм и Россия ("Washington ProFile", США)

Рост фашистских тенденций в путинской России внушает тревогу ("New Statesman", Великобритания)

Кремль старается не замечать расизма ("The International Herald Tribune", США)

Русский расизм и его коммандос ("Le Monde", Франция)