From The Economist print edition

Если это и не прелюдия к полномасштабной войне, то нечто опасно ее напоминающее - причем как раз в том уголке Европы, где столкновение интересов Запада и России было бы особенно болезненным. Слухи о войне носятся в воздухе уже не первый месяц. Однако за две последние недели в поддерживаемой Россией сепаратистской Южной Осетии погибло уже шесть человек.

В претензиях с обеих сторон недостатка нет. Россия заявляет, что Грузия первой открыла огонь и начала готовится к войне, стягивая силы. В прошлом месяце российские самолеты нарушили воздушное пространство Грузии - по словам Москвы, чтобы предотвратить вторжение. Кроме того, Кремль обвиняет Грузию в нарушении воздушного пространства Южной Осетии. Грузия уверяет, что это дезинформация: Россия и ее южноосетинские союзники 'пытаются создать альтернативную реальность', - утверждают представители официального Тбилиси. Грузинские власти даже пригласили иностранных послов осмотреть ее легковооруженные караульные посты, которые, как уверяют грузины, открывают огонь только для самозащиты. Разумеется, это не первые столкновения в регионе, и 7 августа политики Грузии и Южной Осетии начали спорить о проведении встречи, чтобы успокоить страсти.

Однако происходящее дает России возможность усилить давление на Грузию, которую российские СМИ изображают надоедливой и агрессивной марионеткой Запада. Лидер Южной Осетии Эдуард Кокойты, заявил, что он вышвырнет грузинские войска из пределов своей самопровозглашенной республики, представляющей собой 'лоскутное одеяло' из деревень и городков, часть из которых контролируется грузинскими властями, а часть сепаратистами. Также, по его словам, на помощь осетинам прибыло 300 российских ополченцев.

Столкновения в Южной Осетии последовали за эскалацией напряжения в еще одной сепаратистской провинции Грузии - Абхазии. Россия увеличила свое военное присутствие в этом регионе, номинально осуществляемое в рамках миротворческих усилий под наблюдением ООН. Предложенный Германией план мирного урегулирования для Абхазии, включающий в себя программу экономического возрождения, предоставление неограниченной автономии и возвращение грузинских беженцев, пока застопорился. Конечно, абхазские власти побаиваются объятий России, но страх перед возвращением беженцев из числа некогда преобладавших в регионе этнических грузин сильнее.

Непосредственная цель Кремля, по-видимому, заставить Грузию вернуться к формату Смешанной контрольной комиссии по Южной Осетии, в которую входили Грузия, Россия, Южная Осетия, граничащая с регионом российская республика Северная Осетия и - в качестве наблюдателя - Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе - международная структура со штаб-квартирой в Вене. Грузия в какой-то момент сочла такое положение неприемлемым и несправедливым и вышла из состава Комиссии.

Россия также требует от Грузии официальных гарантий отказа от использования силы в обеих мятежных провинциях. По мнению Грузии, без возвращения беженцев, это бы фактически означало признание независимости. Она, в свою очередь, требует усиления роли ОБСЕ, демилитаризации, замены российских миротворцев международными, а также совместного российско-грузинского контроля над прорезающим Кавказский хребет Рокским тоннелем, который, как утверждают грузинские власти, используется для провоза в Южную Осетию контрабанды и незаконных подкреплений.

Возможно, Россия ставит перед собой и более широкие цели - в частности остановить усиление прозападных сил в своем 'ближнем зарубежье', продемонстрировав неспособность Запада помочь Грузии. Обострение конфликтов в Грузии совпало по времени с провозглашением независимости Косово, признанной большинством западных стран, и попытками Америки добиться приема в НАТО Грузии и Украины.

Эта инициатива была заблокирована, в основном благодаря Германии. Грузии пообещали вступление в НАТО в будущем, но не предоставили никакого четкого плана. Хотя Грузия и стала для Европы жизненно важным маршрутом транзита нефти и газа, это не обеспечило ее руководству ожидаемого уровня поддержки со стороны Запада. Администрация Буша сейчас стала 'хромой уткой' и мало чем может помочь союзникам, хотя грузины надеются на то, что в случае победы на президентских выборах активно симпатизирующего им Джона Маккейна (John McCain) ситуация может улучшиться. А в Европе далеко не все считают волевого и экстравагантного грузинского президента Михаила Саакашвили таким образцом приверженности закону, свободе и реформам, каким он полагает себя сам. Разгром оппозиции в ноябре прошлого года нанес имиджу Грузии серьезный ущерб.

Грузия попала в затруднительное положение: ее западные друзья призывают ее сохранять спокойствие, но, по-видимому, ничего не могут поделать с агрессивным поведением России. К сожалению, слишком легко представить себе, как из-за ошибочного шага с той или другой стороны разгорается полноценная война. Теперь грузинским чиновникам предстоит провести неспокойный август на рабочих местах, однако у некоторых из их европейских коллег могут оказаться другие планы. Привыкнув к практически ежедневным тревожным сигналам и призывам о помощи из Грузии, они вполне могут решить прерваться на летние каникулы.

___________________________________________

В.Новодворская: Саакашвили - не псих в политике. Он понимает, что силой воссоединиться невозможно... ("Эхо Москвы", Россия)

В Южной Осетии идет война ("Час", Латвия)

'Грузинские войска штурмуют Цхинвали. Они бомбят город' ("The Times", Великобритания)