Данный материал публикуется в рамках акции 'Переводы читателей ИноСМИ.Ru'. Эту статью обнаружил и перевел наш читатель Gerolf, за что мы ему крайне признательны

____________________________________

Когда в 60-е годы Александру Солженицыну удалось опубликовать в СССР некоторые из своих произведений об истинном лице коммунистического режима, это стало откровением не только для советского общества - мы тоже смогли прочитать в чешском переводе, например, 'Один день Ивана Денисовича'. История, разворачивающаяся на фоне хорошо продуманной тюремной системы с разветвленной сетью концлагерей, рельефно показывает, как для режима, со всеми его лозунгами о народе, сам человек не значит ровным счетом ничего.

У тех, кто в тогдашней Чехословакии еще питал какие-то иллюзии по поводу коммунизма, был шанс очнуться. Хотя монструозный памятник Сталину на пражской Летне 'товарищи' уже снесли, хотя на горизонте уже появились сполохи Пражской весны, в Яхимове (чешские урановые рудники, где работали политзаключенные - прим. пер.) и на других островах чешского Архипелага ГУЛАГ по-прежнему властвовал дух жесткого сталинизма. Вскоре надежда на крупицу свободы была раздавлена гусеницами советских танков.

Другие произведения Солженицына затем попадали в Чехословакию эпохи 'нормализации' (период после вторжения 1968 г. - прим. пер.) только в виде чтения на радио 'Свобода'. Но в это время автор давно уже жил на Западе, куда его в 1974 году насильно отправил Брежнев. Находясь там, Солженицын, конечно, в определенной степени раздражал своих приверженцев - он не вступал ни в какие группировки, не позволил вовлечь себя ни в какие политические манипуляции. Иногда его высказывания граничили со славянофильством и антисемитизмом. Часто они бывали эксцентричны.

Со страстью, переходящей в навязчивую идею, он стремился открыть и описать причины катастрофы, которой стала для России Великая октябрьская революция 1917 года. В этой связи из своего вермонтского изгнания он энергично напал и на икону чехословацкой демократии - основателя Чехословакии Т.Г. Масарика (T.G. Masaryk). По мнению Солженицына, Масарик и его легионеры получили в России в 1918 году, после окончания Первой мировой войны, огромный и, якобы, в высшей степени реальный шанс победить большевиков. Они не сделали этого - и таким образом в глазах Солженицына чехи и словаки несли свою долю ответственности за порабощение коммунистическим режимом половины Европы и могли пенять только на себя.

Об этом утверждении Солженицына какое-то время велась полемика на страницах 'Сведецтви' ('Svedectvi'), и историки приводили доказательства, что чехословацкие легионеры не могли одержать победу над русскими большевиками. Да, их было 50000 и они, как подчеркивал Солженицын, являлись единственным организованным военным соединением, подчиненным единому командованию, на севере и востоке России. Однако бойцов, согнанных большевиками со всех уголков России и рекрутированных из числа заключенных, было значительно больше. В конце концов, победить Красную армию не смогли и войска Керенского и Деникина, а их офицеры эмигрировали из страны еще в 1919 г., когда легионеры еще даже не добрались до Владивостока.

Как свидетельствует сегодня Иван Медек, сын легионера Рудольфа Медека, описавшего сражения легионеров в России в книге 'Могучий сон', представления Солженицына о возможностях победы легионов Масарика над большевиками беспочвенны, главным образом, потому, что где бы легионеры не оказывались, местное населения устраивало в их честь балы и празднества, но им даже не приходило в голову идти и сражаться вместе с ними.

Чехословацкие легионы имели огромное значение для сопротивления за границей, однако, главным образом, в политическом аспекте - они доказали дееспособность зарождающейся Чехословакии. Однако спасти мир от коммунизма, как мечтал Солженицын, им было, очевидно, не по силам.

____________________________________________

Автор перевода читатель ИноСМИ.Ru - Gerolf

Примечание: редакция ИноСМИ.Ru не несет ответственности за качество переводов наших уважаемых читателей

____________________________________________

Солженицыну наконец ничего больше не грозит. Кроме бессмертия ("Русская Германия", Германия)

Прощание с Солженицыным: почтение, но никакого массового горя ("The International Herald Tribune", США)

Солженицын: нелюбимый пророк в России и неудобный гость на Западе ("The Financial Times", Великобритания)

Солженицын - титан из прошедших времен ("The Washington Post", США)

Ни один серьезный человек ни в одной стране мира больше не сможет оправдывать преступления Сталина ("The Wall Street Journal", США)