Comment is free...

Уверенность Китая в себе, подкрепленная проведением Олимпиады, стала предметом озабоченных дебатов в ЕС и США. Эти страны опасаются, что своекорыстные интересы возобладают над принципом многосторонних отношений.

На официальном языке это называется 'один мир, одна мечта'. Но по мере усиления волн патриотической гордости открывающаяся в августе Пекинская Олимпиада все больше начинает походить на транслируемое по всему миру, тщательно спланированное и хорошо организованное торжество идущей вперед и наращивающей свои мускулы китайской нации. Одна страна, одна команда.

Воспользоваться этим событием для демонстрации превращения Китая в доминирующую мировую державу - таким с самого начала был план игры коммунистической партии. В этом смысле пьедестал почета Олимпиады, на котором Китай намерен занять господствующее положение, является символом более масштабной мировой борьбы за ресурсы и влияние. После многовекового унижения от Запада мало кто может по справедливости отказать Китаю в праве на свой день торжества в лучах славы. Но как сделать так, чтобы Пекин не положил слишком много дрожжей в свое тесто для националистического пирога; как помешать появлению у этой сверхдержавы сверхвысокомерия (а так происходило всегда и везде) - это большой вопрос, который возникнет после Олимпийских игр.

Выступая недавно на конференции в Лондоне, директор Центра европейских реформ (Centre for European Reform) Чарльз Грант (Charles Grant) выразил озабоченность в связи с тем, что Китай может 'пойти по пути Буша-Чейни', отказавшись от принципа многосторонних отношений в угоду эгоистичной и высокомерной погоне за предполагаемыми национальными интересами.

В новой брошюре, написанной им в соавторстве с Катинкой Барыш (Katinka Barysch) и озаглавленной 'Могут ли Европа и Китай сформировать новый мировой порядок?', Грант обращает особое внимание на твердую приверженность Китая принципам национального суверенитета и невмешательства. То, что он наложил вето на попытки Запада обуздать отвергаемый многими режим Зимбабве, стало самым свежим примером сохранения остатков менталитета неприсоединения.

Напряженность в экономических и торговых отношениях с Европой и США, экологические последствия быстрого развития страны, авторитарные методы государственного управления, нарушения прав человека и стремительное наращивание военной мощи - все эти тенденции влияют на восприятие Китая Западом, которое находит свое отражение в опросах общественного мнения. Восприятие это показывает, что усиливающийся Китай представляет 'самую большую угрозу глобальной стабильности'.

Но Грант и Барыш утверждают, что 'ось автократий', возникновение которой предсказывает американский писатель Роберт Каган (Robert Kagan), говоря о присоединении Китая к одинаково с ним думающим изоляционистам из России и стран Азии, не является неизбежной. По их словам, Пекин уже сотрудничал с Западом по проблемам Северной Кореи и Ирана, хотя в вопросах Судана и Бирмы он такой готовности к взаимодействию проявлял гораздо меньше.

Сейчас проходят внутренние дебаты между 'либеральными интернационалистами' и 'настойчивыми националистами'. Их главная тема: должен ли Пекин отказаться от своего недоверия к глобальным организациям, в которых традиционно доминирует Запад.

По словам Гранта и Барыш, Китай может пойти как в ту, так и в другую сторону. И Европейский Союз в состоянии убедить Пекин в преимуществах сотрудничества и многосторонних отношений. Для этого он может использовать в качестве пряника свои рынки, технические достижения, а также имеющийся у него богатый опыт в сфере государственного управления.

Китайский ученый Синьнин Сун (Xinning Song) с меньшим оптимизмом говорит о возможностях влияния Европы на будущее поведение Китая. Выступая на конференции, он выделил три главные проблемы в этом плане.

Евросоюз и Китай не знают, как им вести дела друг с другом. Китай не понимает, как работают институты ЕС, а также где находится центр власти. Во-вторых, им необходимо определить механизмы рабочего партнерства. В-третьих, налицо отсутствие взаимопонимания в обществе. Шум в западных странах по поводу Тибета и эстафеты олимпийского огня показал, как небольшие события могут оказывать большое воздействие.

Начальник управления по Европе и вопросам глобализации из министерства иностранных дел Саймон Фрейзер (Simon Fraser) сказал, что совершенно очевидно одно: ЕС не сможет сформировать новый мировой порядок без Китая. Не следует даже и пытаться сделать это, поскольку и США, и Россия, и Индия - все должны иметь в этом деле право голоса. Но совершенно верно то, что 'происходят изменения в организации современного мира ... экономическая мощь и влияние перемещаются на восток, а за ними следует и политическая власть'.

По мнению Фрейзера, усиление экономической интеграции является важным способом минимизации шансов на возникновение конфликта в будущем. Но в равной степени трения в вопросах торговли, энергетических и прочих ресурсов легко могут испортить существующие взаимоотношения. А с учетом того, что климатические изменения превратились сегодня в 'вопрос выживания', роль Китая как полигона для испытания моделей будущего развития с низким потреблением углерода имеет важнейшее значение.

И именно здесь свою помощь могут оказать технические и нормативные знания и опыт Евросоюза. Другие выступавшие на конференции говорили, что только Соединенные Штаты в состоянии оказать решающее воздействие на Китай благодаря своему статусу супердержавы, а также тому, что в отличие от ЕС, они имеют прямые стратегические и двусторонние связи с Китаем в военных, региональных и экономических делах в зоне Тихого океана и восточной Азии.

ЕС и США должны работать вместе по оказанию воздействия на будущую политику Китая вместо того, чтобы соперничать в борьбе за политическое влияние и экономические выгоды, утверждают Сун и Фрейзер. Если такое случится, Пекин с большей готовностью возьмет на себя обязательства мировой державы, действующей в рамках международных институтов.

Трансатлантическое взаимодействие в отношении Китая, как и другие вопросы, нельзя считать чем-то само собой разумеющимся. Но это очень желательно. Предстоящий олимпийский спектакль скоро может наглядно показать, что если о новом и самоуверенном китайском национализме составить неверное суждение или неправильно с ним обойтись, то он способен трансформироваться в жесткий империализм нового столетия с непредсказуемыми последствиями.

___________________________________________

Кровавая баня для России ("Молодая гвардия", Россия)

Олимпийский отсчет ("The Washington Post", США)

Олимпиада как кошмар для Китая ("Foreign Affairs", США)

Внутренняя игра Пекина ("The International Herald Tribune", США)