Через неделю в японском городе Тояко сильные мира сего - лидеры стран 'большой восьмерки' - усядутся за стол и начнут рассуждать о судьбах мира. Впрочем, я лично намерен в это время усесться на пляже на острове Искья и забыть о судьбах мира вообще. Но прежде, чем я на целое лето отвлекусь от составления статей для своей еженедельной колонки и засяду за написание своей книги, мне хотелось бы немного отвлечься и поразмыслить о мире, в котором мы живем. Не знаю, как вам, а лично мне он не нравится.

Французский историк Жак Бенвиль (Jacques Bainville) как-то заметил, что 'всегда все было плохо'. Сентенция, конечно, полезная, но лично мне текущие перспективы представляются более мрачными, чем, скажем, десять-двадцать лет назад. Пожалуй, кое-кто со мной не согласится: например, лидеры компартии в Пекине, или, скажем, наркодилеры в Афганистане и олигархи в Москве. Да, все зависит от того, где вы находитесь и чего хотите от жизни. Я лично хочу, чтобы мои дети жили в не менее свободном мире, чем тот, в котором жил и продолжаю жить я. Пусть они живут в свободной стране, и пусть как можно больше людей в разных странах живут как можно более свободно. Для этого необходим не только стандартный набор из гражданских и политических свобод в их традиционном понимании, но и некоторые элементарные условия личной, правовой и экономической безопасности, а также распределение жизненных шансов на основе образования и с соблюдением принципа равных возможностей. Кое-кто из представителей классической либеральной мысли считает, что даже очень бедные люди могут быть свободными. Я с этим не согласен.

Именно с этой точки зрения у нас все очень плохо. За последний год я все больше замечаю, как наша страна становится менее и менее свободной. Частично это объясняется угрозой со стороны такфиристов-джихадистов, частично - тем, что наше государство позволило себе чрезмерный авторитаризм перед лицом данной угрозы, но этим список причин не исчерпывается. Фактор экономической нестабильности играет свою роль, а в будущем нестабильность может лишь усугубиться.

В остальном мире такие чудовищные проблемы, как глобальное потепление, бедность, болезни и конфликты из-за энергоносителей, сырья и продовольствия уже толкают миллионы людей на страшные вещи. Все это усугубляется плохими правительствами. А воз и ныне там. Мировые политические процессы не приносят никакой пользы. Недавний пример Мьянмы и Зимбабве наглядно показал, что бывает, когда сильные соседи ставят вопрос государственного суверенитета и собственные политико-экономические интересы выше элементарных прав населения. Роберт Мугабе (Robert Mugabe) на саммите Африканского союза с важным видом расхаживает, только что не хлюпая кровью невинных жертв в ботинках, обнимается с другими президентами, а его пресс-служба предлагает Западу 'провалиться сквозь землю хоть тысячу раз'.

Самовластные режимы старого образца водят дружбу с мощными современными государствами, построенными на принципе авторитарного капитализма (Китай, Россия). Крупнейшим демократическим странам Востока настолько же нет дела до свободы в соседних странах, насколько европейским метрополиям когда-то было наплевать на проблему свободы в колониях. Индия повела себя в отношении Мьянмы так же беспомощно, как ЮАР - в отношении Зимбабве. А Иран тем временем неуклонно движется в направлении ядерного конфликта с Израилем; а перспективы мирного урегулирования между Израилем и Палестиной стали, похоже, еще более призрачными, чем лет десять назад; а миллионы молодых людей в арабском мире растут, не зная надежды, зная лишь гнев. Нужно ли продолжать?

В этом опасном мире Запад занял агрессивно-оборонительную позицию. Обе ее составляющие суть ошибочны. Назовем их 'крестоносной' и 'изоляторской' позициями. 'Крестоносную' политику уже избрал Буш в Ираке. Теперь мы скорее склонны к самоизоляции. Оборона, страх, протекционизм, напоенный пессимизмом совершенно в духе Освальда Шпенглера (Oswald Spengler). Путь этот ясно гласит: время развести подъемный мост у врат старой каменной крепости, в которую превратилась наша родина - Западная Цивилизация. Выгнать чужаков, избавиться от привозных товаров, не слушать их слова. Не пытаться повлиять на мировоззрение исламских государств, России, Китая. Они - другие, у них своя цивилизация, другие ценности, и они никогда не будут такими, как мы. Можно лишь надеяться на вооруженный нейтралитет по принципу 'мы к вам не лезем, но и вы держитесь от нас подальше'. Другими словами, принцип мультикультурализма торжествует во внешней политике, но во внутренней он - в загоне.

Я предлагаю иной путь, комбинированный - и более оптимистичный, дающий больше уверенности. Либеральный патриотизм во внутренней политике и либеральный интернационализм во внешней. Ведь одно другому отнюдь не мешает. Личная свобода индивидуума - нигде этот принцип не был реализован так полно, как в современных, либеральных, демократических национальных государствах. Таким образом, правы консерваторы, предлагающие укреплять национальные государства, а не ослаблять их. Не нужно поднимать мосты и запираться на замок; не нужно мешать иммиграции, нужно управлять ею. Однако приезжие должны становиться не просто жильцами, они должны становиться гражданами. Иммигрант, ставший таковым на законной основе, должен пользоваться теми же правами, иметь те же обязанности и получать те же жизненные шансы, что и любой потомок завоевателя-норманна или Этельреда Неразумного (король Англии, живший в 968 - 1016 гг., примерно, за век до норманнского завоевания - прим. пер.).

Живя в обществе, которое становится все более и более разнородным, уже нельзя надеяться на взаимопонимание без слов. Необходимо четко обозначить: в чем заключаются права и обязанности каждого индивидуума; каковы пределы минимальных свобод; какие вопросы решаются путем юридических споров, а какие остаются на личную совесть каждого. Об этом необходимо вести диалог, и вести его нужно открыто и на равных, с участием всех сторон, не допуская диктата ни в каком направлении - ни от элиты к массам, ни от большинства к меньшинству (эту проблему я затрону в своей книге, которую собираюсь писать летом).

Но, конечно, того, что мы будем делать внутри своих границ, никогда не будет достаточно. Государства давно перестали быть теми самодостаточными замками, которыми они когда-то были. Таким образом, либеральный интернационализм во внешней политике - лишь естественное продолжение либерального патриотизма в политике внутренней. Либеральный интернационализм не означает, что мы будем вламываться в дома соседей и под дулом пистолета объяснять местным жильцам, что для них будет благом, а что злом. Речь идет о выработке стандартных норм и правил, которым подчинялись бы все или почти все государства; желательно, чтобы они были явно кодифицированы в международно-правовых документах и чтобы их соблюдение обеспечивалось международными организациями. Подразумевается (и ставится в основу всего) то, что каждый человек на планете, вне зависимости от того, к какой 'культуре' он принадлежит, в каких условиях живет и кто им управляет, наделен определенными элементарными и неотъемлемыми правами. Целью является поддержка равновесия между универсальным и индивидуальным началами. На этих основах будут строиться мирные отношения между государствами.

Кто-то скажет, что все это - лишь очередное проявление неоколониалистской идеологии, прикрытое личиной общечеловеческих ценностей. На это мы, либералы-интернационалисты, имеем возразить следующее. Во-первых, сама жизнь показывает, что у всех человеческих сообществ на самом деле есть много общего. Во-вторых, такие ценности, как свобода, терпимость, взаимность, а также ответственность власти, утверждаются во многих якобы чуждых нам литературных и философских традициях (вспомните Индию при Акбаре; перечитайте 'Беседы и суждения' Конфуция или Мединскую конституцию). В-третьих, пусть все эти ценности и не были институционализированы в такой степени, в какой это было сделано в современных странах Запада, определенная институционализация все же произошла, подчас самыми неожиданными способами. В-четвертых, даже если где-то об этих ценностях в официальном порядке не заходило и речи, все равно людям они нравятся. Короче говоря, не нужно пугаться того, что Иммануил Валлерстайн (Immanuel Wallerstein) называет попыткой силами всего человечества создать глобальные универсальные ценности.

Итак, и в своей стране, и за рубежом нам нужны законы - а не диктатура. Особенно важным данный тезис представляется мне в контексте ситуации в демократических странах Востока, а также в контексте положения свободно мыслящих граждан в несвободных странах. Всемирная паутина интернета - прекрасный ресурс, отлично подходящий для решения этой проблемы, но мы только сейчас начинаем догадываться о способах его применения. Итак, с нетерпением жду конца августа, когда Барак Обама (Barack Obama) произнесет речь на съезде Демократической партии США в Денвере - а мы с вами сможем продолжить начатый сегодня разговор.

____________________________________________

Время 'твердой руки' ("Newsweek", США)

Переосмысливая национальные интересы США: политический реализм в новых условиях ("Foreign Affairs", США)

Бесполярный мир ("Foreign Affairs", США)

Подъем остальных ("Newsweek", США)