Когда в понедельник по обвинению в геноциде был арестован бывший президент боснийских сербов, это событие стало важным моментом не только для укрепления авторитета Сербии в Европе, но и для международных усилий по привлечению к суду обвиняемых в совершении военных преступлений. Гаагский трибунал ООН по военным преступлениям еще 13 лет назад выдвинул обвинение против Радована Караджича (Radovan Karadzic). То, что все эти годы он оставался на свободе, проживая на Балканах, вызывало сомнения в готовности сербов отказаться от своего националистического прошлого, а также в значимости Гаагского трибунала ООН по военным преступлениям. Арестовав Караджича в пригороде Белграда, сербское правительство заслужило право на уважение и для себя, и для трибунала.

Караджич был арестован спустя всего две недели после прихода к власти в Белграде нового прозападного правительства. Безусловно, это никакое не совпадение. По данным пресс-службы правительства, полиция вышла на Караджича, когда охотилась за другим боснийским сербом, обвиняемым в военных преступлениях - командующим армией Ратко Младичем (Ratko Mladic). Самый высокопоставленный руководитель времен балканских войн, обвиненный в совершении военных преступлений - бывший президент Сербии Слободан Милошевич (Slobodan Milosevic) умер в 2006 году в Гааге во время суда над ним.

Арест Младича стал бы окончательным подтверждением решимости нового правительства поставить точку в мрачной главе истории Балкан 90-х годов. Но комиссар ЕС по вопросам расширения Олли Рен (Olli Rehn) уже заявил, что поимка Караджича облегчит Сербии вступление в Союз. Среди обвинений, выдвинутых против бывшего психиатра Караджича, ставшего затем политиком, организация геноцида, военные преступления и преступления против человечности. Трибунал обвиняет его в причастности к обстрелам и осаде Сараево, приведшим к гибели 10 с лишним тысяч человек, а также к массовым убийствам почти 8 тысяч мусульман в боснийском городе Сребреница.

Американский дипломат Ричард Холбрук (Richard Holbrooke), выполнявший посредническую миссию с целью проведения переговоров о прекращении войны в Боснии, говорит, что Караджич "больший последователь фашизма", чем Младич или Милошевич. "Караджич получал истинное удовольствие, отдавая приказы об уничтожении мусульман, - говорит Холбрук, - в то время как Милошевич был просто оппортунистом". Однако в первые годы после выдвижения обвинений против Караджича ни НАТО, ни балканские страны не предпринимали серьезных усилий к его поимке. Тем самым, действия трибунала выглядели как лишенные смысла пустые жесты. Теперь ему грозит суд и пожизненное заключение, а у других военных преступников появится больше оснований опасаться такого же исхода.

Надо отдать должное народу Сербии. Избранное им правительство признает, что главные и самые яркие надежды страны заключаются в принятии ценностей сегодняшней Европы - а не в этнических чистках и лагерях смерти 90-х.

________________________________________

Справедливость на Балканах ("The Wall Street Journal", США)

Экстрадиция Караджича в Гаагу - это не правосудие, это бартерная сделка ("The Guardian", Великобритания)