June 26, 2008; Page A15

Вскоре Северная Корея сделает заявление с перечислением своих ядерных программ, объектов и материалов. Это важный - пусть и первый - шаг, и мы потребуем, чтобы у нас была возможность проверить, насколько эти сведения полны и точны.

Сосредоточиваясь на нашей дипломатической тактике, необходимо одновременно держать в уме два соображения общего характера. Во-первых, с помощью формата шестисторонних переговоров мы получаем больше информации о деятельности Пхеньяна в ядерной сфере, чем при любом ином варианте. И, во-вторых, именно такая политическая линия дает наилучшие шансы на достижение нашей стратегической цели - гарантированной, поддающейся проверке, ликвидации северокорейских ядерных вооружений и программ.

Сегодня Северная Корея стоит перед четким выбором относительно собственного будущего. Если она выберет конфронтацию, - нарушения международного права, создание ядерного оружия, угрозы странам региона - ей не избежать серьезных последствий в отношениях не только с Соединенными Штатами, но также с Японией, Южной Кореей, Китаем и Россией, как это уже произошло в 2006 г., когда она испытала ядерное устройство.

Если, однако, Северная Корея сделает выбор в пользу сотрудничества - выполнив свое обещание 'полностью отказаться от ядерного оружия и существующих ядерных программ', содержащееся в Совместном заявлении от сентября 2005 г. - перед ней будет открыт путь к улучшению и упрочению отношений с международным сообществом (к чему, по словам Пхеньяна, он стремится). Это относится и к отношениям с США. У нас нет постоянных врагов.

Любые усилия по обеспечению безъядерного статуса Корейского полуострова должны осуществляться с учетом того, что северокорейский режим - один из самых скрытных и непрозрачных на планете. Наши разведданные о происходящем в стране никак нельзя назвать полными. Несмотря на эти неизбежные оговорки, стоит подумать и о том, чего мы уже достигли и узнали за счет механизма шестисторонних переговоров, и сколько еще возможностей открывается перед нами.

Сегодня Северная Корея демонтирует свой объект по производству плутония в Йонбене - не замораживает его деятельность, как прежде, а демонтирует с целью полной ликвидации. Американские инспекторы отслеживают этот процесс на месте.

В своем заявлении Северная Корея укажет, каким количеством плутония она располагает. Мы не будем принимать эти сведения на веру. Мы будем настаивать на их подтверждении. Северная Корея уже передала почти 19000 страниц производственной документации о работе реактора в Йонбене и связанных с ним объектов. Вместе с дополнительной информацией, которую мы рассчитываем получить - за счет доступа к другим документам, соответствующим объектам, их ключевому персоналу и самому реактору - эти данные позволят проверить, насколько точным и полным является заявление Пхеньяна. До сих пор, в течение многих десятилетий, программа по производству плутония представляла собой самый масштабный проект Северной Кореи в ядерной сфере, и мы убеждены, что наша политика позволит гарантированно прекратить подобную деятельность пхеньянского режима.

Поставить заслон северокорейской программе по обогащению урана будет сложнее, поскольку у нас просто нет полных сведений о ее масштабе и уже достигнутых результатах. Тем не менее, благодаря нашей нынешней политике мы знаем о деятельности по обогащению урана в Северной Корее больше, чем прежде, и получаем все новые данные - в том числе весьма тревожные. Северная Корея признает нашу озабоченность ее программой по обогащению урана, и мы будем настаивать на полном прояснении этого вопроса.

Аналогичным образом, нам известно, что Северная Корея передавала ядерные технологии Сирии, однако мы не знаем, ограничивается ли дело только этим. И наиболее эффективный способ получения информации о распространении ядерных технологий северокорейцами и пресечения подобной деятельности - опять же действовать в сотрудничестве с Японией, Южной Кореей, Китаем и России, а не пытаться устранить эту угрозу в одностороннем порядке.

А теперь посмотрим, на какие уступки мы пошли в обмен на эти шаги Пхеньяна? Никакой существенной экономической помощи мы ему не оказываем. Никакого сотрудничества в сфере торговли и инвестиций не происходит. Мы не дали Северной Корее никаких гарантий безопасности и не нормализовали отношения с нею. Наконец, наши многочисленные санкции - двусторонние и многосторонние - в отношении этой страны остаются в силе.

Из-за своего обширного 'послужного списка' в плане незаконной деятельности Северная Корея по-прежнему изолирована от международной финансовой системы, несмотря на то, что вопрос с Banco Delta Asia решен, и деньги возвращены северокорейской стороне. Все, на что мы пошли до сих пор - это передача 134000 тонн топочного мазута, который нельзя использовать в качестве горючего для легковых и грузовых машин, танков и любых двигателей с высокими эксплуатационными характеристиками.

Когда Северная Корея сделает свое заявление, президент Буш отменит действие Закона о торговле с врагом (Trading with the Enemies Act) в отношении этой страны, и уведомит Конгресс, что в течение 45 дней исключит ее из списка государств, поддерживающих терроризм. Остальные санкции будут отменяться только после дальнейших действий Пхеньяна в том же направлении.

Сегодня Северная Корея соответствует установленным критериям для исключения из списка государств-спонсоров терроризма. Однако почти все экономические ограничения, которые будут отменены в рамках Закона о торговле с врагом, останутся в силе, поскольку подпадают под другие законодательные и подзаконные акты США. Мы, и четверо других участников шестистороннего процесса, будем исходить из того, что Северная Корея должна сотрудничать с нами в проверке точности и полноты ее заявления. Если такого сотрудничестве не будет, мы отреагируем соответственно.

Учитывая прошлые действия Пхеньяна, проверка имеет важнейшее значение, но и это не снимает вопроса: а вдруг Северной Корее все же удастся нас обмануть? Ответ прост: тогда мы призовем ее к ответу. Мы вновь введем в действие все отмененные практические санкции - и добавим к ним новые. А поскольку в этом случае Северная Корея нарушит договоренности не только с нами, но и со всеми своими соседями, последние тоже примут соответствующие меры.

Возможно, Северная Корея не желает отказываться от ядерного оружия и программ. Такая вероятность вполне реальна. Но установить, так ли это, можно только на практике, и наилучший способ - действовать в формате шестисторонних переговоров. Следует ли нам проявлять осторожность? Несомненно. Но в конечном счете можем ли мы сказать, что наша нынешняя линия лучше альтернативных вариантов? Да, можем. Мы убеждены, что шестисторонний формат дает наиболее благоприятные возможности, чтобы получить больше информации об угрозе, которая исходит от этого закрытого и непрозрачного режима, а в конечном итоге, действуя совместно с партнерами, ликвидировать северокорейские ядерные вооружения и программы.

Кондолиза Райс - государственный секретарь США

_________________________________________

Кондолиза Райс: Переосмысливая национальные интересы США: политический реализм в новых условиях ("Foreign Affairs", США)

Для США настало время спуститься с Олимпа ("ИноСМИ", Россия)