69-летний исследователь и популяризатор истории Польши, автор книг 'Божьи игры: история Польши', 'Восстание '44' и 'Белый орел - красная звезда' обращает внимание на фиаско европейской концепции многоязычности.

'Двадцать лет назад Сообщество пропагандировало французский, сегодня он маргинализован', - говорит он. Кроме того, Дэвис признает, что идет процесс 'дебританизации английского' - сегодня миром правит Basic English, упрощенный, международный английский, который для коренного британца и американца - язык отчасти иностранный. 'Я его часто не понимаю, но мой сын переходит на него моментально', - рассказывает он.

Интервью с Дэвисом DZIENNIK публикует в рамках своей акции, цель которой - ввести обязательное обучение английскому всех польских учеников и потребовать от правительства плана действий, которые в максимально сжатые сроки радикально увеличат англоязычность поляков. Ранее газета аргументировала, что знание английского повышает эффективность экономики, а для страны, лежащей в самом сердце Европы, также является условием цивилизационного развития.

Беседа с Норманом Дэвисом:

Анна Маслонь: Насколько англоязычность может изменить поляков?

Норман Дэвис: Язык - это ключ к миру других. Тот, кто говорит только на родном языке, замкнут в своем мирке. Это относится ко всем народам. Конечно, поляки - как и любой человек - хотели бы, чтобы именно их язык и культура были широко известны в мире. Но в сегодняшнем мире без контакта с другими языками и культурами язык и культура отдельных стран ослабевают.

А вы не боитесь, что английский с легкостью вытеснит другие языки и культуры?

- Этот аргумент легко опровергнуть. Я хорошо помню, что сорок лет назад, когда я поехал в Париж, широко обсуждалась книга о том, что всеобщее знание английского портит французский. Неужели сегодня, спустя сорок лет, французский стал менее красивым, чем тогда? Конечно, нет. Язык и культура Франции процветают. Ведь языки оживают в контакте с другими языками, перерабатывают слова, изменяют грамматику. Английский язык влияет на другие, в том числе, польский, но польскому это будет только на пользу. Для того, чтобы быть современным, польский язык должен контактировать с внешним миром.

Вы очень ловко переходите с одного языка на другой. Судя по статистике, у большинства британцев и поляков с этим были бы проблемы. Но речь не об британцах. По имеющимся данным, по-английски говорит всего около 30 процентов поляков.

- Очень жаль, потому что в настоящее время у английского нет конкурентов. Это lingua franca современного мира.

Британцам проще. Для вас это родной язык. Вы имеете пропуск в мир с самого рождения.

- И да и нет. Хотя бы потому, что существуют разные английские языки - помимо британского варианта английского мы имеем дело с английским как универсальным языком международной коммуникации. Он немного отличается от британской, американской и австралийской версии английского. Это английский, который мне, коренному британцу, порой трудно понять, но мой сын без проблем пользуется им, когда беседует со знакомыми из Китая или какой-либо другой части мира. Это такой субанглийский, пиджин с несколько упрощенными синтаксисом и лексикой, который возник на основе английского параллельно с его распространением как иностранного языка.

Доказательство того, что английский перестал быть собственностью англичан, американцев или австралийцев?

- Доказательство того, что в мире не нужен совершенный английский. Необходимы основы языка, которые позволяют общаться со всем миром. Сегодня знание английского на таком уровне - это просто необходимость.

Есть такой европейский аргумент против английского. Это называется 'развитие многоязычности'. В Европейском Союзе им пользуются очень часто.

- Ну, двадцать лет назад Сообщество пыталось сохранить за французским равные права с английским. Не удалось. С тех пор, как в ЕС вступили скандинавы, которые великолепно говорят по-английски, французский язык был маргинализован. При этом я признаю - ведь это очевидно - что Европа является многоязычным континентом, и для того, чтобы нормально функционировать, нужно знать иностранные языки, но английский язык прежде всего. Это имеет ключевое значение и для будущего Польши, чтобы не только ее граждане, но и Польша, как единое целое, могли функционировать на европейской арене.

Как обстоит дело с англоязычностью и ее влиянием на благосостояние европейских обществ? Все статистические данные показывают, что богаче всех те, кто больше всех говорит по-английски.

- Это естественная взаимосвязь между англоязычностью, образованием и благосостоянием. Здесь отличным примером служит Швеция. Это очень высокоразвитая страна, где используются новейшие технологии, а английский - язык преподавания на многих университетских факультетах.

Книги по многим отраслям не переводятся на шведский. То же самое в Дании, Норвегии или Голландии.

- Кое-что я об этом знаю. Читая лекции в Стокгольме, я хотел поговорить о переводе своей книги. Оказалось, что шведские историки свободно владеют английским, и все, кого моя книга могла бы заинтересовать, тоже говорят по-английски. Делать шведское издание было бы просто бессмысленно.

Как вы смотрите на взаимосвязь между нынешней волной эмиграции и британизацией поляков? Сегодня у английского в Польше гораздо более сильные позиции, чем в 2004 г., когда мы вступали в Европейский Союз. Поляки быстро убедились в его необходимости, правда?

- Я отвечу так: несколько дней назад мы с женой были в одном хорошем ресторане. Там мы встретили молодую польку из Ченстоховы. Конечно, она прекрасно говорила по-английски. Эта девушка вернется в Польшу, и у нее будут совершенно другие возможности. Потому что она будет гораздо больше знать о мире. Это было бы невозможно, если бы не ее знание языка. Этот миллион эмигрировавших поляков в большей или меньшей степени овладевает английским и, возвращаясь, они смотрят на мир совершенно иначе. Это большой плюс.

Вы считаете, что таким образом Польша открывается миру?

- Да, и меня огорчает, что некоторые этого, возможно, не хотят.

Иммигранты легко осознают, что знание английского означает для них лучшую работу, но в стране над языком нужно работать в школе. Многие поляки, восполняя недостаточное знание языка, учили английский уже в зрелом возрасте.

- То, что языком нужно овладевать как можно раньше, - это факт. Я сам прекрасно помню, как трудно мне было учить японский, несмотря на то, что для меня это был уже не первый иностранный язык. Когда мне было сорок лет, я поехал на год в Японию, и мне казалось, что этого будет вполне достаточно. Но, видимо, я был слишком стар, мне было трудно запоминать слова - все казались одинаковыми. Позже я мог прочесть часовую лекцию о японском языке, но говорить на нем не умел. Что ж, я живое доказательство того, что иностранные языки нужно учить с младых ногтей.

____________________________________________

Норманн Дэвис: Польша становится смешной страной ("Gazeta Wyborcza", Польша)

'Это был дикий страна, Польша . . .' ("Gazeta Wyborcza", Польша)